В конце концов под напором их неотступных расспросов правда о соитии с принцем Ку Хюлем выплыла наружу.
— Ха, как бы там ни было… вам следовало терпеть до последнего. Слишком опрометчивый поступок, — Мори отказывалась понимать принцессу, которая привязала свою жизнь к жалкому человеку, чьё существование едва ли продлится и сотню лет.
— На сей раз я согласна с Мори. Хва Ё, если уж плоть изнывала от вожделения, могли бы затащить в постель первого встречного. Но почему вы разделили ложе именно с тем, кому поклялись в супружеской верности?
Никто не собирался одергивать Мори, осыпавшую принцессу упреками. Пида всё это время делала вид, будто происходящее её не касается, а Хва Ё, плотно сжав губы, молча выслушивала их тирады.
Тяжело вздохнув, Мори заговорила снова:
— Принц Ку Хюль — уже зрелый мужчина. Поставить собственную судьбу на кон ради человека, которому осталось топтать землю от силы пару десятков лет? Это безумие.
Пида, обычно с довольной улыбкой поощрявшая любые любовные похождения Хва Ё и хвалившая её за «правильный демонский аппетит», в этот раз безоговорочно приняла сторону Мори. Стоило той закончить мысль, как змея тут же закивала.
Долгие годы служа верой и правдой своей госпоже, обе демоницы видели всё ненадёжное людское нутро. И хотя они признавали, что во всей империи едва ли найдется мужчина достойнее Ку Хюля, в глубине души они надеялись, что до настоящей близости дело не дойдет.
Они полагали, что сохранение чисто формального брака и холодный расчет стали бы идеальным раскладом. В конце концов, даже являясь политическим заложником союза двух государств, под прикрытием супружеского долга можно было проворачивать любые выгодные комбинации.
— Вы ведь сами говорили, что скоро мы вернемся в Страну Демонов, — напомнила Мори.
Ещё совсем недавно, поняв, что Бо Ху был убит, принцесса поклялась вернуться на родину, призвать владыку к ответу и вывернуть наизнанку всю правду об этой смерти. Их план уже готов был осуществиться, но коварство людей спутало им все карты, и затея рассыпалась прахом.
— Вы ведь не забыли о гибели принца Бо Ху? — Пида тоже принялась давить на больное.
— Не забыла. — Даже в полумраке комнаты взгляд Хва Ё блеснул ледяной сталью. — И как я могу забыть?
С того самого дня, как вскрылась правда об убийстве брата, на неё обрушился целый шквал катастроф: сначала какая-то тварь украла её способность, а теперь пришлось делить ложе с Ку Хюлем. Принцесса считала, что именно тот роковой день запустил череду безумных событий, загнавших её в глухой тупик.
— Связав с ним свою жизнь, Хва Ё больше не сможет покинуть Ку Хюля. Вы сами прекрасно это понимаете. Мы оказались в подвешенном состоянии: ни вернуться домой, ни оставаться здесь вечно.
— Мори, какое-то время мы пробудем в столице. Прежде чем бросать в лицо владыке обвинения, нужно собрать неопровержимые доказательства прямо здесь.
Хва Ё мысленно обратилась к своей новой силе. Теперь она умела гораздо больше, чем раньше, когда едва получалось выуживать жалкие обрывки воспоминаний по чужим следам. С расширившимися возможностями докопаться до истины будет куда проще. К тому же наследный принц сменил гнев на милость и стал вести себя куда дружелюбнее. Пусть и приставил к ней свою соглядатайскую тень.
Услышав этот непреклонный тон, Мори и Пида задумались. Им обеим до одури хотелось бежать из империи Тэхон при первой же возможности, поэтому решение принцессы пришлось им не по душе. Однако в её словах был резон: заявись они в Страну Демонов прямо сейчас с пустыми руками — их демарш сочли бы пустой брехнёй.
— Ха. Каков будет дальнейший план действий, принцесса? — справившись с эмоциями и вернув лицу привычную каменную строгость, спросила Мори.
Хватит прохлаждаться, пора за работу. Прикусив губу, она внутренне подобралась в ожидании приказа.
— Для начала призови Чи Гви. Мне нужно поговорить с ним с глазу на глаз.
***
— Никак не ожидал, что вы призовете меня в столь поздний час, да ещё и наедине, принцесса.
На губах Чи Гви, переступившего порог павильона Хянхва, играла двусмысленная улыбка.
— Это ты украл мою способность? — Хва Ё заговорила тихо, еще до того, как он приблизился, одновременно разгоняя по венам демоническую энергию.
Она грозно сверкнула глазами, всем своим видом показывая, что ни капли его не боится, но вопреки внутренней решимости её руки дрожали как осиновый лист на ветру. Этот мужчина, способный менять облик и растекаться дымом, одним своим присутствием заставлял её возвращаться в ту кошмарную ночь. Ощущение ледяной мглы, сковывающей тело, и противной покалывающей боли в кончиках пальцев снова навалилось на неё, парализуя волю.
Чи Гви остановился напротив, подавляя её тяжелой, давящей аурой.
Посмел обнажить клыки перед единственной принцессой? Хва Ё хотелось рявкнуть на него во весь голос, но из пересохшего рта вырывалось лишь прерывистое дыхание.
Она до боли прикусила губу. Сжав кулаки, принцесса заставила себя посмотреть прямо в его зрачки, пытаясь сконцентрироваться и прочесть чужие мысли. Но почти сразу поняла, что это дохлый номер.
Моя духовная сила слабее его собственной, или это страх делает меня беспомощной? Черта с два разберешь.
Ее новая энергия всё еще оставалась сырой и плохо поддавалась контролю. Невозможность залезть этому ублюдку в голову дико раздражала.
— Всё верно, принцесса Хва Ё. В ту ночь к вам приходил именно я.
Вместо того чтобы отпираться, Чи Гви спокойно признался в содеянном и сделал еще несколько шагов к сидевшей женщине. Хва Ё долго сверлила его тяжелым взглядом. Даже столкнувшись с открытой враждебностью, Чи Гви продолжал улыбаться. В этой улыбке сквозило нечто настолько жуткое, что по коже бежали мурашки.
— Чи Гви, по чьему приказу ты забрал мою силу?
— Я ведь уже говорил вам тогда: Владыка Хван, Демон Старого Дерева.
Соглядатай человеческого принца смеет вешать ей лапшу на уши? Лоб Хва Ё прорезали глубокие морщины.
— Я могу прямо сейчас отправить почтовую ворону и вывести тебя на чистую воду. Хочешь проверить?
— О. Это было бы… весьма опрометчиво с вашей стороны, принцесса.
В ту же секунду зрачки мужчины сузились превратившись в тонкие вертикальные щели, а затем снова стали обычными. Точь-в-точь как у Пиды в моменты ярости. У змеиной генеральши на пике эмоций зрачки иногда вытягивались в струну, придавая взгляду хищную остроту. И сейчас это выражение до жути наложилось на лицо Чи Гви.
Хва Ё склонила голову к плечу, всматриваясь внимательнее. Хотя его глаза уже вернули человеческий вид, в глубине золотистых радужек плескалось подозрительно знакомое тепло.
Невозможно. Он заточен на горе Тунхва, ему вовек оттуда не выбраться.
Каждый наследник престола Страны Демонов до достижения зрелости был обязан отправиться на священную гору Тунхва для совершенствования духа. Хва Ё не стала исключением: когда-то она в одиночку поднялась на вершину, где и встретила главного наставника всей своей жизни.
«Хо Я… Хо Я, призывающий кровь».
Тяжело слетевшее с её губ имя принадлежало древнему хранителю горы Тунхва, одному из первородных демонов. По легенде, тысячу лет назад на земле обитали семеро братьев-имоги. Шестеро из них обратились в драконов и вознеслись на небеса, но Хо Я добровольно остался в смертном мире ради защиты угнетаемых сородичей. Отказавшись от божественного статуса, он навлёк на себя гнев Небес и был навечно прикован к скалам Тунхва.
В Стране Демонов не было ни одного существа, которое не знало бы его имени. Многие почитали его наравне с божеством.
Так или иначе, волею случая Хва Ё смогла встретиться с ним лично. Обладатель пламенных красных волос и пронзительных золотых глаз всегда с теплотой принимал неловкую юную принцессу, жаждавшую знаний. Он гонял её до седьмого пота, обучая владению мечом и рукопашному бою, пока она не превратилась в бойца, способного в одиночку завалить любого матерого воина. Именно он поставил ей ту самую стрельбу из лука, которую враги прозвали «рассекающей небеса».
Хва Ё до сих пор помнила каждую секунду их тренировок: как он вставал позади, прижимаясь грудью к её лопаткам, и учил чувствовать направление ветра, чтобы посылать стрелу точно в цель. Ощущение его широкой ладони поверх её пальцев на тетиве оставалось настолько ярким, будто это случилось вчера.
Хо Я вложил в неё весь свой военный гений, и именно благодаря этому Хва Ё, спустившись с горы, без труда забрала титул главнокомандующего.
Вот почему странные ужимки Чи Гви выбивали её из колеи.
— Вас что-то тревожит? — вальяжно поинтересовался Чи Гви.
Он читал принцессу как открытую книгу, забавляясь её замешательством.
Этот взгляд. Крошечная родинка прямо под глазом мужчины не давала Хва Ё покоя: точно такая же отметина красовалась на лице её обожаемого наставника. Тот факт, что мерзкий шпион заставляет её вспоминать дорогого учителя, бесил неимоверно.
Чтобы встряхнуться, Хва Ё резко поднялась на ноги.
— Ты верная псина Бан Ё. Кронпринца империи людей, а не владыки демонов.
Она сделала несколько шагов прочь, повернувшись к нему спиной, и замерла, вслушиваясь в пространство. Принцесса попыталась уловить хоть малейшее колебание чужой ауры: сбившийся пульс, шарканье подошв, изменившееся дыхание. Хоть какой-то намек на его нервозность.
Но за спиной стояла гробовая тишина. Когда Чи Гви впервые явился к ней в облике кронпринца, от него тоже не исходило ни капли демонической энергии. Неужели он снова провернул этот трюк?
Только не говорите, что он опять испарился.
Хва Ё стремительно обернулась.
Чи Гви, которого она мысленно уже похоронила в тенях, стоял прямо перед ней, почти вплотную. Ну точно соткался из дыма. Сердце принцессы ухнуло куда-то в желудок от испуга, но она и бровью не повела. Вздернув подбородок, Хва Ё впилась в него тяжелым взглядом.
Только поймав этот колючий прищур, Чи Гви заговорил:
— Формально я никому не присягал. Я действую исключительно по собственной воле.
— ...Значит, беспринципная продажная шкура, бегающая туда, где больше платят.
— «Бегающая»... Ну, это как посмотреть.
Его манера цепляться к словам и растягивать гласные в издевательской полуулыбке доводила до белого каления. Она позвала его лишь для того, чтобы сорвать маску и узнать, куда делась её сила, но разговор топтался на месте. Вместо того чтобы прижать шпиона к стенке, она велась на его дешевые словесные дуэли.
— Чи Гви!
— ...Принцесса Хва Ё.
В один миг стерев с лица улыбку, мужчина подался вперед, насаживая её на свой ледяной, пропитанный жаждой убийства взгляд. Его низкий баритон припечатал принцессу к полу, лишая возможности пошевелиться:
— А ведь я собственными руками запечатал в ту бусину твоё единственное умение. Так почему от тебя фонит целым спектром разных энергий? Ты будто удерживаешь в себе сразу несколько чужих способностей.
От этого точного попадания во рту мгновенно пересохло. Проклятый ублюдок вскрыл её главный козырь.
