За полночь экран телефона Рю Джин вспыхнул.

Она проверила сообщение.

[Приходи ко мне в спальню]

Рю Джин зачем-то еще раз проверила лицо Джон О и поднялась со стула.

Сила этих нескольких слов была поразительной. Казалось, ноги сами несли её вперед.

Спальня Джи Гон Му находилась на втором этаже главного дома. Выйдя из флигеля, Рю Джин поежилась от прохладного ночного воздуха.

Запахнув кардиган, она машинально взглянула на небо. На нем висел тонкий месяц — такой, что казалось, можно отломить и повесить вместо улыбки.

— Красиво...

Пробормотав это вслух, она попыталась подавить нарастающее напряжение.

Причиной её волнения было то, что она впервые шла в главный дом. До этого Рю Джин курсировала только между общежитием и флигелем, и поводов заходить в хозяйский дом у неё не было.

Простому персоналу, вроде сиделки, доступ в главное здание, где жила семья «Чхонхва», был закрыт.

Вот поэтому вы и создали мне повод.

Перед тем как переступить порог главного дома, Рю Джин сделала глубокий, почти комичный в своей нелепости, вдох.

Когда она осторожно открыла дверь, перед ней раскинулся коридор, куда более длинный, чем во флигеле. По мере её шагов сенсорные лампы загорались одна за другой, разбавляя темноту.

Остановившись на углу перед центральным холлом, Рю Джин огляделась.

От холла маршруты расходились: направо — гостиная и кабинет, налево — семейная комната и столовая.

Лестница располагалась не прямо по курсу, а сбоку, так что приходилось менять направление взгляда. Планировка была выстроена так, чтобы гости естественно направлялись направо, а домашние — налево.

Рю Джин нужно было на второй этаж, поэтому она направилась к лестнице.

— ...

Тишина была настолько звенящей, что казалось, даже звук дыхания станет уликой. Рю Джин кралась на цыпочках, как вор.

Может, надо было просто выпить воды и вернуться?

Ей казалось, что если сейчас кто-то выскочит из-за угла, она точно не сдержит крика. Чтобы этого не допустить, она прислушивалась к каждому шороху.

Добравшись до второго этажа, Рю Джин схватилась за перила и потерла шею. К её удивлению, она была влажной от пота.

Да сколько я там прошла.

Я же не на пытки иду.

Усмехнувшись про себя, Рю Джин сняла с запястья резинку и аккуратно собрала волосы. Выпавшие пряди заправила за уши.

Она окинула взглядом коридор второго этажа, освещенный тусклым светом настенных бра. Свернув за ближайший угол, её взгляд уперся в самую последнюю дверь по правой стороне.

— ...

Это была комната Джи У Тхэ.

— ...

Спит ли он?

А может, читает книгу?

Она не раз видела, как он читает в разных уголках дома.

Если я сейчас резко дерну ручку и распахну дверь, он упадет в обморок от страха?

Эта фантазия показалась ей настолько нелепой, что она тихонько рассмеялась. Она просто не могла представить его лицо с округлившимися от испуга глазами.

Ведь он почти всегда либо хмурился, либо ходил с ледяным, непроницаемым лицом — это было его базовое состояние. По крайней мере, рядом с ней.

С другими людьми он улыбался так часто, что это казалось даже легкомысленным.

Рю Джин на секунду оторвала взгляд от его двери. Жаль, конечно, но сегодня ей нужно было идти не туда.

Спальня Джи Гон Му находилась в противоположной стороне. И он ждал её.

С этой мыслью она с невозмутимым лицом повернула голову. И в этот самый момент...

— ...!

На верхней площадке лестницы, словно призрак, стоял человек.

Рю Джин едва не осела на пол. Силуэт, наполовину поглощенный мраком, выглядел до жути пугающе.

Пока Рю Джин стояла в оцепенении, он широкими шагами преодолел расстояние между ними. Его лицо, на которое упал свет, было таким яростным, что казалось, он сейчас свернет ей шею.

Вскоре огромная рука железной хваткой сомкнулась на её предплечье.

— За мной.

Не успев даже пискнуть, Рю Джин, ведомая его силой, спотыкаясь, едва поспевала за ним вниз по лестнице.

В мгновение ока он выволок её через заднюю дверь на задний двор. Во внутреннем дворике, куда никто обычно не заходил, царила гнетущая пустота.

Взгляд Рю Джин, закружившийся от резких движений, метнулся к небу. Луна, похожая на его улыбку, теперь казалась перевернутой.

Рю Джин еще даже не успела перевести дыхание.

— Я знал, что ты однажды попадешься.

Низкий голос, словно он долго ждал этого момента, буквально пылал. Слишком провокационный тон для глухой ночи.

След от его пальцев, когда он отшвырнул её руку, жег кожу даже сквозь ткань. От этого места жар разошелся по всему телу, обжигая горло.

Она не то чтобы совсем исключала вероятность подобного исхода, но сердце билось неадекватно громко.

— Когда ты так по-воровски крадешься, даже не зная, что второй сын в этом доме до глубокой ночи торчит в кабинете на первом этаже, мне, блядь, смотреть на это стыдно. И охренеть как бесит.

Вот оно что.

Только сейчас до Рю Джин дошло. Её наниматель всё это прекрасно знал и именно поэтому вызвал её.

Он не просто дал ей предлог проникнуть в главный дом — он сам подготовил сцену, чтобы они столкнулись.

Его помощь была настолько щедрой, что Рю Джин усмехнулась. Стало даже как-то неловко за свою пассивность в последнее время.

— А то что, решила, что тут есть еще за кем ухаживать?

Рю Джин смотрела на него, попавшегося в ту же ловушку, что и она.

Сценарий его отца разворачивался безупречно. Столкнувшись с ней теперь даже в главном доме, Джи У Тхэ пришел в ярость.

Его глаза, возбужденные больше обычного, казались угольно-черными, а на шее вздулись вены. Уровень его сарказма взлетел до небес.

— Ну давай, снова опускай глазки, складывай ручки и строй из себя покорную овечку.

Джи У Тхэ окинул взглядом Рю Джин, которая молчала, как партизан. Его способность унижать одним лишь взглядом была феноменальной.

Рю Джин наконец открыла рот.

— ...Я не знала, что вы еще не спите.

— Вау, — Джи У Тхэ откровенно восхитился.

— Блядь, извиняюсь. Надо было спать, да? Чтобы вам изменять было удобнее.

В каждом предложении — измена, измена. Он словно вдалбливал ей в голову, насколько грязно то, чем она занимается.

Рю Джин откинула упавшие на лицо пряди волос. Смотреть в его полыхающие глаза было больно. По позвоночнику пробежал разряд, словно в спину вонзили иглу.

— Могла бы подготовиться получше. Ну, или хотя бы задрожать от страха для приличия.

Джи У Тхэ ткнул указательным пальцем её в плечо, слегка толкнув. Это было не больно, но то, что она отшатнулась на шаг, было унизительно.

Рю Джин часто-часто замаргала. Увидев её такой растерянной, Джи У Тхэ тяжело, со свистом выдохнул: «Ха-а-а».

Затем он склонил голову набок. Казалось, он о чем-то задумался.

— Мне вот реально интересно.

Он был настолько серьезен, что Рю Джин уже заранее почувствовала горечь унижения от слов, которые он собирался произнести.

— Тебе много платят?

— ...

— Нет, мне правда интересно.

Джи У Тхэ подался вперед, внимательно изучая малейшие изменения на её лице.

Его взгляд, предвкушающий увидеть, как её лицо исказится от позора, был настолько жестоким, что перехватывало дыхание.