Контент удален!

Мо Сыль А не ответила.

У Тхэ закрутил крышку пустого термоса. Посмотрев на Сыль А, которая механически жевала кашу с отсутствующим видом, он вдруг приложил тыльную сторону ладони к ее лбу. Тот по-прежнему был горячим.

Он хотел просто всучить ей жаропонижающее, которое передала мадам Хан, но, решив, что она может его не выпить, заставил проглотить лекарство.

Мо Сыль А, смущенная тем, что он обращается с ней как с ребенком, всё же безропотно проглотила таблетку.

— ...Уходи, теперь.

А затем, словно вдруг вспомнила о правилах приличия, велела ему проваливать и легла в постель.

Типа, дело сделал — гуляй смело?

У Тхэ усмехнулся и, схватив край одеяла, натянутого ею до самой макушки, потянул на себя. Даже силой меряться не пришлось — одеяло легко сползло вниз.

Поразительно, но Мо Сыль А уже успела закрыть глаза.

— Человеку, который тебя и с ложечки покормил, и лекарство дал, могла бы сказать хоть спасибо, а не хамить.

— Раз не собираешься трахать — уходи.

— Ха.

Она точно больная на голову.

То ли так отчаянно нарывается, умоляя наброситься на нее, то ли просто совсем тормоза сорвало.

Он сдерживался только потому, что на этом наглом лице, не знающем меры, не было ни кровинки. У Тхэ, словно призывая ее прийти в себя, ущипнул ее за заострившуюся щеку и потянул.

— Таблетку сожрала, вот и спи тихо...

Но в этот момент Мо Сыль А неожиданно резко приподнялась. Словно заранее всё спланировав, она молниеносным движением обхватила шею У Тхэ обеими руками.

Прежде чем он успел отреагировать, Сыль А наклонила голову. Их губы сомкнулись. Пышущий жаром язык вторгся к нему в рот.

Недоумение мгновенно сменилось возбуждением. У Тхэ, на секунду застывший, изменил наклон головы и глубоко протолкнул свой язык в ответ.

Неужели я так сильно сдерживался?

От того, как он сосал ее маленький язычок, кровь закипала в венах. Они жадно, исступленно обменивались слюной, сплетая языки.

Поцелуй вмиг стал таким яростным, что мысль о том, что перед ним больная женщина, полностью улетучилась.

— Ха-а...

Мо Сыль А с силой притянула его за шею, словно умоляя проникнуть еще глубже.

Меркантильная дрянь.

Где-то на задворках сознания, считавшего ее лицемеркой, он практично оценивал ситуацию.

Если я возьму ее прямо здесь...

Он и сам не верил, что «один раз» останется лишь одним разом, даже когда упрямо твердил ей об этом.

Ему просто хотелось, чтобы Мо Сыль А в это поверила. Хотелось выглядеть в ее глазах жестоким ублюдком, который убедил бы ее, что больше он к ней не притронется.

Но, блядь.

Из-за какого-то одного поцелуя.

И как раз в тот момент, когда после одного-единственного поцелуя он прикидывал, возможен ли сейчас секс, Мо Сыль А резко откинула голову и разорвала поцелуй.

Ее влажные глаза, затуманенные страстью, дрогнули.

— ...Дай.

Сквозь прерывистое дыхание прорвалась мольба.

— Дай свой номер...

В этот момент У Тхэ опешил так, что напрочь потерял дар речи. Взгляд Мо Сыль А, жалобно вопрошающий: «Правда не дашь?», мгновенно привел его в чувство.

Не дождавшись ответа, Мо Сыль А недовольно нахмурилась и оттолкнула его.

А затем снова холодно легла в кровать, словно всё это липкое напряжение между ними не имело к ней никакого отношения.

— Вот же...

Бугорком вздымающееся одеяло, под которым она так нагло спряталась, распаляло его.

Сама вызвалась сосать его язык только ради того, чтобы заполучить номер. Какое похвальное усердие.

Если дам номер, что, секс по телефону предложит?

Словно говоря «хрен тебе», У Тхэ встал со стула.

Он думал, что Мо Сыль А хотя бы краешком глаза выглянет из-под одеяла, но она так и не пошевелилась.

Он задвинул стул обратно к столу.

— ...

Вскоре скрипнула и закрылась дверь.

Только спустя долгое время Рю Джин откинула одеяло. Ее лицо было мокрым от пота, она тяжело и прерывисто дышала.

Вытерев подбородок тыльной стороной ладони, она оглядела постель. Ни термоса, ни ложки — он всё забрал с собой, так что убирать было нечего.

И всё же, пока Рю Джин осматривалась, ее взгляд за что-то зацепился.

— ...!

В этот момент, забыв о болезни, Рю Джин соскочила с кровати и бросилась к столу.

Ей не показалось.

На столе лежал листок для заметок.

А на нем был написан номер.

Номер, который дался Рю Джин тяжелее всего в жизни...

* * *

— Ма-анки из ха-ангри...

— Гуд, некст?

— Кэн ай хэв, э бэнэна... плиз?

Каждый раз, когда преподаватель переворачивал страницу книги, До У бодро зачитывал короткие английские фразы. Всё это происходило совсем недалеко от кровати Джон О.

Занятие проходило в гостиной — До У упрямо заявил, что хочет учиться на глазах у папы. Из-за этого Рю Джин тоже невольно стала зрительницей его урока английского.

— Зе манки из... итинг э! Бэнэна.

То, как он старательно произносил «бэнэна» вместо «банана», забавно перекатывая Р вместо Л, было очаровательно. Когда преподаватель хвалил его, говоря «гуд джоб», мальчик украдкой оглядывался на папу, а затем встречался взглядом с Рю Джин и гордо пожимал плечами.

А самым милым было то, что он ни разу не посмотрел в ее сторону, когда запинался на незнакомых словах.

— Ху из ё бест френд?

— Октопус, октопус. Октопус из май бест френд. О-о-о.

Теперь они пели английскую детскую песенку. В последнее время Рю Джин слышала ее так часто, что уже была готова подпевать про себя.

Рю Джин смотрела на До У, который пел, сверкая ясными глазенками.

Прожив в этом доме чуть больше месяца, она кое-что узнала о мальчике.

До У ходил в садик только три дня в неделю, а в остальные дни занимался дома. А иногда он вообще не выходил из комнаты, так что его целыми днями не было видно.

Судя по тому, как мадам Хан недавно замяла тему с его поездкой в больницу, у него явно были проблемы со здоровьем, из-за которых ему нельзя было переутомляться.

Ей не хотелось копать глубже. У нее и так не было желания привязываться к нему, а уж тем более узнавать его скрытые раны, чтобы потом чувствовать себя паршиво.

Рю Джин не любила больных людей.

Даже Джон О.

С какого-то момента Рю Джин не могла смотреть ему прямо в лицо.

Несмотря на то что она без зазрения совести могла смотреть в глаза Джи У Тхэ, Хэ Рим и Ын Ха, лицо Джон О с плотно сомкнутыми веками почему-то вызывало у нее чувство неловкости. Это бередило ее совесть, которой у Рю Джин, по сравнению с другими людьми, почти не осталось.

Она долго думала, почему так происходит, и поняла: видимо, она сочувствует его положению.

Несчастному мужчине, рожденному от связи на стороне, прожившему всю жизнь в тени своего блестящего сводного брата и оказавшемуся жертвой трагической аварии...

Рю Джин интуитивно чувствовала: в этом доме никто не верит, что он когда-нибудь очнется.

Даже Хэ Рим и вице-председатель.

Джон О был человеком, чья душа уже испарилась, оставив здесь лишь пустую оболочку.

Казалось, лишь эгоизм людей, не желающих стереть его существование, отчаянно удерживает в нем остатки дыхания.

А, впрочем, был один человек, который искренне верил, что его душа всё еще здесь.

— Пап, а «экселент» — это в пять раз круче, чем «гуд джоб», и сегодня учитель сказал мне «экселент» целых пять раз. Классно, да?

Рю Джин намеренно не смотрела на До У, который без умолку болтал с Джон О.

Она изо всех сил сдерживала улыбку, услышав это «Классно, да?» — любимую присказку мадам Хан, которую мальчик явно подцепил от нее.

Няня просто стояла рядом, не пытаясь его остановить, а Хэ Рим нигде не было видно.

С таким страшным лицом запретила ей общаться с До У, а сама так плохо за ним следит.

Впрочем, какой там следить — в последнее время Хэ Рим слегла с мигренью и не выходила со второго этажа.

«У нее и раньше часто болела голова, но, э-э... Просто слушай и помалкивай. С давних пор, если ее что-то сильно расстраивало, она частенько вот так запиралась на втором этаже и ни на шаг не спускалась. Видимо, они сильно поссорились с вице-председателем. И от второго молодого господина она, кажется, теперь прячется. Про вице-председателя не скажу, но с молодым господином У Тхэ они никогда не ругались, странно всё это...»

Вспомнились слова мадам Хан, которая с озабоченным видом рассказывала ей это, предупреждая, чтобы она нигде не сболтнула лишнего.

На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:

boosty.to/fableweaver