Онлайн чтение книги Главная скандалистка вернулась The Scandal Maker Has Returned
2 - 12

Харриет надела белое платье, выбранное для нее Тришей, и оглядела себя в зеркале. Черная отделка на воротнике, манжетах и подоле смотрелась невероятно изысканно. В аккуратной шляпке с пышным черным бантом, надетой чуть набекрень, она выглядела как искушенная светская львица, отчего становилось даже немного смешно.

Удивительно, как сильно могут преобразить человека правильный крой и удачная шляпка.

Внезапно вспомнилась тетя, неизменно навязывавшая ей наряды, от которых хотелось плакать.

— Ты ведь в этом ничего не смыслишь. Просто стой смирно и делай, как велено.

Платья, которые она заказывала для племянницы, были либо кричаще-розовыми и щедро усыпанными лентами, либо, напротив, глухих старушечьих расцветок и фасонов под самое горло. В этом гардеробе не прослеживалось никакого единства стиля, кроме одного абсолютного правила: ни одна вещь не шла Харриет.

Если бы у виконтессы просто отсутствовал вкус, это еще можно было бы понять. Но наряды и украшения для собственной дочери, Беллы, она подбирала безукоризненно.

Я и тогда догадывалась, но теперь знаю наверняка: тетя намеренно уродовала меня. А ведь я была бы счастлива носить самое простое, неприметное платье.

Ее наряды всегда были настолько нелепыми, что, надев такое один раз, Харриет намертво врезалась в память всему свету как посмешище. Появиться в нем дважды было немыслимо, а просить денег на новое она не смела, поэтому неудивительно, что ее выходы в свет становились всё реже.

А когда требовалось выгодно оттенить Беллу, меня выволакивали на публику в роли пугала. Для тети я была просто куклой для битья. Но за что она меня так ненавидела?

А ведь когда-то они были близки, словно родные сестры. Тогда Харриет казалось, что Белла — самая добрая и светлая девочка на свете. Она искренне заблуждалась, веря, что кузина по-настоящему ее любит.

— Харриет! Смотри! Я сорвала для тебя первую распустившуюся в саду розу!

Маленькая Белла, протягивавшая ей алый бутон и улыбающаяся ясно, как летнее солнце, казалась прекраснее любого цветка. Детское сердце переполняла гордость за то, что у нее такая кузина…

Харриет решительно мотнула головой, отгоняя горькие воспоминания.

Разве она не ради этого вернулась? Ради того, чтобы больше никогда не позволять Белле помыкать собой. Прошлое годилось лишь на растопку, чтобы поддерживать пламя решимости.

Та Белла мертва. А мертвых нужно уметь отпускать.

Пришло время встретиться лицом к лицу с демоном, который занял место того ангела.

* * *

Благотворительная ярмарка, устроенная графиней Лилберн, собрала целую толпу. Графиня председательствовала в женском обществе храма Святого Паоло, и это мероприятие, формально организованное в помощь беднякам, служило столичным дамам идеальной витриной для демонстрации собственной набожности и милосердия. На деле же это был лишь шумный светский пикник под благовидным предлогом.

Надо же, какой у Лилбернов огромный сад.

Глядя на раскинувшиеся лужайки, уставленные белоснежными шатрами, Харриет изо всех сил старалась не выказывать провинциального удивления. Раньше она и помыслить не могла о посещении подобных мест. Дядя никогда не брал ее с собой, а она и не просилась, до ужаса боясь снова стать мишенью для насмешек.

Конечно, теперь никто не посмеет смеяться у нее за спиной. Ведь у нее в руках было приглашение на имя графини Феллон.

— Здравствуйте, графиня Лилберн. Мое имя Харриет Листеруэлл, я здесь от лица графини Феллон. Мы уже имели честь познакомиться на приеме у Вандербильтов.

— Разумеется, я вас помню! Добро пожаловать. Я получила весточку о том, что вместо госпожи Феллон приедете вы.

— Графиня просила передать свои искренние извинения за то, что не смогла присутствовать лично.

— Того, что приехали вы, леди Харриет, более чем достаточно. Товары на нашей ярмарке разлетаются в мгновение ока, так что, если вам что-то приглянется, советую не мешкать. Охо-хо!

Вежливо ответив на смех хозяйки, Харриет попрощалась с ней. Раньше она забилась бы в самый дальний угол, не зная, куда деть руки, но теперь, к счастью, в свете нашлись знакомые лица.

— Давненько не виделись, леди Анабель.

Услышав приветствие, Анабель Лейтон — та самая, что приглашала ее на чаепитие — просияла.

— Боже мой, леди Харриет! Какое на вас чудесное платье! В каком ателье вы его заказывали?

— В «Лубар». Мой опекун, графиня Феллон, их давняя клиентка.

— Надо же! Оно ведь славится совершенно заоблачными ценами.

— Правда? А я и не знала. Сколько ни спрашивала о стоимости, мне так и не ответили.

При этих словах Анабель и стоявшие рядом барышни испустили дружный, завистливый вздох. Сказка о сироте, в одночасье осыпанной золотом благодаря могущественному покровителю, была одной из любимых фантазий юных аристократок.

Перекинувшись с ними еще парой ничего не значащих фраз и собрав положенную дань зависти, Харриет сделала вид, что неспешно осматривает шатры. На самом же деле она высматривала тех, кто мог бы к ней придраться.

Сегодня ей нужна была шумиха. Мирные светские беседы не приносили никакой пользы.

И тут она заметила стайку молодых леди, которая, как всегда, притягивала к себе всеобщее внимание.

Нашла!

С затаенной улыбкой Харриет невозмутимо направилась в их сторону. Однако траекторию она взяла чуть по касательной, всем своим видом показывая, что ее цель находится где-то дальше.

— А? Харриет Листеруэлл?

Кэролин, верная тень Беллы, выцепила ее взглядом с поистине дьявольской проницательностью.

Умница, Кэролин. Я знала, что от твоих глаз ничто не укроется.

Пока Харриет мысленно торжествовала, взгляды всего кружка устремились на нее. Девушка изобразила легкое удивление, а затем лучезарно улыбнулась:

— Боже мой, Белла! Давно не виделись. Как поживаешь?

Белла была всё так же безупречна. Сияла, как и подобает истинной «Золотой Розе Дженоа». И всё же в момент встречи ее расширившиеся зрачки выдали неподдельный шок — пусть он и длился всего долю секунды, прежде чем смениться привычной лицемерной маской.

— Харриет! Боже, ты так похорошела, я тебя сперва даже не узнала!

— У меня и правда очистилась кожа, но чтобы прямо не узнать?

— Ну… просто раньше ты так сильно мучилась от этой жуткой сыпи.

Белла намеренно пыталась напомнить окружающим, каким чудовищем Харриет была в прошлом. Но Харриет только этого и ждала.

— Было дело. Столичные врачи в один голос твердили, что это неизлечимо и останется со мной на всю жизнь. Но, как оказалось, верное средство всё-таки существует.

— Правда? — невольно вырвалось у кого-то из девушек.

— Да. Это… Ой! Ты же здесь с подругами, а я влезла со своей болтовней. Прошу прощения. Чудесного вам дня.

Изобразив искреннее смущение за отнятое время, Харриет коротко кивнула и зашагала прочь, к дальним шатрам. Она спиной чувствовала, как в нее впиваются десятки заинтригованных взглядов.

Стоит оборвать фразу на полуслове, как любопытство просыпается даже у тех, кому изначально было плевать. А уж чистая, фарфоровая кожа была абсолютным эталоном, о котором грезила каждая леди. Даже среди свиты Беллы хватало тех, кто не мог позволить себе выйти в свет без плотного слоя пудры, маскирующего акне. Сейчас они наверняка сгорали заживо, гадая, что же должно было прозвучать после слов «И это…».

Как и следовало ожидать, едва Харриет отдалилась, за спиной поднялся шепоток:

— Неужели ей и впрямь удалось вылечиться?

— Она же сама сказала, что нашла верное средство. Что это может быть?

Им безумно хотелось узнать, но броситься вдогонку за Харриет с расспросами они не могли. В конце концов, они числились в свите Беллы, а Харриет была официальным врагом, посмевшим втянуть их невинную подругу в грязный скандал и даже не подумавшим раскаяться.

Разумеется, Белла не могла не уловить перемену в настроении своей свиты.

Харриет Листеруэлл. Да что ты с собой сотворила?

Перемены в кузине ударили Беллу под дых. Когда до нее доходили светские сплетни об исцелении Харриет, она лишь отмахивалась: «Подумаешь, это же Харриет». Сегодняшняя встреча обернулась для нее холодным душем. На лице кузины не осталось ни единого пятнышка, ни единого рубца от воспалений.

А ведь я положила столько сил, чтобы она выглядела как чудовище!

Ее маниакальное стремление уничтожить внешность Харриет граничило с настоящей одержимостью. Белла выявила всё, на что у кузины была аллергия, и тайком распоряжалась подмешивать эти продукты в ее тарелку. Заметив, что от жирной пищи лицо Харриет мгновенно покрывается гнойниками, она с ангельской заботой пичкала ее жареным мясом, приговаривая, что «девочке нужно хорошо питаться».

То, что она однажды наткнулась на лосьон с непереносимым для Харриет экстрактом, было удачей. Но то, что с тех пор на туалетном столике кузины появлялась только косметика с этим ядовитым компонентом — всецело заслуга Беллы.

И что же? Все эти годы кропотливого труда пошли прахом за какие-то жалкие двенадцать месяцев? Как такое вообще возможно? Белла была уверена: даже если сыпь пройдет, кожа навсегда останется изрытой шрамами. Она свято верила, что Харриет Листеруэлл суждено до конца дней оставаться уродливой.

— А она и правда стала красоткой…

Чей-то тихий шепот полоснул Беллу по нервам. Перед глазами всплыли давние дни, когда все восхищались только Харриет. От этих воспоминаний к горлу подступила тошнота.

Собрав волю в кулак, Белла ослепительно улыбнулась и повернулась к свите.

— Ой, девочки! Раз уж мы заговорили об уходе, я тут недавно открыла для себя новый крем от «Лабонаж». Он невероятно увлажняет, а аромат просто божественный!

— Крем от «Лабонаж»?! Говорят, его сейчас ни за какие деньги не достать!

— Правда? А мне его прислали в подарок…

— Кто?!

Белла виртуозно перехватила инициативу. Вещи, к которым она прикасалась, всегда становились объектом вожделения, а уж если речь шла о редчайшем эксклюзиве — тем более. Успешно вернув себе статус центра вселенной, Белла смущенно улыбалась подругам, купаясь в их зависти, но внутри едва не скрежетала зубами.

Подумаешь, очистила лицо! Это всё равно просто Харриет. Кому нужна эта скандалистка? Просто мозолит глаза своим наглым возвращением.

Однако она фатально просчиталась, не уловив истинных мыслей своих подруг. Им было куда важнее выведать секрет преображения «уродины», чем слушать о недосягаемой роскоши Беллы. Сколько ни мажься кремом «Лабонаж», стать такой же от природы совершенной, как Белла, невозможно. А вот если существует реальный способ, превративший Харриет в красавицу с фарфоровой кожей, значит, он сработает и для них.

Харриет, превосходно читавшая эту психологическую подоплеку, дождалась момента, когда Белла с Кэролин отошли в сторону, и вновь приблизилась к оставшимся девушкам.

— А где Белла?

Внезапное возвращение Харриет слегка застало их врасплох, но они быстро опомнились, нацепили высокомерные маски и язвительно бросили:

— Белла занята.

— Вот именно. В отличие от некоторых, у нее полно дел.

Харриет кротко кивнула:

— Вы кажетесь заскучавшими, но не вините Беллу. Она всегда нарасхват, вам не привыкать оставаться в тени.

Девицы поперхнулись. Они не нашлись, что возразить, и не посмели уточнить, что под словом «некоторые» вообще-то подразумевали саму Харриет. Как ни крути, прямо сейчас они действительно лишь бездельно обмахивались веерами, дожидаясь свою королеву.