Контент удален!

Дзынь.

Двери лифта открылись. Ын Ха слегка перевела дух и шагнула вперед. Цок-цок — стук каблуков звонко разнесся по лобби.

Чем ближе она подходила ко входу в ресторан, тем сильнее колотилось ее сердце, которое она изо всех сил старалась успокоить еще в лифте.

Что со мной?

Я же проверила: я выгляжу красиво.

Прическа идеальная, макияж безупречный, да и туфли новые.

Ын Ха легонько похлопала себя по щекам, которые уже начали заливаться краской.

Взяв себя в руки, она толкнула стеклянную дверь и вошла. Сотрудник на входе тут же поспешил ей навстречу.

— Добрый вечер. Вы бронировали столик?

— Да, на имя Джи У Тхэ.

— Понял вас. Прошу за мной.

Следуя за сотрудником в зал, она увидела панорамные окна, за которыми открывался потрясающий вид.

Небо, на котором только-только начало садиться солнце, окрасилось в такие цвета, какие невозможно создать искусственно. Закатный свет мягко ложился на цветы и столовые приборы на каждом столике.

Сотрудник вежливо указал на столик в центре зала. Ын Ха, которая с самого момента входа не видела никого, кроме своего жениха, тихонько откашлялась.

— У Тхэ.

Джи У Тхэ, изучавший меню, поднял голову. Она специально опоздала минут на десять, но он не выказал ни малейшего недовольства.

Ын Ха сняла пальто, отдала его сотруднику и села. И только аккуратно расстелив салфетку на коленях, она наконец посмотрела ему в глаза.

Равнодушный, расслабленный взгляд. Но не холодный.

Именно в эти глаза она безнадежно влюбилась в восемнадцать лет и с тех пор неотступно следовала за ним.

Из-за того, что он встречался только с женщинами старше себя, она отказалась от милых девичьих нарядов и всегда придерживалась взрослого, элегантного стиля. Изо всех сил старалась говорить и мыслить так, чтобы казаться старше своих лет.

И всё же взгляд Джи У Тхэ оставался неизменным.

Во время учебы за границей, каждый раз, когда до нее через знакомых доходили слухи о его разгульной жизни, ее сердце разбивалось.

Она мучилась от бессилия и в конце концов приняла решение. Решила, что, пока ее душа окончательно не превратилась в руины, пора покончить с этой безнадежной безответной любовью.

Она действительно собиралась это сделать.

Если бы не то внезапное, как гром среди ясного неба, предложение Джи У Тхэ.

— Давай поженимся.

— ...Что?

Она никогда не забудет тот день.

Ын Ха и Джи У Тхэ прогуливались по художественной галерее. Они стояли рядом, рассматривая одну из картин.

На картине была изображена женщина, сидящая на кровати и смотрящая в окно. Бледный утренний свет заливал ее хрупкую фигуру.

Женщина выглядела одинокой и покинутой. Она просто сидела на белой постели в лучах света, но от картины почему-то веяло неосязаемой болью.

И пока они вместе смотрели на эту картину, он равнодушным голосом произнес.

Давай поженимся.

В это было невозможно поверить.

— Почему... со мной? Между нами же никогда ничего... Почему, почему вдруг...

— Разве ты не бегала за мной, умирая от любви?

Ын Ха от неожиданности схватилась за грудь и заикалась, а Джи У Тхэ ответил так, словно просто констатировал факт, с легким вздохом.

До этого он ни разу не показывал, что замечает ее чувства. Нет, он всё знал, но всегда сухо игнорировал.

И то, что теперь он решил взять за нее ответственность, словно ее любовь стала для него обузой, жутко злило. Поэтому, вспылив, она импульсивно выкрикнула:

— Не хочу. Я... я тоже буду встречаться с парнями. Буду развлекаться и спать с ними, сколько влезет, прямо как ты... а потом уже выйду замуж!

— Как хочешь.

Джи У Тхэ усмехнулся, словно говоря: «Вперед». Словно он готов был ждать сколько угодно.

Мерзавец.

Ын Ха закрыла лицо руками и расплакалась. Пусть люди думают, что она так расчувствовалась из-за картины — ей было всё равно.

Стоя рядом с Джи У Тхэ, который снова перевел взгляд на полотно, Ын Ха плакала и думала.

Как хорошо...

Как хорошо, что я любила его.

Да, Джи У Тхэ не любит ее ни капельки и не полюбит в будущем.

Но она сможет стать его женщиной.

И одного этого мне...

— Пробки были?

— Угу.

Мужчина, ставший ее женихом, кивнул, сидя напротив. Пальцы, державшие меню, были длинными и изящными.

Раньше она не замечала, но почему-то его челка была слегка растрепана. Опущенные глаза смотрели высокомерно, а красиво очерченные губы казались подозрительно красными.

Почему от него сегодня такая... атмосфера?

Когда щеки Ын Ха предательски вспыхнули, Джи У Тхэ поднял подбородок и посмотрел на нее.

— Я уже сделал заказ заранее, но, может, хочешь что-то еще?

— Нет, мне ничего не нужно.

Джи У Тхэ с хлопком закрыл меню, и ожидавший неподалеку сотрудник тут же подошел.

— Подавать блюда?

— Да, пожалуйста, — спокойно ответил Джи У Тхэ. Сотрудник удалился.

Они естественно встретились взглядами. Она просто смотрела на него, а дыхание уже сбивалось.

Как мы вообще будем жить в одном доме? Как будем спать в одной постели...

На секунду погрузившись в эти дерзкие фантазии, Ын Ха взяла салфетку и промокнула абсолютно чистые губы.

— У тебя же там ничего нет.

Мог бы просто промолчать... Обязательно нужно было так неловко ткнуть в это.

Ын Ха нахмурилась, а Джи У Тхэ рассмеялся. Легкие морщинки в уголках его глаз разгладились.

Когда он смеется, он похож на озорного мальчишку. Точно такого же, каким она впервые увидела его в восемнадцать лет...

Ын Ха отпила воды, которую налил сотрудник. И спокойным, размеренным тоном произнесла:

— У каждого действия леди есть своя причина, У Тхэ.

— Чхве Ын Ха.

Джи У Тхэ вдруг стал серьезным и назвал ее по имени, отчего Ын Ха вздрогнула.

— До каких пор ты будешь играть эту роль? То, что ты на самом деле непоседа, я понял уже давно. И прекращай эту странную привычку обращаться ко мне на «вы», мы же ровесники. Мне уже давно не интересно за этим наблюдать.

— Иг-играть роль?... Мне так комфортнее. Соблюдать манеры.

— Стоит тебе разволноваться, как ты тут же об этом забываешь.

— Когда это я...

Пока Ын Ха бормотала оправдания, подошел сотрудник с подносом и поставил перед ними закуски. Как раз вовремя.

Ын Ха поспешно сказала «Выглядит вкусно» и быстро отправила в рот тарталетку с тонко нарезанным тартаром из говядины.

Джи У Тхэ молча наблюдал за тем, как Ын Ха суетливо жует, то и дело поглядывая на него, а затем со вздохом произнес:

— Я говорю о том, что тебе не нужно пытаться подстроиться под меня. К тому же благонравные женщины — не в моем вкусе.

Я и так знаю.

Но я не хочу выглядеть перед тобой неотесанной.

Я просто не знаю, как еще привлечь твое внимание...

В такие моменты она особенно остро чувствовала разницу между ними.

В отличие от самой Ын Ха, которая каждую секунду думает только о том, как бы предстать перед ним в лучшем свете, он общается с ней без капли фальши и притворства.

И всё равно, та, чье сердце замирает как заколдованное — это только она.

Ын Ха грустно взялась за бокал с водой.

Ей то и дело хотелось спросить его.

Ты правда уверен, что хочешь жениться на мне вот так?

Тебя устраивает то, что ты берешь в жены женщину, которую не любишь, и создаешь семью только из чувства долга?

Может, браки в чеболях всё равно все одинаковые, так что ему было без разницы, кто станет его женой?

Если это так... ей было немного грустно.

Даже если это брак с мужчиной ее мечты.

— С парнем-то встречаешься?

— Кх!

Ын Ха поперхнулась водой. Она схватила салфетку и торопливо вытерла мокрые губы.

— ...Д-да. Встречаюсь вовсю. Я вообще та еще гулящая.

На самом деле она недавно со всеми порвала, так что совесть кольнула. Ситуация, когда у тебя никого нет, а ты врешь, что есть, и еще чувствуешь за это вину, была одновременно и смешной, и нелепой.

Джи У Тхэ, забыв о том, что она снова перешла на «ты», пристально смотрел на неуклюже хорохорящуюся Ын Ха.

— Вот и славно.

— ...

— Гуляй так, чтобы потом не жалеть. Как я.

Огромные глаза Ын Ха дрогнули.