Не успел холодок пробежать по спине, как его большой палец грубо протолкнулся ей в горло. Из-за внезапного рвотного рефлекса она не смогла сдержаться, и изо рта вырвался сдавленный стон.
— Хг, уг, кх...
— Футболка, которая порвется, если за нее чуть потянуть, мокрые распущенные волосы, вид такой жалкий и несчастный... Довольно банальный прием, скажи?
Он слегка тряхнул ее лицо, не вынимая пальца. На глазах Рю Джин выступили физиологические слезы.
Кадык Джи У Тхэ дернулся. Отчетливо чувствовалось, как он возбужден.
— И кто же я такой, раз повелся на это?
Горько усмехнувшись, он резко выдернул палец.
Рю Джин жадно глотнула воздух. Кх, кх... Он схватил закашлявшуюся Рю Джин за затылок и свирепо поцеловал.
Он совершенно не давал ей передышки. Рю Джин задыхалась от нехватки воздуха, но он безжалостно терзал ее рот, попутно начав двигаться вперед.
С трудом отвечая на поцелуй, Рю Джин даже не замечала, что идет.
Стук — как только ее лодыжки коснулись каркаса, она рухнула на кровать. Спина мягко опустилась на простыни.
Только тогда Рю Джин осознала, что лежит на кровати. Джи У Тхэ оторвался от нее, напоследок укусив и с силой засосав ее щеку.
Комната была ярко освещена. Из-за этого черты его лица были видны слишком четко.
Густые брови, прямой нос, приподнятые уголки губ... Внешность, которой с лихвой хватило бы, чтобы свести с ума невестку и невесту.
Сам он вряд ли делал это намеренно, но именно эта его черта пугающе сильно выбивала из колеи.
— Так кто я такой, спрашиваю.
Я думала, это риторический вопрос, а он, оказывается, ждет ответа. Конечно, он спрашивал не из искреннего любопытства.
Рю Джин заморгала уже затуманившимися глазами.
От него тоже пахло шампунем. Сам-то тоже принял душ и ждал моего прихода, но теперь притворяется невозмутимым, что не может не вызывать язвительную усмешку.
Но она не стала указывать на это. Чем больше он сопротивлялся, тем сильнее заводилась Рю Джин. В ней стремительно росло желание покорить его.
— Ты... — тяжело дыша, но четко произнесла Рю Джин. — Лох...
Джи У Тхэ рассмеялся вслух. Впервые — открыто, без малейшей тени насмешки...
Рю Джин невольно засмотрелась на него. В груди кольнуло. Почему-то стало тепло на душе.
— Точно, — со смехом признал он. Рю Джин сжала дрожащие руки в кулаки.
Не мои поступки — переход черты. Именно эти чувства, эти эмоции — вот что по-настоящему недопустимо. Жестко одернув себя, Рю Джин рассмеялась вместе с ним.
Когда Рю Джин рассмеялась, улыбка сошла с губ Джи У Тхэ. Словно по волшебству стерев веселье с лица, он выпрямился.
Сняв часы с левого запястья, он со стуком положил их на тумбочку и посмотрел на Рю Джин сверху вниз. Властная поза, властный взгляд.
Воздух мгновенно сгустился от повисшего напряжения.
— Только один раз, — произнес Джи У Тхэ так, словно велел ей зарубить это на носу. — Я повелся только ради того, чтобы один раз трахнуть тебя.
Но, похоже, он и сам не собирался сдерживать слово — в его предупреждении не было твердости.
Если хочешь, чтобы всё ограничилось одним разом, не стоит даже начинать — таково главное правило всех запретных связей в этом мире.
Рю Джин кивнула. Она лишь покорно согласилась, но он нахмурился.
Затем он легонько ткнул указательным пальцем ее в щеку. Дразняще, почти невесомо. А потом раскрыл ладонь и полностью обхватил ее лицо.
— Мо Сыль А, — тихо позвал Джи У Тхэ.
В этот миг Рю Джин вдруг поняла.
Настанет ли когда-нибудь день, когда ты назовешь мое настоящее имя? Для тебя я навсегда останусь лишь Мо Сыль А. Не Им Рю Джин, а только Мо Сыль А.
Чтобы скрыть эту мимолетную сентиментальность, Рю Джин обворожительно улыбнулась. Во взгляде Джи У Тхэ мелькнуло смятение.
— У Тхэ...
Должно быть, ее голос прозвучал чертовски соблазнительно. Его губы жадно впились в нее.
Пока он почти до крови кусал и сосал ее нижнюю губу, Рю Джин обвила руками его шею. Свежий запах его тела и аромат шампуня ударили в нос, отчего сердце затрепетало.
— Ах...
Его губы скользнули на ее шею, а рука сжала грудь. Большая ладонь грубо мяла упругую плоть.
Хватка казалась грубой, лишенной всякой заботы, но при этом сила сжатия была точно выверена. Рю Джин слабо застонала. Он ласкал ее так, словно специально избегал сосков, и это сводило с ума еще сильнее.
— Ах, ха-а...
От удовольствия, сводившего пальцы на ногах, Рю Джин выгнулась.
В этот момент он одним махом задрал ее футболку. Это движение казалось скорее не эротичным, а подозрительно-проверяющим.
— Ха.
Обнаженная грудь, не прикрытая даже бельем, качнулась и предстала перед его взором.
Щеки Рю Джин слегка порозовели. Джи У Тхэ с ошеломленным видом уставился на ее набухшие соски.
— Я, конечно, подозревал... — он щелкнул пальцем по затвердевшему пику. Тело Рю Джин рефлекторно вздрогнуло. — Но ты реально приперлась сюда без лифчика?
Рю Джин с раскрасневшимся лицом кивнула. От этого очередного покорного согласия Джи У Тхэ выдохнул так, будто у него не было слов.
Но тут же его лицо ожесточилось, и он уставился на Рю Джин. На ту, что смотрела на него снизу вверх с задранной футболкой и полностью обнаженной грудью.
Он долго не мог оторвать взгляд от ее сосков, которые были и без того набухшими и мелко дрожали, хотя он к ним больше не прикасался.
— ...
Кадык Джи У Тхэ нервно дернулся.
Прекратив свои пристальные разглядывания, он выпрямился. Увидев, что он направляется к двери, Рю Джин вздрогнула и резко села.
Но вопреки ее опасениям он лишь выключил свет и вернулся. Посмотрев на испуганно замершую на краю кровати Рю Джин, он усмехнулся.
— Думала, я сбегу?
— Зачем... ты выключил?
— ...
Он молча включил торшер. Приглушенный свет мягко озарил их лица. Атмосфера стала гораздо интимнее. И все же ее вопрос остался без ответа.
Джи У Тхэ, видимо, не собирался отвечать. Стоя у кровати, он молча смотрел на Рю Джин сверху вниз.
Его член, скрытый под тканью штанов, находился прямо на уровне ее губ. От одного этого ракурса в голове всплывали самые грязные фантазии. Особенно потому, что бугор в его паху был уже отчетливо и внушительно вздут.
— Потому что это невыносимо, — наконец ответил он. А затем взял Рю Джин за подбородок. Он слегка надавил, заставляя ее поднять лицо.
Рю Джин послушно сложила руки на коленях и встретилась с ним взглядом. В красноватом свете торшера от одного только зрительного контакта в горле пересыхало от возбуждения.
Взгляд Джи У Тхэ словно медленно раздевал ее. Хотя яркого света больше не было, он ослеплял так, что резало глаза.
Он ведь не излучает свет, так почему глазам так больно?
— А ты чертовски красивая, — бросил Джи У Тхэ после долгого, внимательного осмотра.
Впервые от слова «красивая» у нее так замерло сердце. Это не звучало как комплимент, напротив — у него было такое лицо, словно его самого это бесило, отчего становилось еще страннее.
— Если бы я сейчас ушел, ты бы побежала за мной, да?
Большой палец Джи У Тхэ погладил ее нижнюю губу. Не дав Рю Джин ответить, он продолжил:
— Без лифчика, м? С такими стоячими сиськами. Без капли стыда.
Он надавил ей на нижние зубы, заставляя приоткрыть рот и унижая ее, но выражение его лица было одновременно издевательским и пугающе серьезным.
Рю Джин уже хотела кивнуть, но сдержалась. Вместо этого она нежно лизнула его палец.
Джи У Тхэ шумно выдохнул. Вдруг нахмурившись, словно в гневе, он другой рукой стиснул грудь Рю Джин так, что стало больно.
— Ну ты и дрянь.
— Ах...
— Со сколькими мужиками ты уже вот так играла? А? Думаешь, мужиками легко крутить? Совсем страх потеряла?
Да, легко. Легко, глупо и жалко...
Когда Рю Джин усмехнулась с таким взглядом, словно говоря «вы все одинаковые», глаза Джи У Тхэ потемнели от возбуждения.
Он грубо схватил ее за затылок и рванул на себя. Лицо Рю Джин с силой уткнулось прямо ему в пах. Она мгновенно ощутила исходящий оттуда жар и твердый, массивный рельеф.
— Я вообще-то не особый фанат минета, — он со свистом втянул воздух, словно получив прямой разряд тока от того, как уткнувшаяся в его промежность Рю Джин заерзала. — Но нашей сиделке так и хочется всадить в глотку.
