— Ой.

Прочитав его мысли, она, сама того не ведая, рассмеялась. Хва Ё обняла Ку Хюля за шею, заливаясь звонким хохотом.

— Ты, часом, головой не ударилась при падении? Я ведь точно... крепко держал тебя, чтобы ты не коснулась земли.

Она так сотрясалась от смеха, что Ку Хюль всерьез забеспокоился, не начался ли у нее припадок. Он осторожно взял Хва Ё за плечи, отстранил от себя и принялся внимательно изучать её лицо.

— Я просто рассмеялась, потому что ты ведешь себя забавно, так что не переживай, — произнесла Хва Ё, кое-как уняв смех и смахивая пальцем выступившие слезы.

Ку Хюль решительно не понимал, что в нем забавного, поэтому лишь плотно сжал губы и с каменным лицом уставился на нее.

— В любом случае, какой бы опасной ни была ситуация, не вздумай больше спасать меня ценой собственного здоровья. Я — демон. Я сама в состоянии защитить свое тело, так что ты лучше береги себя.

Лукаво потеревшись ягодицами о его пах, Хва Ё поднялась на ноги и протянула ему руку.

Ку Хюль ухватился за изящную ладонь, рывком встал и отряхнул грязь со спины и бедер. Затем он повернулся к Хва Ё, словно хотел добавить еще кое-что:

— Прежде чем быть демоном, ты — моя жена. Как мужчина, я поступил так, как должен был, поэтому не стоит меня отчитывать.

Его спокойные слова прозвучали на удивление приятно. И то верно, он сам признавал себя консервативным человеком, так что отвергать его искренность было бы невежливо со стороны морали, — подумала она.

— Тогда спасай меня в меру. Я хочу быть с тобой на равных.

Быть той, кто лишь принимает чужую помощь, всё еще претило её натуре. Другое дело — помогать самой.

— ...Впредь буду иметь в виду, — ответил Ку Хюль.

Глядя на её надменное, расслабленное лицо, он засомневался, не совершил ли глупость. То, что для него было долгом и естественным порывом, ей, казалось, виделось сущей мелочью, и от этого на душе стало тоскливо.

В этот момент Хва Ё ухватила Ку Хюля за плечи и потянула вниз.

— Что ты дела...

Его недоуменный вопрос оборвался на полуслове. Хва Ё громко и с чувством поцеловала его в щеку.

Не успел опешивший генерал вымолвить и слова, как она снова потянула его на себя и впилась в его губы. Мягко отстранившись, Хва Ё с полуопущенными веками провела пальцем по его пухлым губам. Погладив податливую плоть еще несколько раз, она вновь поцеловала его.

Услышав историю о его детстве, она почему-то не могла перестать думать о нем. Вспомнив то мимолетное горькое выражение на его лице, Хва Ё поддалась безотчетному порыву поддержать его. Точно так же, как он привел её сюда ради этого.

Чувство тоски бесследно испарилось, уступив место согревающей, трепетной нежности, окутавшей их обоих. Вдруг Хва Ё, наслаждавшаяся вкусом его влажных губ, покачнулась, и Ку Хюль быстро обхватил её за талию. Одной рукой он крепко прижал её к своей груди, а другой обхватил нежную щеку, отвечая на страстный поцелуй и проникая всё глубже.

После долгого, жадного поцелуя Хва Ё мягко оттолкнула Ку Хюля. Он посмотрел на нее растерянным взглядом, а она, лукаво улыбнувшись, произнесла:

— А быть твоей женой не так уж и плохо.

Искусно вскружив ему голову, она как ни в чем не бывало заложила руки за спину и зашагала к краю обрыва.

Не успев даже осмыслить произошедшее, Ку Хюль увидел, как она опасно приблизилась к пропасти, и поспешил за ней.

— Это опасно. Не подходи так близко.

— Всё в порядке. Такой пустяковый обрыв я перепрыгну играючи.

И то правда. Уж она-то на такое способна, — подумал генерал. Они встали бок о бок, вглядываясь в раскинувшуюся внизу бездну.

***

Солнце скрылось за горным хребтом, и вокруг начали сгущаться сумерки. На улицах внизу один за другим зажигались тусклые огоньки, а небо усеяли мириады звезд.

Наверное, это было самое темное время — мгновения перед тем, как взойдет яркая луна. Хва Ё задумчиво созерцала этот вид.

Они уже давно забыли о приказе вернуться в замок до захода солнца. Лошадь убежала невесть куда, и безопаснее всего было оставаться на месте, пока огромная сияющая луна не осветит всё вокруг.

Глядя на мир смертных, Хва Ё вспоминала тоскующих по ней жителей Страны Демонов.

Наверное, они уже и забыли обо мне.

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как она покинула родину. Её место наверняка занял кто-то другой, и она понятия не имела, что сейчас происходит в Стране Демонов. В груди зияла сосущая пустота.

В воздух поднимался дым, запахло готовящейся едой. Хва Ё долго наблюдала за тем, как простые люди на улицах делились пищей с теми, кто голодал.

— Как это странно.

Хва Ё повернула голову к Ку Хюлю; её глаза подозрительно блестели. Генерал не понял, к чему она ведет, и лишь склонил голову набок, спокойно ожидая продолжения.

— Эти бедняки отдают последнее ради тех, кому повезло еще меньше, в то время как утопающие в роскоши богачи наглухо запирают свои огромные ворота и делают вид, что ничего не замечают.

Ах, благодаря своему острому зрению и слуху она наблюдает за простым людом вдали. Ку Хюль понял, отчего её глаза увлажнились, а голос стал таким тихим. Несмотря на холодную и суровую внешность, она была натурой сентиментальной и сострадательной — он успел убедиться в этом на собственном опыте.

— Таков закон: чем больше человек имеет, тем сильнее он за это цепляется. Как можно осуждать их мелочную природу?

Он был полностью с ней согласен. Ему лишь оставалось сожалеть о том, что сколько бы он ни бился в пределах своих возможностей, нищета простых людей никуда не исчезала.

— А что делает наследный принц, чтобы спасти их?

Хва Ё внезапно стало интересно, какие усилия предпринимает обожаемая богами империя Тэхон ради своего народа. Что-то реальное, а не жалкие попытки издеваться над демонами.

Ку Хюль попытался вспомнить, что конкретно он, как член императорской семьи, сделал для спасения народа. Сражался за них на передовой, а в свободное время переодевался и тайно оставлял деньги у порогов бедняков. В статусе принца, лишенного реальной политической власти, он мог сделать не так уж много.

Но вот наследный принц... У того наверняка было куда больше возможностей. И почему на ум не приходило ничего из того, что он совершил?

— Наверное... он что-то делает. В конце концов, ему предстоит править империей Тэхон.

Ку Хюль не мог признаться, что не знает, поэтому ответил уклончиво. Хва Ё посмотрела на него с нескрываемым презрением.

— Уж лучше бы императором стал ты, Ку Хюль, а не этот ограниченный мерзавец. Хмпф!

Что именно её так разозлило? Хва Ё сузила глаза, смерила мужа недобрым взглядом и, круто развернувшись, зашагала к пещере позади них.

— Даже думать о подобном — уже государственная измена, не вздумай больше повторять такие слова. Хва Ё, куда ты? Я еще не договорил.

Обеспокоенный её вольными речами, Ку Хюль хотел было добавить еще пару наставлений, но заметил, что она уже удаляется. Он поспешил следом, повысив голос.

— Похоже, сейчас ливанет, так что я ищу укрытие! Если хочешь жалко мокнуть под дождем — мешать не стану! — крикнула Хва Ё еще громче.

Какой еще дождь? Только что небо было кристально чистым. Ку Хюль решил, что она просто ищет предлог уйти от разговора.

— О чем ты? Какой дождь? Небо абсолютно яс...

Не успел он договорить, как на его щеку упала тяжелая капля. Он ошеломленно поднял взгляд. Когда успело так потемнеть? Яркие звезды бесследно исчезли, а их место заняли свинцовые тучи.

Хва Ё уже стояла у входа в пещеру. Ку Хюль без оглядки бросился бежать к ней под спасительные своды.

***

— Скверно.

Он полагал, что стоит немного подождать, и Хо, дежуривший на склоне горы, придет за ними. Но вестей всё не было, и Ку Хюлю оставалось лишь вздыхать, глядя на проливной дождь. Не в силах сидеть на месте, он мерил шагами пространство у входа.

Внезапно мелкий камешек стукнул его по плечу и отскочил. Ку Хюль повернул голову в ту сторону, откуда он прилетел.

— Это ты кинула?

Хва Ё сидела у разведенного костра, и её ладонь была полна гальки. На вопрос мужа она молча кивнула. Затем демоница взяла еще один камешек и швырнула в него. В этот раз генерал ловко уклонился.

— Что за варварство?

Боги милостивые, швыряться в человека камнями! Её выходки порой совершенно не поддавались логике.

— Если продолжишь там стоять, я буду кидать камни, пока не попаду, — пробормотала Хва Ё. Её взгляд казался каким-то затуманенным.

Заметив неладное, обеспокоенный Ку Хюль в два счета преодолел расстояние до костра.

— Хва Ё, тебе нехорошо?

Вблизи стало видно, что её взгляд расфокусирован. Алые зрачки помутнели и смотрели в пустоту, а всегда прямая и гордая осанка сменилась бессильно сгорбленной позой — она свернулась в комочек. Что-то было не так. Совершенно не так.

В панике Ку Хюль схватил её за плечи и принялся изо всех сил трясти.

— Приди в себя, Хва Ё! Принцесса Хва Ё!

Вместо того чтобы очнуться, Хва Ё безвольно качнулась и без чувств рухнула ему на грудь, плотно сомкнув веки.

***

Глубокой темной ночью у входа в еще более мрачную пещеру собралась разъяренная толпа и принялась швырять внутрь камни.

— Тварь проклятая!

— Убить её мало! Эту грязную жрицу нужно немедленно казнить!

— Какая к черту жрица?! Похотливая, блудливая девка! Как она посмела осквернить это место?!

В центре внимания беснующейся толпы находилась женщина. Из-под полностью седых волос, резко контрастируя с ними, виднелась нежная, как у ребенка, белоснежная кожа. Её красота завораживала даже в таком виде. Это была Чок Хва Ён — единственная верховная жрица страны Хва, прожившая на свете сто лет.

Способная слышать глас богов и общаться с ними, она перестала стареть после совершеннолетия и сохранила свою девичью юность даже разменяв век. Это было живым доказательством благосклонности небес.

И всё же народ страны Хва, обозленный неведомой причиной, с лютой ненавистью смотрел на жрицу, съежившуюся в непроглядной тьме пещеры.

— Если бы ты не отвернулась от богов... люди бы не гибли! Это из-за тебя! Из-за того, что ты лишилась невинности, погибли мои муж и двое сыновей! Это всё твоя вина, Чок Хва Ён!

Сквозь сорванный, хрипящий от долгого крика голос прорывалась дикая ярость. Женщина, перепачканная пеплом от погребального костра мужа и сыновей, истошно вопила, оседая на землю перед пещерой.

Задыхаясь от рыданий, она больше не могла вымолвить ни слова. Как бы она ни била кулаками по земле и ни колотила себя в грудь, боль от потери не утихала. И она была не одна. Многие из тех, кто стоял у пещеры, падали на колени и завывали, а другие тыкали в жрицу пальцами, изрыгая проклятия. Даже дети, подражая взрослым, хватали камни и швыряли их в Чок Хва Ён.

Вдруг один крупный булыжник с глухим звуком ударился обо что-то во мраке и тяжело упал на землю. Чок Хва Ён, всё это время сидевшая сжавшись в комок, медленно выпрямилась и посмотрела на толпу, обвиняющую её во всех бедах.

Её белоснежные волосы окрасились в кровавый цвет. Алая кровь, стекающая со лба, скопилась в уголках глаз, из-за чего её светло-серые радужки тоже казались красными.

На её лице не было абсолютно никаких эмоций. Ни печали, ни сожаления, ни гнева, ни обиды. Лишенная даже малейшего намека на ужас или боль, она просто пустым взглядом смотрела на людей, пышущих к ней враждебностью. И именно это безразличие вселило в них жуткий страх.

Боги отвернулись от нее. Люди прекрасно знали, что её мольбы больше не будут услышаны, но всё равно боялись, что слова, сорвавшиеся с её губ, могут их проклясть. Чок Хва Ён неподвижно смотрела на них и медленно моргнула. Скопившаяся кровь превратилась в слезу и тяжело упала на землю.

Дурной знак. Кровавые слезы жрицы... Неужели им предстоят новые жертвы? В одно мгновение толпа затихла. Люди начали тревожно переглядываться.

Увидев, как несколько крепких мужчин с кровожадными лицами двинулись вглубь пещеры, Хва Ё резко вынырнула из сна.

— Нет!

— Хва Ё, всё хорошо. Здесь тебе ничего не угрожает.

Хва Ё, в страхе проснувшаяся с криком, заливалась слезами. Ку Хюль стирал влагу с её щек и крепко обнимал, пытаясь успокоить.