Розетта едва не фыркнула в голос. Хотя Алая Заря в основном промышляла в Вильборнском море, она никогда не чуралась и вод Тилсена. Для пиратов границ не существовало. Она прекрасно знала, что течения у Портмурта свирепы, но россыпь островов в тех краях давала множество шансов на спасение.
Развернув морскую карту, которую принесла с собой, Розетта принялась излагать свой план:
— Предлагаю начать поиски с юго-восточной части архипелага. Течения там слабее, и обломки любого кораблекрушения должно было вынести именно туда. Я не требую полномасштабной экспедиции. Нас обязывает простой долг...
Теодор, отбросив всякое притворное приличие, перебил ее на полуслове:
— О, теперь я понимаю, почему Его Высочество так спешил с моим назначением. Супруга вице-адмирала слишком впечатлительна, а герцогиня Монтероза не в духе...
— Вы смеете надо мной издеваться? — оборвала его Розетта.
— Я лишь констатирую факты. Даже если мы снарядим людей, вам на борту делать нечего.
— И по какой же причине?
— Вы действительно хотите, чтобы я это озвучил? — Теодор смерил ее взглядом с головы до пят — этот жест был намеренным оскорблением.
Розетту это не задело. Ей было все равно; на своем веку среди пиратов она натерпелась презрения всех мастей. Скрестив руки на груди и вызывающе перенеся вес на одну ногу, она посмотрела ему прямо в глаза:
— Что ж, послушаем, какую еще чепуху вы изволите нести.
От такого отпора щеки Теодора вспыхнули.
— С каких это пор женщине пристало рассуждать о выходе в море?! — прорычал он.
Розетта издала измученный вздох. О боги, Понт. Ей казалось, она оставила эти архаичные предрассудки в прошлом, когда возвысилась над каждым пиратом в море. Слышать подобное снова было не просто утомительно, а по-настоящему противно.
— Вы закончили? — сухо осведомилась она.
— Раз уж зашел разговор, на моем корабле нет места для дамы. Тем более для той, которая ждет, что команда будет носиться с каждым ее капризом.
Пока Теодор продолжал свою тираду, гнев Розетты сменился холодной решимостью. Раз убеждение и диалог не возымели действия, оставался последний аргумент: право сильного. Сейчас в Сиклиде Розетту боготворили. Ей стоило лишь притвориться, что она упала в обморок у дверей Адмиралтейства, и на временного адмирала обрушился бы шквал народного негодования. Однако Теодор перешел слишком много границ, чтобы она удовлетворилась такой мелочью. Следовало поставить его на место здесь и сейчас, чтобы избавить себя от хлопот в будущем.
Вспыльчивый нрав взял свое. Она сделала вид, будто поправляет серьгу, и та, «выскользнув» из пальцев, упала на пол. Наклонившись, чтобы поднять ее, она плавным, отточенным движением выхватила пистолет, закрепленный на голени, и взвела курок с полувзвода. Весь маневр был исполнен в мгновение ока.
Если Теодор ни во что не ставил ее из-за того, что она женщина, то угроза от кого-то столь изящного станет сокрушительным ударом по его гордости. Розетта уперлась рукой в стол, притворяясь, будто у нее кружится голова. Но именно в тот миг, когда она собиралась захлопнуть ловушку перед носом ничего не подозревающего старика, ее остановил женский голос:
— Довольно, хватит!
Готовая выплеснуть скопившуюся ярость, Розетта неловко замерла. Обернувшись, она увидела женщину с высоко убранными светлыми волосами; та стояла в дверях, прислонившись к косяку, и внимательно наблюдала за ними.
Теодор, еще мгновение назад преисполненный важности, внезапно побледнел и оторопело осекся.
— В-ваше Высочество, — пробормотал он, сгибаясь в поклоне.
Только сейчас Розетта обратила внимание на наряд гостьи — мужской охотничий костюм. Перед ней была принцесса. Розетта поспешно опустилась в реверансе, как учила ее Луиза.
— Ваше Высочество.
— Оставьте формальности. Вашу перепалку было слышно еще в конце коридора, — принцесса окинула их изучающим взглядом и медленно добавила: — Кажется, у вас тут… прелюбопытная беседа.
Теодор открыл было рот, чтобы объясниться:
— Видите ли, мы…
Принцесса грациозно подняла руку, призывая его к молчанию.
— Из того, что я успела уловить: у флота не хватает людей, чтобы снарядить поиски, верно?
— Так точно, — ответил Теодор.
— Раз собрать людей так трудно, у меня нет иного выбора, — процедила Розетта сквозь зубы. И, не обращая внимания на ошеломленный взгляд адмирала и любопытство принцессы, небрежно бросила: — Я отправлюсь искать их сама. Просто дайте мне разрешение на выход в море.
Наступила тишина. Теодор уставился на Розетту так, словно она либо окончательно лишилась рассудка, либо была до крайности наивной девчонкой, не имеющей ни малейшего представления о том, как устроен мир.
Принцесса же, напротив, широко раскрыла глаза от изумления, а затем вдруг заливисто расхохоталась, найдя ситуацию донельзя забавной. Розетта даже растерялась, видя, как столь высокопоставленная особа смеется так вольно и непринужденно.
— Вот и решение нашлось! — провозгласила принцесса.
— Но…
— Если леди Монтероза берет все на себя, нам не придется задействовать людей из флота. Если же у временного адмирала есть план получше, я готова его выслушать.
В этот миг Розетта почувствовала искреннюю симпатию к принцессе — ей понравилось, как ловко та пресекла возражения Теодора. И то, как естественно она носила охотничий костюм, традиционно считавшееся мужским, будто оно было создано специально для нее. Несмотря на столь вольный наряд, речь принцессы была возвышенной и строгой, напоминая старинный трактат о благочинии. В ее тоне звучала непреклонная власть — сила, которую, казалось, ощутил даже Теодор, затихнув как мышь.
— Я даю дозволение на выход в море, — повторила принцесса.
— Ваше Высочество! — воскликнул Теодор.
— Благодарю, — отозвалась Розетта.
Адмирал и Розетта смерили друг друга взглядами. Теодор первым нарушил молчание:
— Ваше Высочество, разве вы не понимаете, что война на пороге? Ради безопасности леди Монтерозы вы должны отказать.
— Послы Тилсена еще не покинули наши земли, — возразила она. — У наших дипломатов и купцов есть еще пять дней на сборы, прежде чем они вернутся домой. А поскольку мой брат отчаянно пытается распродать военные займы… у нас в запасе от десяти дней до двух недель, не больше, прежде чем положение станет критическим.
Теодор с видом крайнего разочарования прочертил линию на карте.
— Но Ваше Высочество, взгляните сюда. Мы говорим о расстоянии от этой точки до этой. Что бы вы ни предпринимали, отправиться туда и обратно за отведенный срок невозможно…
— Предоставьте это мне, — вмешалась Розетта, хоть и понимала, что прерывать разговор сиятельных особ — верх непочтительности. Согласно правилам навигации, путь в одну сторону действительно занял бы добрых шесть дней, но Розетта знала иную дорогу к архипелагу Портмурт. Разумеется, следовать ей означало идти на смертельный риск, но если за ней не будет висеть хвостом неповоротливый флот, шансы на успех велики.
Принцесса, видя непоколебимую уверенность Розетты, не смогла скрыть беспокойства.
— Интересно, вполне ли вы осознаете, насколько опасно ваше предприятие? — заметила она.
— Вполне, — заверила ее Розетта.
— И понимаете ли вы, что если не успеете вернуться в срок, то окажетесь в ловушке? Когда разразится война, все гавани будут закрыты наглухо.
— Это необходимое дело, и не только ради моего мужа, но и ради всего флота, — ответила Розетта. — Я знаю: если солдат Эсперанды оказывается отрезанным от своих во время похода, за ним должны быть высланы спасательные суда, даже если идет война. Я готова взять эту обязанность на себя.
Принцесса удовлетворенно кивнула. С ее точки зрения, такой исход был идеален: она могла организовать поиски, не задействуя собственные войска, и при этом приписать все заслуги себе.
— В таком случае нам нужно обсудить детали, — произнесла она. — Теодор, не могли бы вы оставить нас на минуту?
— Но, Ваше Высочество…
— Немедленно.
По приказу принцессы Теодор, не проронив ни слова, побрел к выходу; лицо его было мертвенно-бледным. Розетта почувствовала, как ее накрывает волна облегчения, словно с плеч свалился груз, который она несла целую вечность.
— Я была бы признательна, если бы вы поделились со мной своим планом, — сказала принцесса.
— Я намерена воспользоваться морским путем, который мне хорошо знаком.
— Не согласитесь ли вы уточнить, что это за маршрут?
Розетта промолчала, окинув собеседницу подозрительным взглядом.
— Мы не сидели сложа руки, — настаивала принцесса. — Мы пытались найти способ отправить спасательное судно так, чтобы оно успело вернуться в срок, но это казалось невозможным.
На губах Розетты промелькнула едва заметная, почти лукавая улыбка.
— Боюсь, это строгая тайна. Мой опыт подсказывает: когда открываешь свои пути другим, это никогда не кончается добром, — ответила она честно, внутренне готовясь к гневу принцессы.
Она не могла раскрыть свой маршрут, не зная, как глубоко ищейки кронпринца — или, что еще важнее, люди Ника — успели проникнуть в их ряды.