Онлайн чтение книги Изумрудная корона жизни The Viridescent Crown
Глава 40 - Два пути (2)

Верхом по ледяному склону

Ран, уже освоившая верховую езду, наступила на стремена и ловко вскочила на лошадь. Несмотря на плотную одежду, теперь она выглядела уверенно в седле, в отличие от прежних дней.

— Ну как? — самодовольно спросила она.

Юстаф кивнул:

— Вы значительно улучшили свои навыки.

— Я усердно тренировалась.

— Естественно.

Он цокнул языком, и лошадь тронулась. Ран поспешно последовала за ним, а за ними двинулся отряд Синих Пламенников.

Они поднимались по ледяному склону.

Обычно обряд следовало завершить до новогоднего собрания, но в этом году, после того как Юстаф стал главой дома, его перенесли на время после празднеств.

Дорога оставалась сложной, но Ран чувствовала себя уверенно. Теперь она настолько привыкла к верховой езде, что даже могла поддерживать разговор.

— Я подумала и решила, что не стоит принимать феодальные земли.

Юстаф нахмурился, но Ран улыбнулась:

— Вместо этого я получу придворный титул, так что можно подобрать подходящую должность...

Юстаф задумался, затем сказал:

— Хорошо. Тогда насчёт жилья.

— А? Да.

— Почему бы вам не остаться в Небесной усадьбе?

— Э-э?

— Если вы всё равно получите придворный титул, разве не эффективнее будет работать прямо в усадьбе?

— Верно.

Ведь это административный центр.

Кроме того, Небесная усадьба находилась в отдалении от деревни, и те, кто там работал, жили прямо на территории.

— Так что, думаю, вы можете просто остаться здесь.

— П-правда?..

На самом деле, она планировала приобрести дом поблизости от деревни. Но слова Юстафа звучали разумно.

— Да. К тому же, вы сможете помогать мне с делами. Я дам вам должность главного управляющего. У вас даже не будет времени вернуться домой.

Он произнёс это с лёгкой угрозой в голосе, и Ран рассмеялась. Её белое дыхание сверкало в солнечном свете.

— Так вот в чём суть?

— Конечно, не только в этом. Но придворный титул подразумевает подобное.

Юстаф бросил на неё взгляд.

— Что скажете?

— Пока давайте остановимся на этом.

Ран не заметила, как он быстро скрыл улыбку, похожую на ту, что бывает у хищника, поймавшего добычу.

На душе у неё стало легче.

Честно говоря, переезд в поместье действительно был для неё обременительным. Проблемы с адаптацией среди новых людей, расставание с Ди Модиа и Лумиэ...

«К тому же, феодальные земли нельзя просто так бросить, если что-то пойдёт не так».

Но если речь только о придворном титуле, возможно, всё сложится удачно. Хотя лучше бы таких ситуаций не возникало.

К тому же, решение остаться в Небесной усадьбе сняло с неё груз.

«Значит, не нужно собирать вещи, можно просто остаться здесь? Отлично».

Она невольно начала напевать. Размышляя об этом, Ран подняла голову.

Ледяной склон действительно оправдывал своё название. Летом лишь вершина оставалась белой, ниже шли коричневые участки, а у подножия буйствовала зелень. Но зимой всё, от верха до низа, было ослепительно белым.

— Кто-нибудь вообще поднимался до самой вершины?

Ран спросила невольно. Юстаф, тоже подняв голову, взглянул на склон и ответил:

— Говорят, дальше начинаются опасные ледяные горы. Вряд ли кто-то поднимался туда намеренно.

— Да уж.

Она кивнула. Выдохнув, она почувствовала, как её тело дрожит.

«Терпеть не могу этот холод».

Через тридцать минут пути они снова оказались перед серебряной аркой. По какой-то причине Ран испытывала новые чувства.

Сойдя с лошади, она прошла по сверкающей каменной дорожке и последовала за Юстафом внутрь.

Как всегда, комната была белоснежной.

Голубое Пламя на пальце Юстафа издало лёгкий дрожащий звук. Ран прошептала:

— Я не подумав пошла за тобой... Может, мне не стоило?

— Неважно.

Он взял её за запястье и повёл дальше. Ран покраснела, но не стала сопротивляться.

Встав перед белой стеной, Юстаф глубоко вдохнул и приложил к ней руку.

Гербы загорелись синим один за другим.

Тук-тук.

Тишину нарушил стук. Ран непроизвольно открыла рот.

Тук-тук.

Снова раздался чёткий стук.

Из-за стены.

По спине Ран побежали мурашки. Она почувствовала, как рука Юстафа сжала её запястье сильнее. Но его выражение лица не изменилось.

Синий свет начал заполнять символы один за другим.

Тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук.

Стук с той стороны участился, и Ран едва сдержала крик.

Когда последний символ вспыхнул синим светом, стук прекратился. Непроизвольно расслабив плечи, она...

БАМ!!!

Оглушительный звук заставил Ран вздрогнуть и сгорбиться. Юстаф медленно убрал руку.

Символ погас, и воцарилась полная тишина.

Юстаф осторожно взял её дрожащую руку.

Он долго смотрел на белую стену.

— Вернёмся.

Ран кивнула. Губы дрожали, и она стиснула зубы.

По ту сторону стены.

По ту сторону стены тьма пробуждается.

Но уже? Разве не слишком рано?

По тому, что она читала, такого не должно было быть...

— А...

Её осенило. В оригинале с прошлого года барон Линдберг стал регентом, и церемония прекратилась.

Ему наверняка не нравился этот ритуал, напоминающий о «Синем Пламени».

Вот почему она не знала — этого не должно было случиться.

Но и в прошлом, и в этом году ритуал провели вопреки ожиданиям.

Есть ли в этом связь?

Ран вздохнула. В любом случае, тот осознал, что «вход здесь».

— Юс.

— Да.

— Нет, господин глава дома.

Поправившись, она увидела, как он обернулся.

— Наедине можно и так.

Ран усмехнулась.

— Тогда, Юс... Ты знал о таком развитии событий?

— Нет.

— Но выглядишь спокойным.

— Суета не поможет.

— Это так, но...

Она задумалась.

— Может, поищем в старых записях? Может, найдём что-то полезное.

— Неплохая идея.

Он кивнул. Ран крепко сжала его руку.

— В любом случае, я с тобой.

Его сапфировые глаза пристально взглянули на неё, и она поспешно поправилась:

— Нет, не в том смысле!

— Как жаль.

Он пробормотал это, а Ран прошептала себе под нос:

«Я не это имела в виду...»

Выйдя наружу, они услышали шум — Ран вздохнула с облегчением. Тишина и безмолвие внутри были пугающими.

Ну, с Юстафом не так страшно, но тот стук...

«Как в фильме ужасов».

Но тут Блейн с мрачным лицом быстро подошёл:

— Лучше спускаться. Погода портится.

Ран подняла голову — солнца не было видно. Тёмная, зловещая аура окутывала горный хребет.

— Надвигается снежная буря?

Юстаф кивнул на её бормотание:

— Лучше поторопиться. Если нас застанет буря...

Он нахмурился и свистнул. Все рыцари повернулись.

— Разбейтесь по парам! Если буря разбросает нас — двое остаются вместе. Не отвлекайтесь, спускайтесь самостоятельно.

— Слушаюсь!

Рыцари хором ответили и начали разбиваться на пары. Юстаф повернулся к Ран:

— Будем в одной команде.

— А... Да.

Она хотела спросить, разве им не стоит разделиться, но вспомнила, что больше не глава дома Лачиа.

«В такие моменты это даже удобно».

Ран быстро пристроилась рядом с Юстафом. Блейн сказал:

— Пора выступать.

Юстаф кивнул. Ран забеспокоилась:

«Смогу ли я скакать?»

«Покорять заснеженные горы на полной скорости — мне ли это по силам?»

Юстаф, словно прочитав её мысли, сказал:

— Крепко упритесь в стремена, напрягите бёдра и... держитесь за гриву.

— Э? Но...

— Неправильно дёргать поводья ещё хуже. Гриву я вам прощу.

Ран кивнула.

— Если будет трудно — так и сделаю.

Блейн добавил:

— Я пойду первым. Затем госпожа Ран, а сзади — господин глава дома.

Ран кивнула. Ветер усиливался, и звук сухих веток, бьющихся друг о друга, заставлял волосы на затылке вставать дыбом.

— Вперёд!

Блейн дал команду лошадям, и Ран последовала за ним.

«А-а-а-а!»

Казалось, она прикусит язык. Стиснув зубы, Ран всё равно не могла остановить дрожь во всём теле.

Лошади тоже, похоже, чувствовали приближение чего-то. Но глаза оказались быстрее, чем их скакуны.

В одно мгновение всё вокруг потемнело, и начал падать снег. Не пушистые крупные хлопья, а мелкая колючая крупа.

«Не могу открыть глаза!»

Ран изо всех сил пыталась разглядеть что-то перед собой, но ничего не видела. Лошадь, почувствовав, что хозяин не контролирует её и не видит дороги, запаниковала и понесла.

«Так хо-ло-дно-о-о!»

Температура упала пугающе быстро. Ран начала дрожать. Холод проникал в кости, превращаясь в боль.

Тут лошадь вдруг дёрнулась, испугавшись чего-то.

— !!

Грива выскользнула из рук в перчатках, тело потеряло равновесие, и Ран полетела вниз.

Рот открылся, но крика не последовало — она была слишком напугана, чтобы издавать звуки. Освободившись от веса, лошадь прибавила скорости. Ран волочилась по снегу, нога застряв в стремени, но наконец высвободилась.

...

Ошеломлённо полежав на снегу, она резко поднялась. Вся была покрыта снегом, а перед глазами стояла белая пелена — почти ничего не было видно.

«Глаза замерзают».

— Сэр Блейн!! Юстаф!!

Она крикнула изо всех сил, но вой метели был ещё громче. К тому же с каждым вдохом горло будто сковывало льдом. Выдыхаемый воздух тут же замерзал на шарфе, превращаясь в иней.

Ран пошатываясь встала. Всё тело болело — не от падения, а от холода.

Ветер был настолько силён, что сложно было даже стоять прямо.

— Блейн! Юс!

Прокричав, она зашагала. Не могла понять, где верх, а где низ.

«Нужно идти, продолжать двигаться».

Размышляя, что из вещей может пригодиться, она нащупала фонарь на поясе и повернула кольцо.

Свет появился, но было неизвестно, виден ли он сквозь снежную бурю.

«Неужели метель всегда была такой жестокой?»

Хотя вообще случалось ли такое раньше в Лачиа?

Тук-тук.

В этот момент сквозь оглушительный рёв метели раздался чёткий стук.

Ран вздрогнула.

— Ран!

Кто-то схватил её за руку и резко поднял на ноги. Она ошалело уставилась.

— Ю-Юс?

Услышав её, Юстаф облегчённо выдохнул. Он уже думал, что она замёрзла насмерть, раз не двигается.

— Я у-упала с лошади...

Придя в себя, она ощутила ещё большую боль. Зубы стучали, когда она говорила. Юстаф спросил:

— Вы ранены?!

Даже находясь рядом, приходилось почти кричать, чтобы услышать друг друга. Ран кивнула и одновременно сказала:

— Да.

Неясно, расслышал ли он, но Юстаф начал вести её за собой. Ран, шатаясь от ветра, последовала.

Он быстро посадил её на свою лошадь и сам вскочил в седло. Затем пришпорил коня.

Ран почувствовала, как боль притупляется. Но вместо неё накатывала сонливость...

— Ран.

Юстаф встряхнул её за плечо, и она резко очнулась. Тут же волна холода и боли накрыла снова.

— Нельзя спать.

— Не сплю.

Она широко раскрыла глаза, стараясь не сомкнуть их. Юстаф глубоко вздохнул и поднял руку.

— Синее пламя.

Взвился столб синего огня. Лошадь взбрыкнула, но он успокоил её и продолжил путь. Огненный столб, взметнувшийся в небо, был виден отовсюду, и потерявшиеся рыцари устремились к нему.

Конечно, его заметили и в Небесной усадьбе.

Ран погрузилась в полусонное оцепенение. Жар от пламени совсем не согревал её.

Из-за ледяных скал, из глубины леса донёсся вой, будто в ответ на синий огонь.

Юстаф ещё несколько раз встряхнул Ран, не давая ей отключиться. Пламя мчалось впереди, они следовали за ним и наконец добрались до усадьбы.

— Госпожа! Леди Ран!

Слуги, шатаясь от ветра, выбежали встречать их и проводили внутрь, а лошадь отвели в конюшню.

— Бам!

Громкий звук захлопнувшейся двери оглушил воздух, но Ран всё ещё пребывала в оцепенении. Лумиэ поспешно стащила с неё промёрзшую одежду. Даже когда с неё снимали закоченевший шарф и верхнюю одежду, Ран стояла, пошатываясь, будто пьяная.

— Хозяин... — прошептала Лумиэ.

Ди Модиа крикнула:

— Наполните ванну! С госпожой всё в порядке?

— Со мной всё нормально, — ответил Юстаф, но дворецкий настойчиво уговаривал и его принять горячую ванну.

Юстаф отложил это предложение и начал отдавать распоряжения.

Лумиэ подхватила Ран на руки и понесла, но у ванной её оттеснили Сода и Кара.

Как только Ран погрузилась в тёплую воду, она слабо застонала:

— Горячо...

— Вода не горячая, — возразила Кара, осматривая её руки и ноги.

К счастью, обморожение оказалось не сильным. Гораздо опаснее была гипотермия.

Постепенно, по мере того как Ран привыкала к температуре, подливали горячую воду, повышая градус. Сода и Кара суетились, как белки, и вскоре температура тела Ран полностью восстановилась.

Она обмякла в ванне и закрыла глаза.

— Такой снежной бури я ещё не видела...

— В детстве я видела, — сказала Кара.

— Правда?

— Да. Говорят, иногда такие бури случаются. Но я не думала, что она ударит именно сегодня.

Ран вздохнула: «Вот оно как...»

«Если холодно — то действительно так больно? Не могла даже представить».

Глаза тоже ныли. Когда она потрогала веки, Сода предупредила:

— Не трогайте, госпожа Ран. Вы поранили кожу вокруг глаз.

— Поранила?

На пальцах действительно была кровь. Поцарапала ледяной крупинкой.

Она крякнула и спросила:

— А остальные? Рыцари? Юстаф в порядке?

— Все получили помощь. Благодаря огненному столпу, который создал господин глава дома, заблудившиеся смогли найти дорогу.

— А...

Этот огненный столп.

Прямо как в 3D-кино...

Ран резко вскочила. Вода хлынула на пол. Испуганная Кара воскликнула:

— Вам ещё нужно согреться!

— Нет, я в порядке.

— Барышня!

— Госпожа Ран!

Игнорируя их возгласы, Ран накинула плотный банный халат и выскочила из ванной. Ди Модиа закричала:

— Госпожа Ран! Вы даже не высушили волосы! Простудитесь!

— Госпожа Ди Модиа права! — Лумиэ тоже выглядел обеспокоенным.

Они усадили её перед камином, в самое тёплое место, и включили обогреватель.

Сода и Кара, выбежавшие с мокрыми руками, смотрели на неё с отчаянием.

— Ну как можно так внезапно убегать?!

— И волосы не высушили!

Они принялись вытирать её волосы полотенцем. Ран, мотаясь из стороны в сторону, пробормотала:

— Сходите, проверьте, как Юстаф.

— С господином главой всё в порядке.

— Точно.

Ран снова сглотнула.

«Голубое пламя» — дар, переданный главе дома.

Но за его использование есть цена.

Сначала — выносливость. Затем — жизненная сила.

Даже Юстаф, создавший такой огромный столп огня, должен был изрядно истощиться.

Когда трое высушили её волосы, Ран поспешно переоделась. Только плотно закутавшись в меховую накидку, она получила разрешение выйти.

— Серьёзно, впредь вы должны всегда брать меня с собой, — ворчала Лумиэ, неотступно следуя за ней.

— Надоело беспокоиться за вас в одиночку.

Ран горько усмехнулась:

— Ладно.

Но она и представить не могла, что такое вообще может случиться.

Снежная буря.

«И я впервые узнала, насколько это страшно».

«Серебряная буря» — звучит романтично, не так ли?

Поэтому она и не ожидала такой жестокости. Думала, это что-то вроде снега внутри снежного шара.

Когда Ран вошла в кабинет, Юстаф поднял на неё взгляд. Он даже не успел полностью переодеться.

— Ран.

Он быстро подошёл и коснулся её щеки. Почувствовав тепло, с облегчением произнёс:

— Рад, что вы выглядите нормально.

— Со мной всё в порядке, но Юс... то есть, господин глава дома?

— Я в порядке.

Хотя он так сказал, Ран крепко сжала губы, затем резко повернулась к дворецкому:

— Я могу взять на себя руководство здесь? Нужно отправить господина главу дома в ванну.

Дворецкий обрадовался, а чиновники выглядели так, будто это было само собой разумеющимся.

Только Юстаф казался слегка озадаченным. Она подтолкнула его в спину:

— Быстрее, иди в ванну и отдохни. Использовать Голубое пламя в таком масштабе...

При её последних словах Юстаф бросил на неё взгляд, затем расслабил плечи.

— Хорошо.

— Конечно, хорошо.

Ран фыркнула, а Юстаф вдруг усмехнулся и поцеловал её в щёку.

— Тогда...

Он быстро вышел, а Ран потёрла щёку.

«Его губы были холодными».

Эта мысль заставила её забеспокоиться ещё сильнее, но сейчас было не время для таких размышлений.

— Итак, сколько рыцарей вернулось? Кто ещё не вернулся? Как лошади? Если их сразу не загнать в конюшню, они замёрзнут. Хватает ли кипятка?

Старший слуга быстро ответил, и Ран начала отдавать распоряжения.

К счастью, никто не выпал из седла, как она. Благодаря огненному столпу Юстафа не было и отставших.

Ран вздохнула с облегчением.

Потерять рыцаря из-за такой бури было бы серьёзным ударом.

Но, к несчастью, лошадь, бросившую её, так и не нашли. Слуга сообщил, что она, вероятно, испугалась пламени и убежала в противоположную сторону.

Ран сжалось сердце.

«Это из-за меня».

Если бы она лучше управляла лошадью и не упала, та осталась бы жива.

Чувство вины кольнуло её, но это была проблема на потом. Только когда вернулся последний рыцарь, дела наконец уладились.

Ставни на окнах были плотно закрыты, запасов ледяных кристаллов в подвале хватало. Ран приказала поварам приготовить горячий суп для всех и направилась в комнату Юстафа.

Только что вымытый Юстаф, увидев её с миской супа, заметил:

— Кстати, нуним всегда приходит, когда я уже помылся.

Ран покраснела.

— Я не специально!

Затем она удивлённо спросила:

— Ты снова называешь меня «нуним»?

— Подумал, вам так больше нравится. «Нуним» или «Ран» — что заставляет ваше сердце биться чаще?

Она почувствовала, как лицо горит, и грохнула миску с супом на стол.

— Хватит болтать ерунду и ешьте, господин глава дома.

— Для меня это важный вопрос.

Юстаф вытянул длинные ноги. Лёгкая усталость читалась на его лице, и Ран снова забеспокоилась.

— Всё-таки устал? Всё в порядке?

— Это терпимо.

— Ну и ладно.

Ран свернулась калачиком на диване. Распущенные волосы растрепались. Когда она попыталась их пригладить, Лумиэ остановила её:

— Давайте я соберу.

— Спасибо.

Лумиэ аккуратно собрала её волосы и расчесала пальцами. Спутанные пряди быстро стали гладкими. Разделив волосы на три части, она заплела косу и поцеловала кончик.

Осторожно опустив косу, Лумиэ увидела, как Ран обернулась и улыбнулась.

— Как аккуратно! Спасибо.

— Не за что.

В глазах Лумиэ светилась мягкая теплота, и Ран невольно уставилась на неё. Та тут же улыбнулась своей обычной улыбкой.

— На моём лице что-то есть?

— Нет, просто...

Ран повернулась на диване, положив руку на спинку.

— Ты умеешь заплетать косы?

— В детстве я часто заплетала Лили.

— Понятно.

— Ваши волосы похожи на пшеничное поле на закате.

Ран рассмеялась.

— Спасибо за комплимент. И, Лумиэ...

— Да?

— Прости, что заставила тебя волноваться.

Лумиэ слегка приоткрыла рот, затем снова улыбнулась своей очаровательной улыбкой.

— Если так думаете, в следующий раз обязательно возьмите меня с собой.

— Да.

Ран кивнула.

— Ран.

Юстаф снова позвал её, и она развернулась к нему.

— Мм? Что?

— Если пришли проведать меня, то проявите хоть немного заботы.

Она уставилась на него, затем с силой выдавила:

— Господин глава дома, вы не находите, что стали слишком бесстыдным?

— Если бы не я, вы бы до сих пор не знали о моих чувствах, бродили бы вокруг да около и разбрасывались дождевыми каплями.

— Какими ещё каплями?!

Ран растерялась.

Кстати, разве Юстаф не говорил что-то подобное раньше?

— Хотя бы теперь вы знаете о моих чувствах, и это уже хорошо.

Он промолвил это, затем спросил:

— Кстати, вы хоть что-то ели?

— А?.. Ах, вообще-то нет...

Юстаф без лишних слов велел слуге принести ещё одну тарелку супа.

— Но я не голодна...

— Сейчас проголодаетесь.

Подумав, она согласилась. Ран закрыла глаза и глубоко выдохнула.

— Вообще, этот звук слишком меня беспокоит... Может, завтра уже начать разбираться?

Она пробормотала это, и Юстаф едва не спросил: «Уже надоело?»

Он хорошо знал, что Ран не любит Лачиа. Ни разу не сказала «мне здесь нравится», чуть не замёрзла насмерть в этой зимней буре, да ещё и странные звуки из-за ледяных стен... Кто бы полюбил такие земли?

Можно сказать, что здесь есть богатство и власть, но Юстаф знал: Ран не из тех, кого это волнует.

«Но она же не сбежала».

Если бы она ушла тогда, он действительно не стал бы её искать.

Но Ран осталась.

Решила остаться в Лачиа, и у него не было ни малейшего желания выпускать добычу, которую загнал под свои клыки. Отчасти поэтому он был снисходителен к Лумиэ.

Он знал, что Ран дорожит ею, и потому сдерживал желание избавиться от неё. Раз уж Лумиэ вступила в орден Голубого Пламени, это стало ещё одной причиной для Ран остаться.

«Хотя, будь её воля, эта девчонка бросила бы всё и последовала за Ран».

Но Ран не знала об этом.

Юстаф сказал:

— Вам не стоит об этом беспокоиться.

Он не хотел, чтобы из-за Лачиа на неё давили ещё сильнее.

Ран вздрогнула и подняла голову.

Её зелёные глаза тревожно дрогнули.

— Конечно, я знаю, но...

Она сжала губы и резко отвернулась. Ну можно же было сказать помягче, нет?

Только что признался в любви, а теперь...

Мог бы быть хоть немного нежнее...

Подумав так, Ран невольно уткнулась лицом в колени.

«Ааа! Это же мои собственные слова, которые я говорила Юстафу!»

Мысленно повалявшись в снегу, она фыркнула и подняла голову.

— Конечно, я никто, но всё же...

— Вы не «никто». Вы самый дорогой для меня человек.

Спокойный ответ Юстафа заставил её лицо снова вспыхнуть. К счастью, слуга вошёл с супом, и Ран поспешно опустила глаза в тарелку.

Потягивая горячий томатный суп, она пришла в себя.

Тепло разлилось по телу, и желудок предательски урчал. Она торопливо глотала, стараясь заглушить звук.

— В общем, сложно и герцогскими делами заниматься, и расследовать. Я помогу. Чем больше рук, тем лучше.

Юстаф кивнул.

— Раз вы настаиваете — хорошо.

Опустошив тарелку, Ран встала и твёрдо заявила:

— Сегодня отдыхай. Никакой работы.

Он усмехнулся её ворчанию.

— Как скажете.

— Ладно.

Кивнув, она вышла из его комнаты. Все ставни были закрыты, и в тёмном коридоре мерцали магические светильники.

— Скрип-скрип.

Вот отредактированный текст с исправленной грамматикой, единым стилем и проверкой имен собственных:

---

Ставни дрожали от ветра. Этот стук напомнил ей тот зловещий звук из-за ледяной стены, и Ран снова содрогнулась. Даже сейчас мурашки бежали по коже.

— Вам холодно? — встревожилась Лумиэ.

Ран отрицательно покачала головой:

— Нет, пойдём скорее.

Войдя в свою комнату, она увидела Ди Модиа.

— Хорошо сходили?

— Угу. И я голодна... — неожиданно для себя хныкнула Ран.

Сода и Кара рассмеялись у неё за спиной:

— Мы уже заказали ужин.

— Для начала выпейте чаю.

Ран потягивала сладкий молочный чай, наблюдая за танцем пламени в камине.

Если подумать, неудивительно, что та сторона ледяного барьера начинает волноваться, — мелькнуло у неё в голове.

Приближалось время, когда печати Иберии окончательно ослабнут.

Значит, Сина действительно скоро придёт. Осталось совсем немного. Она появится уже в следующем году.

Мысль о том, что именно заточённое в ледяной стене существо вышвырнуло её сюда, заставила Ран осознать: его сила действительно растёт.

Когда Сина придёт... — Ран медленно откинулась на спинку кресла.

Когда появится героиня, всё начнёт вращаться вокруг неё. Юстаф, Лумиэ...

На губах Ран появилась лёгкая улыбка при мысли о Сине. Она даже испытывала странное нетерпение, желая поскорее встретиться с ней.

Ах, но... — лёгкая грусть сжала сердце при мысли, что Юстаф станет холоден с ней.

Размышления прервал аппетитный аромат.

— Что это за восхитительный запах? — оживилась Ран, ставя чашку.

Сода с улыбкой поставила перед ней тарелку:

— Только что испечённый хлеб с хрустящей корочкой, курица, аккуратно отделённая от костей, кисло-сладкие пикули, свежее масло и малиновый джем.

— Выглядит потрясающе! — Ран с восхищением разглядывала золотистую куриную кожицу.

— Кушайте скорее, — Сода заботливо разложила салфетку у Ран на коленях.

Та быстро расправилась с ранним ужином. Говорят, зимой нужно есть больше, чтобы поддерживать тепло, — вспомнила она. Похоже, это правда.

Опустошив тарелку и доев последний десерт — мочёные в меду яблоки — Ран невольно вздохнула:

— Кажется, я переела...

— Хозяину не помешало бы немного поправиться, — заметил Лумиэ.

Ран сверкнула изумрудными глазами:

— О, Лумиэ! С такими речами ты будешь невероятно популярен среди женщин.

— Другим женщинам я такого не говорю, — спокойно ответил он.

Ран согласно кивнула. Верно, лучше избегать двусмысленных фраз, — подумала она.

Лумиэ внимательно посмотрел на неё, затем предложил:

— Если наелись, может, пройдёмся немного?

— А может, и правда? — Хорошая идея, — подумала Ран, поднимаясь.

Сода тут же возмутилась:

— Вы только что пережили такое испытание и опять хотите двигаться?!

Тем не менее, она помогла Ран одеться потеплее.

Если в комнате было тепло благодаря магическому обогревателю, то в коридорах царил пронизывающий холод. Дыхание превращалось в лёгкий пар, но по сравнению с уличной стужей здесь было почти жарко.

Держась за переполненный живот, Ран неспешно прогуливалась с Лумиэ по длинным коридорам, показывая ему различные комнаты. Она чувствовала себя экскурсоводом, объясняя назначение каждого помещения, историю гобеленов и картин.

Некоторые неиспользуемые залы, где мебель была накрыта белыми покрывалами, выглядели особенно мрачно и загадочно.

Лумиэ провёл ладонью по холодной каменной стене и неожиданно спросил:

— Вы знаете о секретных проходах усадьбы?

Ран энергично покачала головой. Закутанная в меховой плащ, она напоминала пушистую куклу.

— Почему вы решили остаться? — вдруг спросил Лумиэ, чего никогда не делал раньше.

Ран улыбнулась:

— А тебе хотелось бы, чтобы я ушла? Тогда мы с тобой больше не увиделись бы.

— Почему? — нахмурился он.

— Неужели вы, хозяин, планировали бросить меня? Решили уйти одной, хотя мы договаривались об обратном?

— Э? Нет, просто... — растерялась Ран. — Ты теперь член Ордена Голубого Пламени. Я не могу просто забрать тебя с собой. Да и есть же Лилли...

Лумиэ открыл рот, но сомкнул губы. К чёрту этот Орден, — яростно подумал он, но не сказал вслух, не желая огорчать Ран, которая сама устроила его туда.

— Лилли сможет встретиться с вами, даже если вы уйдёте, — сказал он вместо этого. — В конце концов, это вы связаны с эльфами.

Он надул губы, как обиженный ребёнок:

— В итоге я останусь в этой ледяной дыре один.

— Ха-ха-ха, верно, — рассмеялась Ран.

— Вам бы больше подошла тёплая страна.

— Разве? — Ран склонила голову набок, рассматривая его.

Лумиэ вдруг всё понял. Глаза его потемнели:

— Вы правда собирались оставить меня.

— Э? М-м... Наверное? — неуверенно пробормотала Ран.

Лумиэ был ошеломлён. Затем его охватила ярость. Разве это справедливо — так односторонне решать за него? Она сама подобрала его, сама приказала остаться, сама...

Внезапно он вспомнил слова Юстафа: "Не заблуждайся".

Горький смешок вырвался из его груди вместе с тяжёлым вздохом.

— Хозяин, — позвал он, стараясь говорить спокойно.

— М-м?

— Ты знаешь историю про кондитера? — неожиданно спросил Лумиэ.

Ран отрицательно покачала головой:

— Нет, не знаю. О чём это?

— Там есть кондитер, который очень похож на вас.

Ран уперла руки в бёдра и повернулась к нему:

— Что? Это что-то плохое?

Лумиэ криво усмехнулся:

— Если вы так подумали, значит, у вас есть что-то на совести?

— Нет, ничего! — уверенно заявила Ран.

Он рассмеялся, глядя на её искреннее недоумение:

— Тогда всё в порядке, разве нет?

Шепнув это, Лумиэ потянул за бронзовый подсвечник, встроенный в стену.

Скрип...

С тихим звуком потайная дверь приоткрылась. Ран округлила глаза, когда из чёрного прохода хлынул ледяной воздух.

— Пойдём? — предложил Лумиэ.

Ран крепче застегнула плащ, натянула капюшон и решительно кивнула:

— Пошли.

Разве она могла отказаться от такого приключения? Тайный проход — что могло быть более захватывающим? С такими мыслями она засеменила за Лумиэ внутрь.

Внутри царила кромешная тьма. Ран потянулась к пояснице за лампой, но Лумиэ остановил её:

— Не включайте. Свет может быть виден снаружи.

— А, ладно, — кивнула она.

Но чем дальше они углублялись, тем непрогляднее становилась темнота. Ран сглотнула и невольно ухватилась за край плаща Лумиэ. Тот тут же взял её за руку. Его ладонь была удивительно горячей.

Лумиэ был рад, что в темноте не видно его лица. Иначе Ран заметила бы, как он улыбается. Он был счастлив — настолько, что грудь сжимало от волнения.

Всего лишь из-за такой мелочи — просто потому, что она взяла его за руку. Просто потому, что в темноте прижалась к нему. Одного этого было достаточно, чтобы сердце забилось как бешеное.

Даже под действием зелья я не чувствовал ничего подобного, — подумал он, продолжая вести её вперёд.

Если бы здесь было ещё темнее... Если бы этот путь никогда не заканчивался... Чтобы он всегда мог идти впереди, а она — держать его за руку и следовать за ним.

— Лумиэ... — прошептала Ран.

— Да, хозяин? — его голос звучал непривычно бодро.

Она невольно улыбнулась:

— Как долго мы ещё будем идти? Я вообще ничего не вижу.

— Раз уж вошли, давайте дойдём до конца.

— А если мы идём уже минут тридцать, а это просто выход наружу?

— Тогда мы просто нашли ещё один путь наружу, — философски заметил Лумиэ.

— Ну ладно, — Ран задумчиво наклонила голову.

А если спросить Юстафа... Кажется, он бы рассказал! — мелькнуло у неё в голове.

Только подумав об этом, она почувствовала, как лицо заливает краска. Может, это и паранойя, но мне почему-то кажется, что Юстаф раскрыл бы мне этот секрет. Он же сказал, что я... дорогой для него человек...

В этот момент её нога во что-то ткнулась, и раздался тонкий писк. Ран вскрикнула от ужаса:

— Крыса! Крыса!

Она затопала ногами и вцепилась в Лумиэ, а тот легко подхватил её на руки. Ран дрожала, как осиновый лист.

— На улице холодно, вот они и прячутся внутри, — в голосе Лумиэ слышалась усмешка.

Ран недовольно посмотрела в направлении звука:

— Когда она трётся о ногу, а ты её не видишь — это совсем другие ощущения!

— Кстати, в Лачиа крыс не так уж много, — заметил Лумиэ.

— Пожалуйста, я их терпеть не могу!

— Может, мне найти где-нибудь котёнка? — предложил он успокаивающим тоном.

Глаза Ран загорелись:

— Котёнка?

— Да. Если будет ловец крыс, их станет меньше.

— Ну... это хорошая идея... котёнок... — она обвила его шею руками. — Лумиэ, тебе не холодно? Ты же только в мундире и плаще.

— Мне не холодно.

— Да ладно, — фыркнула Ран.

Лумиэ продолжал идти, слегка прикусив губу. Если бы она прижалась ближе, то услышала бы, как бешено стучит его сердце. Оно колотилось так громко, что, казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Но, к счастью, этот звук был слышен только ему.

Ран беззаботно прижалась к нему и заметила:

— Странно, мы будто поднимаемся вверх?

— Да, похоже на то. О... — он внезапно замер.

— Что?

— Впереди свет, — прошептал Лумиэ.

— Я вижу свет.

— Свет? — удивилась Ран, поднимая голову.

В кромешной тьме впереди действительно виднелся слабый луч.

— Опусти меня, — попросила она.

Лумиэ осторожно поставил её на ноги. Подойдя ближе, они обнаружили отверстие в полу, а под ним —

— Бальный зал?

— Похоже на то. Алмазный зал, если я не ошибаюсь.

— Точно. Ох... — Ран заворожённо смотрела вниз. — Отсюда весь зал как на ладони. Что за странная конструкция у этого прохода?

— Думаю, отсюда можно отчётливо слышать разговоры, — предположил Лумиэ.

— Возможно, — Ран ещё какое-то время наблюдала за пустым залом, затем вздохнула: — Значит, это для наблюдения за балом? О чём только думала Иберия, когда строила Небесную усадьбу...

Она недоумённо покачала головой. Лумиэ между тем продолжил:

— Кажется, дальше можно пройти.

— Давай проверим, — оживилась Ран.

Не успела она договорить, как под ногами начался резкий склон, и она поехала вниз, кубарем скатываясь по гладкой поверхности.

— А-а-а! — вскрикнула она.

— Хозяин! — испуганно бросился за ней Лумиэ, но поймать её было невозможно.

Это напоминало катание с ледяной горки — только без малейшей возможности остановиться. Ран, съезжавшая вперёд головой, отчаянно пыталась затормозить, но толстая ткань платья и скользкие перчатки сводили все усилия на нет.

В следующее мгновение впереди снова показался свет.

Секундочку, неужели я сейчас вылечу наружу на такой скорости?! — мелькнуло у неё в голове.

Но тут рука Лумиэ схватила её за запястье, и в тот же миг её тело повисло в воздухе. Зрение залило ослепительным светом.

Падаем! — зажмурилась Ран.

Однако почти сразу они мягко плюхнулись в глубокий сугроб. Ветер всё ещё нёс снежную пыль, но буря значительно ослабла по сравнению с дневной яростью.

Ран открыла глаза. На мгновение она просто лежала, тупо глядя в серое небо, затем поспешно поднялась.

Теперь было видно, откуда они вылетели — из одного из водосточных желобов для отвода дождевой воды. Ран всегда думала, что это просто большая дренажная труба.

— Лумиэ, ты в порядке? — озабоченно спросила она, оборачиваясь.

Тот уже вставал, отряхивая снег:

— Да, всё хорошо. Буря немного стихла, и это удача.

— Да-да, пойдём скорее внутрь, — Ран стучала зубами от холода.

Лумиэ кивнул, но вдруг неожиданно сказал:

— А что, если мы просто уйдём отсюда?

— Замёрзнуть насмерть — не в моих планах, — сухо ответила Ран.

Её лаконичный ответ рассмешил Лумиэ:

— Верно. Мне тоже это не по вкусу.

Когда они вернулись к парадному входу, служанки подняли переполох.

— Какого чёрта вы опять вышли в такую погоду?! — набросилась на них Ди Модиа.

Особенно досталось Лумиэ за "совершенную безответственность".

После очередного горячего купания Ран, полностью вымотанная, буквально рухнула в постель.