— Хм, и почему этот человек всё ещё не очнулся?

Хва Ё, глядя на мужчину, распластавшегося прямо на её футоне, задала этот вопрос Пиде, которая и притащила его сюда на плече.

— Разбудить его? — Пида высоко занесла руку, готовая от души влепить пленнику пощечину.

В этот момент мужчина, до того лишь боязливо приоткрывавший один глаз, вздрогнул, выдав себя с головой.

С тех самых пор, как наследный принц Бан Ё приказал ему охранять принцессу демонов и её свиту, бедняга был напуган до смерти. А уж когда выяснилось, что второй приставленный к ним чиновник тоже оказался демоном, он и вовсе грохнулся в обморок.

Этот Хо — как называл себя его напарник — получил должность в один день с ним, и они успели крепко сдружиться. Подкупающее сочетание мужественной внешности и мягкого, обходительного характера располагало к себе. И кто бы мог подумать, что под этой маской скрывается тварь из преисподней.

Он своими глазами видел, как исказилось и поплыло его лицо. Происходящее казалось диким бредом, но отрицать реальность было невозможно.

Дон Уну отчаянно хотелось верить, что всё это — лишь затянувшийся кошмар. Он лелеял скромную надежду, что его, бесчувственного, просто бросят за порогом павильона Хянхва. Но эти сладкие грёзы разбились вдребезги в тот миг, когда он очнулся на плече у длинноногой демоницы прямо посреди логова монстров.

Он принял единственно верное решение: лежать тихо, прикидываться ветошью и молиться, чтобы кривая вывела. А заодно украдкой подглядывал за принцессой Хва Ё — той самой, что минувшей ночью лишила его невинности.

С собой он ничего поделать не мог. Каждую ночь память услужливо подсовывала ему образы того вечера; принцесса являлась к нему во снах, где они вновь и вновь сплетались в первобытном экстазе.

Обладатель прекрасных губ, немедленно снимай с себя одежду и забирайся сюда.

Слова, которыми госпожа соблазняла его в ту ночь, выжгло на подкорке.

А что, если они читают мои мысли?! Вдруг эта жуткая генеральша Пида сейчас взбесится?

От первобытного ужаса у него затряслись поджилки. Нужно было срочно спасать положение, пока всё не обернулось катастрофой. Дон Ун подскочил как ужаленный и, молитвенно сложив ладони, принялся исступлённо каяться:

— П-пощадите! Я виноват! П-простите меня!

Он терзал свои руки с таким усердием, что, казалось, вот-вот сотрёт кожу в кровь, но повисшая в комнате тишина оставалась давящей. Инстинкт самосохранения заставил его снова рухнуть на колени и вжаться лбом в пол.

— Да кто собирался тебя убивать? — фыркнула Хва Ё. — Я просто удивилась, чего это ты всё дрыхнешь.

— А?..

Распластанный на полу Дон Ун непонимающе вскинул голову.

Выходит, его постыдные фантазии никто не подслушивал — демоны просто удивлялись его богатырскому сну! Чиновник мысленно вознёс хвалу всем известным богам: он цел, невредим, а главное — жив.

— Как твоё имя?

К чему принцессе, с которой они разделили ложе, переспрашивать его имя? Дон Ун окончательно потерял связь с реальностью. Но промолчать в ответ на вопрос госпожи было бы чистым самоубийством, поэтому он набрал в грудь воздуха, чтобы представиться…

…но Пида бесцеремонно его опередила, зажав парню рот ладонью:

— Этого мужчину с прекрасными губами зовут Дон Ун. Но он очень любит, когда его называют просто «Ун».

Мужчина с прекрасными губами? Любит называться «Ун»? Да откуда генерал Пида знает такие интимные подробности?!

Остолбеневший Дон Ун переводил дикий взгляд с принцессы на Пиду.

— Дон Ун? — переспросила Хва Ё.

— Ага. Принцесса, помните, вы упоминали мужчину, который отдался мне в наш первый день в империи, пока я расхаживала в вашем облике?

— А, точно.

— Ну так вот же он.

Мозг Дон Уна со скрипом отказался обрабатывать входящую информацию. Что? Кто? Кому отдался?! Мир перед глазами совершил кульбит, но, вслушиваясь в их будничный диалог, несчастный начал осознавать масштабы пережитой катастрофы.

— Н-не может быть… Выходит, тогда… я был не с принцессой… а с г-генералом Пидой?..

Перегруженная психика чиновника сдала окончательно, и он, издав тихий сдавленный хрип, повторно провалился в небытие.

— …Сколько же с ним мороки, — цокнула языком Хва Ё и потеряла к парню всякий интерес, отвернувшись к Ку Хюлю.

Возле обмякшего тела осталась одна Пида. Она хищно склонилась к потерявшему сознание Дон Уну и порочно прошептала ему прямо в ухо:

— Дон Ун… я с нетерпением жду нашей новой встречи. Мы так славно проведём время.

От этого вкрадчивого, сочащегося порочным обещанием шёпота бесчувственное тело чиновника пробила крупная дрожь.

***

— Чи Гви, ты жить устал? Как ты смеешь вытворять подобное прямо на глазах у принцессы?!

Вести себя столь нагло и развязно в присутствии госпожи — это переходило все мыслимые границы. Мори честно пыталась держать себя в руках, но её сорвало. Схватив демона за грудки, она выволокла его в коридор и со стуком впечатала спиной в стену.

— Удивительно, — проигнорировал её выпад Чи Гви. — Откуда в Хва Ё вообще взялась демоническая энергия?

— Что?

— По идее… внутри неё должна быть абсолютная пустота, но я отчётливо улавливаю фонящую силу.

С того момента, как он запечатал её магию в обсидиановую жемчужину, прошло всего ничего. Чи Гви был абсолютно уверен, что за столь ничтожный срок восстановиться невозможно. Однако принцессу окутывала странная, дразнящая аура; заинтригованный демон потянулся к ней проверить догадку, что и спровоцировало вспышку ярости у её телохранительницы.

Даже сейчас, намертво прижатый к стене разъярённой Мори, он сохранял предельно собранное, изучающее выражение лица.

— Она несколько дней толком не ела и глаз не смыкала, разумеется, её каналы истощены! Чи Гви, какого чёрта тебя это вообще волнует?! Какого хрена ты тянешь к ней свои лапы?!

— Лапы? Остынь, вовсе нет. Просто залюбовался нашей прекрасной принцессой вблизи, — в мгновение ока сменив пластинку, Чи Гви беспечно улыбнулся.

Ему требовалось время на анализ ситуации, а в словесной перепалке с проницательной Мори он рисковал сболтнуть лишнего, поэтому решил свернуть тему. Говоря это, он нарочито ласково, кончиками пальцев погладил запястье женщины, сжимавшее его горло. Он прекрасно помнил, до какой тошноты Мори ненавидит чужие прикосновения.

— Тьфу, вот же больной ублюдок. Совсем с катушек слетел.

Мори брезгливо отдёрнула руки, словно от раскалённого железа, и отступила на шаг.

— Тебе настолько омерзительно оттого, что я демон? — вдруг задал он странный вопрос.

— Чего?

— Ну посуди сама… Уж такая неглупая особа, как ты, должна понимать разницу: сидеть под замком у людей или находиться под моим, родным демоническим присмотром. Не возьму в толк, чего ты так ерепенишься.

— …

Нужно всё хладнокровно взвесить. Нельзя вестись на его дешёвый трёп. Мори до боли прикусила губу изнутри, пытаясь просчитать его истинную игру.

— Пораскинь мозгами, Мори. Точно так же, как я обвёл вокруг пальца кронпринца, ты можешь использовать меня. Я ведь всегда был хорошим, послушным мальчиком. Разве нет?

Мерзкий Чи Гви. Скользкий ублюдок. Да любой бродячий пёс заслуживает большего доверия.

Таков был её вердикт. Её физически мутило от его самодовольной физиономии, а необходимость вступать с ним в торги вызывала глухое бешенство. И всё же в их нынешнем, незавидном положении это было предложение, от которого не отказываются.

Мори полоснула его ледяным взглядом.

Она понятия не имела, какую партию разыгрывает этот негодяй и под чьим флагом ходит — людей или демонов. Но прямо сейчас его глобальные мотивы не имели значения. Не прошло и пары часов с их вызволения из человеческих застенков, как кронпринц в открытую приставил к ним конвой. Уж лучше держать под боком изворотливого демона-перебежчика, чем цепного пса Империи.

— Договорились, — процедила она. — Понятия не имею, какие сказки ты будешь рассказывать наследному принцу дальше, но пока мне придётся ухватиться за эту гнилую верёвку. Но запомни, Чи Гви: если ты хоть пальцем тронешь мою принцессу, то будешь не о союзе просить, а на коленях вымаливать быструю смерть. Заруби себе на носу.

Выпустив наружу удушающую жажду крови, Мори подалась вперёд и зарычала ему в лицо, точь-в-точь свирепая хищница.

— Не переживай, Мори, — интимно выдохнул он ей прямо в ухо, расплываясь в бархатной улыбке.

***

Подливая чай в пиалу Хва Ё, Ку Хюль искоса поглядывал в угол комнаты, где замерли Пида и отключившийся Дон Ун.

— В тот день, когда мы схлестнулись в квартале удовольствий… той, кто принял твой облик на параде, была Пида? — негромко спросил он.

— Ты про заварушку у павильона Мэхва?

— Да.

— Всё верно. Пока мы с тобой скрещивали клинки, Пида выгуливала мою личину по городу. Ты же прекрасно знаешь, что она мастерски меня копирует. К чему этот допрос? — Хва Ё сделала маленький глоток, наслаждаясь терпким паром, и с абсолютно невозмутимым видом припечатала: — А-а… ты, небось, накрутил себе, что я кувыркалась в постели с этим обморочным мальчиком, пока Пида отдувалась за меня в бою?

Её слова мгновенно вернули его в тот вечер, когда он, ведя тайное расследование, наткнулся на принцессу. Он помнил каждую секунду: как нёс её, потерявшую сознание, на руках к павильону Хянхва, и как наткнулся на мирно спящую Пиду в её образе.

Я ведь просто хотел знать наверняка. С чего она взяла, что это ревность?

И тут Ку Хюль с внезапной оторопью осознал, что и сам не может объяснить, зачем затеял этот разговор. Неужели она попала в точку? Неужели я… ревную? Да нет, чушь полнейшая.

— Просто захотел прояснить детали, вот и спросил, — он постарался ответить максимально сухо, поднося пиалу к губам.

Но предательски дрогнувший голос выдал его с потрохами. О чём он сейчас переживал? Какие сомнения его глодали? Хва Ё вдруг стало безумно интересно, что творится за его насупленным лбом.

Использовать силу?

Встреться она с ним взглядом и активируй чтение мыслей — разгадала бы его в ту же секунду. Но ей совершенно не хотелось вламываться в его сознание столь бесцеремонно. Магия требовала колоссального расхода ци, а новообретённый поток ещё не устоялся в её меридианах; глупо было разбазаривать резерв попусту. К тому же Ку Хюль из категории «опасный враг» давно перешел для неё в разряд «почти семья». Ей хотелось просто поверить ему на слово.

Поэтому Хва Ё лишь по-кошачьи прищурилась, пытаясь прочесть его по глазам.

— Ну так и что? — промурлыкала она. — Тебя настолько выводит из себя мысль, что я могла делить ложе с другим мужчиной?

— Кх-х!..

Застигнутый врасплох Ку Хюль поперхнулся — обжигающий чай брызнул на подбородок и потек на ворот его одеяния. Заявление прозвучало так, будто она повесила на него клеймо собственника, и это возмущало до глубины души.

— Точь-в-точь как тогда, — её губы изогнулись в лукавой полуулыбке. — В павильоне Мэхва ты точно так же залил вином и подбородок, и одежду.

Проигнорировав его яростный взгляд, Хва Ё привычным, текучим движением придвинулась к нему вплотную. Подавшись вперёд и мягко прижавшись к его боку упругой грудью, она провела подушечкой большого пальца по его нижней губе, собирая влагу, а затем медленно, с порочным влажным прицмокиванием слизала её со своей кожи.

— Ты что творишь?..

Ку Хюль жестко перехватил её запястье, не давая убрать ладонь от своего лица. Опалённый её бесстыдной лаской, он затравленно оглянулся — и тут же пересёкся взглядом с Пидой и пришедшим в себя Дон Уном. А секундой позже в дверях появились Мори с Чи Гви.

Четыре пары глаз смотрели исключительно на них двоих в центре комнаты, превращая её дразнящий соблазн в самый неловкий публичный спектакль на свете.

— Может, подыграешь? — Хва Ё, которую неимоверно бесило присутствие кронпринцевых ищеек, послала Ку Хюлю многообещающую улыбку и выдохнула ему прямо в губы: — Если мы сделаем вид, что предаемся страсти, они ведь сами выметутся отсюда, как думаешь?