Контент удален!

В храме всё ещё лежало много людей, жаловавшихся на боль.

Рюн думала, что нужно отправить больше помощи, и не могла отвести взгляд от маленького пациента.

— Что с теми, кто выпил воду и мучился болями в животе? Им стало лучше?

— Большинство перестало страдать от поноса и вернулось домой. Пожилые и слабые всё ещё остаются в храме — их состояние не улучшилось.

— Погибших похоронили?

— Провели скромные похороны и всех кремировали. Если закопать в землю, потом могут быть проблемы. Умершие — почти все дети.

Жрец выказал смятение. Хотя Рюн уже слышала доклад, от слов «дети умерли» она не смогла сохранить лицо.

Она хотела защитить жителей любой ценой. Даже когда напала стая чёрных драконов, эти люди остались в Архоне, доверившись только ей.

От чувства вины, что не сберегла их, Рюн прикусила губу.

Дриэль думал о том же.

Он думал: стоит уйти с войны — и больше никто не погибнет. Но из-за вчерашнего случая пострадало немало людей.

Слова о погибших детях не выходили из головы. Было не по себе, будто проглотил песок.

Дриэль и Рюн молча сжали руки друг друга. Синица заворожённо смотрела на них.

— Ты записал имена погибших отдельно?

Дриэль спросил жреца.

— Я записывал всё без упущений, пока исследовал симптомы. Принести вам записи?

— Буду благодарен.

Жрец кивнул молодому помощнику. Тот, слышавший разговор, побежал за записями.

Старый жрец проводил взглядом убегающего и обернулся к Дриэлю.

— Как вы себя чувствуете, лорд? Рана в порядке?

— Я здоров как бык.

— Спите хорошо?

Дриэль запнулся. Тон вопроса был таким спокойным, что он чуть не ответил честно.

Он покосился на Рюн и посмотрел на жреца взглядом «зачем спрашиваете». Жрец бесстрастно улыбнулся.

— Слышал, те, кто участвовал в войне с ледяными великанами, понемногу возвращаются домой.

— Да, война кончилась.

— На севере тоже есть большой храм бога войны. Прилетевшая оттуда сегодня ветряная птица принесла весть и одну просьбу.

Дриэль надеялся, что Рюн пропустит этот разговор мимо ушей.

Но она слушала жреца внимательнее, чем когда-либо.

— Что за просьба?

— Если кто-то из участников войны с ледяными великанами жалуется на бессонницу и галлюцинации — ни в коем случае не использовать снотворное.

Жрец проглотил вздох.

— Если использовать снотворное, непременно возникнет зависимость. Нужно смягчать симптомы, леча душевную болезнь.

— Душевную болезнь? Из-за крови ледяных великанов?

— То, что кровь ледяных великанов вызывает галлюцинации, точно известно. Но, похоже, степень тяжести зависит от тьмы, засевшей в душе человека. Подробности узнаем после того, как участники вернутся домой и мы проведём исследования.

От этих ошеломляющих слов Рюн растерянно покосилась на него. Дриэль пожал плечами, мол, это не про него.

Лицо его выглядело как обычно, но он странно избегал её взгляда. Глаза Рюн сузились, и она нарочно уставилась на него в упор.

От её пронзительного взгляда Дриэль нехотя встретился с ней глазами.

— Я в порядке, Рюн. Жрец говорил о других. Это не про меня.

— Правда?

— Конечно, правда.

Дриэль беспечно ответил, взял её за руку и пошёл вперёд. Из-за этого их взгляды естественно разошлись.

Рюн подозрительно смотрела на его чёрный затылок. Не могла избавиться от ощущения, что он что-то скрывает. Между ними снова возникла дистанция.

Огорчённая Рюн вырвала руку. Она прошла мимо Дриэля, не оборачиваясь, и направилась к жрецу.

— Та беременная, что поступила с кровотечением, в порядке?

— Беременная? А, да, понял, о ком вы. С ней, к счастью, всё хорошо. Кровотечение было сильным, пришлось стимулировать роды, но, к счастью, это были не первые роды — ребёнок родился здоровым, и сама она поправилась и вернулась домой.

— Слава богу.

Это была хоть одна хорошая новость. Рюн заметно выдохнула и продолжила разговор с жрецом.

Оставшийся один Дриэль смотрел вслед ушедшей Рюн. По его лицу промелькнуло смятение.

Рюн чувствовала его взгляд, но нарочно не оборачивалась.

─── ⋆⋅༻ ·❈· ༺⋅⋆ ───

Костяные звери, подвластные Штайму, обыскивали бескрайние леса Архона.

Оживлённые после смерти звери пожирали сородичей, утоляя ненасытный голод.

Костяной воробей, подчинявшийся Штайму, летал над деревьями и добрался до Архона. Побродив по деревням, он в конце концов увидел огромный замок.

Через ворота туда-сюда сновали люди. Костяной воробей понаблюдал за большой телегой, въезжавшей в замок, и расправил крылья.

Он уже сидел на ящиках, нагруженных на телегу, и собирался спокойно проехать через ворота, как вдруг...

Едва кости воробья, оживлённого чёрной магией, приблизились к воротам, из них сверкнул острый свет.

Столкнувшись со светом, костяной воробей рассыпался и упал.

Оттолкнул его огромный барьер, защищавший замок.

Разбитые кости должны были восстановиться, но задрожали, будто что-то пошло не так, и рассыпались, как песчинки.

Люди не заметили, что произошло у ворот.

В тот миг, когда костяной воробей обратился в ничто, Штайм, копивший силы в тёмном месте леса Архона, резко открыл глаза.

Место, куда не мог проникнуть оживлённый чёрной магией, было только одно — святилище. Вскочив, Штайм уставился в сторону замка.

От радости вырвался смех. Наконец он нашёл святилище.

Услышав этот громкий смех, Ларес, гулявшая по коридору, без причины почувствовала раздражение и обернулась.

Сейчас нечто нечестивое коснулось её барьера.

Ларес посмотрела на лес в окне и наклонила голову.

Присутствие костяного воробья было настолько ничтожным, что она даже не догадалась, что именно отскочило от её барьера.

Но что бы ни коснулось барьера, одно было ясно.

Барьер Ларес не был предназначен для людей и монстров. Он был создан, чтобы блокировать приближение существ, противоречащих провидению.

Ларес посмотрела вдаль на лес и зашагала дальше. Замок был занят подготовкой к приёму.

С вестью о перемирии ветряные птицы разлетелись по владениям. Они сообщали, что Дриэль Штайн — герой, приведший объединённую армию людей к победе.

Управляющие по приказу Рюн разослали около сотни приглашений, и в Архон прибыло более трёхсот гостей.

Ларес смотрела на непрерывно подъезжающие к замку кареты и недовольно качала головой.

Многие гости, собиравшиеся на завтрашний приём, приехали с дочерьми. Даже наследники, прибывшие вместо отцов, привезли сестёр. Что это значило — понятно без слов.

Ларес очень любила Рюн, и их намерения привезти дочь или сестру вызывали у неё отвращение.

Она цокала языком, открыто выражая недовольство, как вдруг в открытое окно влетел маленький белый комок.

Служанки, убирая коридор, узнали синицу и приветствовали её.

— Здравствуйте, молодой господин Каэль.

— Вы с леди ходили в храм?

— Хотите жареных кедровых орехов?

Синица с удовольствием принимала любовь и внимание служанок, потом полетела к Ларес.

Ларес протёрла глаза, не веря увиденному.

— Что происходит? Откуда они знают твоё настоящее имя...?

От растерянности Ларес синица, сидевшая на подоконнике, приняла самодовольный вид. Наклонив голову, Ларес заглянула ей в глаза.

В неё потекли обрывки памяти. Поняв, что произошло, Ларес рассмеялась.

— Вот оно что, поэтому тебя зовут «Каэль». Я думала, ты сам придумал имя. Не думала, что его дали родители.

Служанки, протерев последнее окно, спустились по лестнице.

Ларес слушала удаляющиеся шаги и осмотрела оба конца коридора. Присутствия людей не ощущалось.

Словно успокаивая, что никого нет, она погладила синицу по голове. Осмотревшись, синица взлетела в коридор.

В мгновение ока она превратилась в статного юношу.

Приземлившись в коридоре, Каэль небрежно откинул серебристые волосы. Глаза были мягкими, как лунный свет.

Лицо, в котором ровно наполовину смешались черты Рюн и Дриэля, было впечатляющим.

— Скоро Арсиона нападёт на Архон.

От предсказания Каэля Ларес раздражённо нахмурилась.

Тем временем Ларес из морщинистой старухи превратилась в молодую женщину.

— Королева водных духов тоже сдала. Нападает на людей — королева духов! Заслуживает наказания. До каких пор странник будет терпеть своеволие Арсионы?

— В этот раз она нападает не по своей воле.

От непонятных слов Ларес нахмурилась, потом лицо её застыло.

— Неужели её одолел Штайм? Арсиону?

— Вероятно.

— Вот глупая...!

Ларес вздохнула и впилась взглядом в лес, словно ища, где прячется Штайм.

— Грязная вода вызывает эпидемии. Если Арсиона нападёт на Архон напрямую, погибнет больше людей. Я больше не могу просто наблюдать.

— Понимаю, но мы, как боги, пока не можем вмешиваться напрямую. Падшую Арсиону должны одолеть отец и мать.

— Королева водных духов — не тот противник, с которым справится превзошедший. У твоего отца есть Рух, но если Арсиона заражена чёрной магией, решения нет. Ты и сам это знаешь.

Каэль согласился с её доводами, но беспечно улыбнулся. Улыбка была точь-в-точь как у Дриэля.

— Как ты и говоришь, Арсиона — могущественное существо. Но нынешняя мать справится. Она не одна. Она победит.

— Беспечный.

Ларес выказывала беспокойство, но не перечила Каэлю.

Сидя на подоконнике, Каэль ослепительно улыбнулся, словно говоря: не о чем беспокоиться.

— Просто защищай замок. Чтобы они могли вернуться сюда в любой момент, даже если им придётся уйти.