Он пристально смотрел в испуганные глаза Рю Джин. Его взгляд был ледяным, словно приказывал не дергаться и покорно подчиниться.
Это действие было лишь очередным способом вбить ей в голову понимание своего места, на котором она обязана находиться.
То, что он творил подобное в кабинете даже без опущенных жалюзи, было не безрассудством, а расчетливым контролем.
Глаза Рю Джин на секунду дрогнули. Ее руки, сжимавшие его запястья, безвольно опустились.
— ...
Щелк, щелк. Джи Гон Му продолжил расстегивать пуговицы.
Оставив застегнутыми лишь те, что были ниже пупка, он распахнул полы ее рубашки, как занавес. Несмотря на то что под ней была майка, одних только видневшихся следов было достаточно, чтобы во всех красках обрисовать минувшую ночь Рю Джин.
Ее тело, выставленное напоказ против воли, мелко дрожало. Те места, что скрывались под майкой, саднили так, словно их тоже выставили на всеобщее обозрение.
Джи Гон Му с издевательской ухмылкой рассматривал красные следы в ложбинке ее груди.
— Вижу, ты все-таки полила.
— ...
Желваки на скулах Рю Джин вздулись. Сжатые кулаки затряслись.
Это не было домогательством или грязной шуткой. Это была просто проверка. Проверка того, что работа идет по плану...
Повторяя себе это, Рю Джин заставила себя повернуть голову и посмотреть ему прямо в глаза.
— Аж через край.
Уголки губ Джи Гон Му поползли вверх.
Он долго стоял и любовался следами, которые его сын, ослепленный страстью, безжалостно оставил на теле нанятой им актрисы. Рю Джин стояла неподвижно, как манекен, пока он не закончил осмотр.
Вскоре, видимо удовлетворившись увиденным, он принялся застегивать пуговицы на ее рубашке. Аккуратно застегнув их до самого верха, он погладил Рю Джин по левой щеке.
От этого прикосновения к горлу подступила тошнота, но Рю Джин смотрела на него с непроницаемым лицом.
— Месяц — неплохой результат.
К счастью, скорость работы его вполне устраивала.
Он легонько, словно подбадривая, похлопал Рю Джин по щеке и убрал руку. Затем вернулся к столу и сел в кресло.
Его лицо стало заметно более благосклонным.
— Бонус переведу сегодня отдельно.
Бонус...
Ха.
Шею Рю Джин обожгло жаром. То, что он назвал бонусом, прозвучало до омерзения цинично. Ничем не отличалось от Джи У Тхэ, оставившего чек в ящике тумбочки.
Все они просто жаждали всучить ей деньги. Но сейчас это ощущалось не так паршиво, как на рассвете.
— Спасибо, — сухо ответила Рю Джин. Джи Гон Му кивнул и мотнул головой в сторону двери, давая понять, что она может идти.
Как аккуратно.
Убедился, что мы переспали, и больше я не нужна?
Усмехнувшись про себя, Рю Джин взялась за ручку двери. Но вдруг кое-что вспомнила и снова обернулась к нему.
— Кажется, госпожа нас видела.
Взгляд Джи Гон Му моментально впился в Рю Джин. Но на ее лице не было и тени беспокойства.
— Я тоже так подумал.
Он был так же спокоен.
Интересно, какими словами он вчера успокоил и выпроводил Хэ Рим? А может, не успокаивал, а просто приказал?
Велел терпеть, напомнив, что она — всего лишь невестка, которая не имеет права голоса в этом доме и должна просто слушаться его и тихо ухаживать за его Джон О?
Сказал ли он ей, чтобы она не смела лезть не в свое дело и мешаться под ногами?
В этот момент Рю Джин снова, совершенно неуместно, стало ее жаль.
— Мне стоит быть осторожнее? — дерзко спросила она, и Джи Гон Му усмехнулся.
— Можешь и поосторожничать.
Это означало, что ему абсолютно плевать, будет она осторожна или нет. Поняв это, Рю Джин ответила: «Да, поняла», и отвернулась.
Тихо закрыв дверь кабинета, она вышла.
И сразу же направилась в уборную. Включив воду, она долго умывалась.
Когда она наконец подняла голову, ее левая щека, отражавшаяся в зеркале, покраснела. Словно она пыталась содрать с нее что-то невыносимо грязное.
* * *
В тот день Рю Джин трижды пересеклась взглядом с Джи У Тхэ.
В первый раз — в саду, когда шла в общежитие прислуги. Во второй — через окно, у кровати Джон О.
Оба раза зрительный контакт был мимолетным. Настолько, что невозможно было поверить, что они провели ночь вместе.
То, как он отводил взгляд первым, было сухим и равнодушным. Словно он вознамерился сдержать то самое ненадежное обещание, что это будет «только один раз».
Ее соски, которые он нещадно кусал, всё еще ныли, и от его нелепо равнодушного взгляда в груди болезненно защемило.
Поэтому третью встречу она спланировала сама.
Была глубокая ночь. Заметив его машину, въезжающую в гараж, Рю Джин тихонько пошла навстречу.
Вскоре послышался хлопок дверцы, и Джи У Тхэ вышел из гаража. Мельком взглянув на экран телефона и сунув его в карман, он поднял голову и встретился с ней взглядом.
Это был их третий зрительный контакт.
— Какого черта?
Наткнувшись на Рю Джин, вынырнувшую неизвестно откуда, Джи У Тхэ прищурился и с недоумением остановился.
— Вы что, всё это время ждали здесь?
Его взгляд колюче прошелся по ее одежде, словно говоря: «В таком-то виде?».
Температура ночью опустилась куда ниже прохладной. Простояв больше часа на холоде, щеки Рю Джин совсем заледенели.
Рю Джин и сама не ожидала, что ей придется ждать так долго.
Услышав от мадам Хан, что он уехал на вечернюю встречу, она, едва в Главном доме погас свет, бездумно схватила ключи от машины и вышла.
Она думала, что он вернется до полуночи. Конечно, он вряд ли обрадуется такой встрече, но у нее был отличный предлог — нужно было вернуть вещь.
— Ключи от машины у меня.
Поскольку Джи У Тхэ обратился к ней на «вы», Рю Джин тоже перешла на вежливый тон. Она протянула ключи, но он не взял их, а просто уставился на ее руку.
Так прошло несколько мгновений. Стоило его высокому, крепкому телу заслонить ей обзор, как в голове сами собой замелькали картинки прошлой ночи.
От тела, которое он жадно поглощал целиком, повеяло странным жаром. Одного дня было катастрофически мало, чтобы отойти от последствий той дикой, первобытной ночи.
— ...
Джи У Тхэ еще какое-то время просто смотрел на нее, а затем протянул руку и забрал ключи.
Кожа, скользнувшая по ее ладони, оказалась поразительно теплой. Это означало лишь одно: ее собственная температура сильно упала.
— И когда ты успела их стащить? — сухо и насмешливо спросил он, снова перейдя на «ты». Его тон был невероятно легким. Увидев его невозмутимость, Рю Джин вдруг стало не по себе.
Ему и вправду всё равно?
Действительно ли он способен ограничиться одним разом?
После того, как так прикасался ко мне, после того, как так брал меня.
Неужели его влечение было на уровне: «Попробовал — и хватит», и он может так легко это забыть?
В голове проносились тысячи мыслей. Краешком мутнеющего разума она пыталась сохранить холодность.
Даже если так, не стоит ни расстраиваться, ни обижаться. Прошел всего месяц. Нельзя позволить тревоге испортить всё, когда впереди еще такой долгий путь.
Джи У Тхэ сунул ключи в карман и скрестил руки на груди. А затем пристально посмотрел на Рю Джин. Его взгляд был таким обжигающим, словно сдирал кожу.
Он смотрел на нее, ждущую его глубокой ночью, в легкой одежде, которая заставляла его недоумевать, с упрямым и нагло-отрешенным лицом.
— Еще разок?
От этих небрежно брошенных слов глаза Рю Джин расширились. В отличие от того, как весь день он ее откровенно игнорировал, сейчас в его тоне не было и намека на шутку.
Он не сказал «Давай», он спросил «Хочешь?», и это сбивало с толку еще больше. То, что он интересовался ее желанием, было странным и непривычным.
Она украдкой принюхалась, подумав, не напился ли он снова, но нос уловил лишь свежий запах его тела, смешанный с ночным воздухом.
— Нет.
Это был импульсивный отказ. Но в то же время — искренний.
От одной только мысли о том, чтобы снова кувыркаться с ним в постели, по телу пробежал ток.
Но вторую ночь хотелось отложить. Сегодня тоже было бы неплохо, но в другой день — еще лучше.
— Дай мне... — вместо этого Рю Джин хотела попросить кое-что другое. — Дай мне свой номер.
Пока она до ломоты в шее высматривала его машину, ей не раз приходила в голову мысль: будь у нее его номер, всё было бы куда проще.
Она могла бы спросить, где он и когда вернется.
Хотя, даже если бы и спросила, он бы вряд ли так просто ответил.
Джи У Тхэ, увидев, что Рю Джин достает телефон, приподнял бровь. Обычно он делал так, когда ему что-то не нравилось, и это было дурным знаком.
— Лучше бы ты согласилась.
Его тон ясно давал понять: этот вариант устроил бы его больше.
— Спаривались как собаки, а теперь ты просишь номер. И знаешь, что-то не хочется давать.
Джи У Тхэ усмехнулся, словно его самого забавляла эта ситуация. Эта усмешка холодом полоснула Рю Джин по сердцу.
— Так что продолжай ждать меня вот так, как сегодня.
— ...
— Как жалкая баба, у которой в жизни нет никаких других радостей, кроме как без конца ждать меня.
Джи У Тхэ опустил руки и прошел мимо Рю Джин. Его шаги, шуршащие по траве, звучали безжалостно.
Даже когда звук шагов стих, Рю Джин еще долго стояла на месте как вкопанная.
Жалкая баба, у которой в жизни нет никаких других радостей.
Эти слова, словно кандалы, надолго сковали ее по рукам и ногам.
