«Если Чи Гви прислуживает Гое — это большая проблема».
В отличие от владыки Страны Демонов, который верил в равенство людей и демонов, Чи Гви был убежден, что мир может спасти лишь абсолютная сила. А тот, кто забирал жизни слабых, будь то люди или демоны, — это Гоя.
Мори до сих пор помнила, что он натворил тысячу лет назад.
«В мире снова прольются реки крови. Нельзя этого допустить».
Тела людей и демонов громоздились горами, а их кровь текла реками, пропитывая землю. Именно за это преступление он был заточен в Тынхва. Она думала, что он покорно отбывает наказание, но оказалось, что Гоя тайно собирал собственных приспешников. Раз уж он привлёк на свою сторону даже такого опасного демона, как Чи Гви.
Вспомнив мир тысячелетней давности, Мори до боли закусила губу. Тогда мир превратился в ад. Она не желала возвращения тех времён.
— Нет, в этом мире нельзя жить с таким узким мышлением.
Мори бросила на Чи Гви острый взгляд. Она должна была его переубедить. Она возлагала надежды на ту каплю мягкости, что ещё могла остаться в нём с тех пор, когда они были друзьями детства.
Но, услышав её твёрдый, звонкий голос, Чи Гви мигом стёр улыбку с лица. Затем он склонил голову набок и произнёс:
— Я думал, ты догадливее, но мыслишь ты на редкость глупо.
Когда он понизил голос и прошептал ей это на ухо, Мори поняла: что-то идёт не так.
— С чего ты взял, что выживает сильнейший? Мир — это место, где все признают различия друг друга и живут вместе. Знаешь, среди тех самых «жалких демонов», которых ты называешь насекомыми, полно тех, кто радуется даже обычной травинке. Присмотрись к их радости и состраданию. Одного этого достаточно, чтобы…
— Это потому, что могущественные демоны вели себя беспечно, и люди помыкали ими всё это время. Мори, неужели ты видишь лишь тех, кто тихо прячется среди смертных? Я же вижу свой народ, страдающий от их гнёта.
Чи Гви резко отстранился и повысил голос. В этот момент в его глазах что-то блеснуло. Это была жажда крови — взгляд обезумевшего убийцы.
— Чи Гви. Что ты, чёрт возьми, творишь?
Мори шагнула к нему и схватила за руки, чтобы утихомирить. Если в его безумном взгляде оставалась хоть крошечная надежда, она была готова поставить на неё всё.
Но вместе со свирепым взглядом от Чи Гви повеяло густым, приторным запахом крови. Ах, всё кончено. Мужчина перед ней уже лишился рассудка. Её отчаянные мольбы до него не дойдут.
Мори медленно попятилась, разрывая дистанцию. Тогда Чи Гви со странным выражением лица шагнул к ней.
— Мори, наша добрая и приветливая Мори. И такая упрямая — веришь лишь в свою правоту и в упор не желаешь слушать других.
— …
— Раз ты так глупа, позволь мне просветить тебя. Бо Ху не умер.
Глаза Мори изумлённо расширились.
— Ложь! Я сама видела его последние мгновения…
Она тут же вспомнила смерть принца Бо Ху — то, что узнала благодаря дару Хва Ё. Как его разорвали на куски, как померкли его глаза, когда он испустил дух. Одно лишь воспоминание об этом обжигало сердце, а этот ублюдок смел насмехаться над смертью принца.
— Замолчи. Я больше не желаю об этом слышать. Ради спокойствия души принца Бо Ху в следующей жизни — избавь меня от этого бреда.
— Как у него может быть следующая жизнь, если его душа находится у меня?
— …Что? Его душа у тебя? О чём ты говоришь?
— О том, что слышишь. Я же сказал, что он не умер. Хоть его тело и разорвали в клочья, не оставив и следа.
Лицо Мори исказилось. Тела принца Бо Ху больше нет, но его душа всё ещё существует? Она пыталась понять, как такое возможно, и тут…
— Неужели… Сфера Душ?
Она вспомнила о существовании артефакта, способного удерживать души демонов.
— Ты совсем спятил?! Как ты мог додуматься заточить душу принца Бо Ху в такую мерзкую вещь?!
В ярости Мори схватила Чи Гви за грудки.
— Говорят, собрав тысячу Сфер Душ, можно управлять миром, а собрав десять тысяч — стать его полноправным властелином.
— Что?
— Кто-то, говорят, уже собрал тысячу сфер.
При этих словах в голове Мори возник чей-то образ.
— …Наследный принц… Бан Ё.
— А ещё говорят, что кто-то другой собрал уже больше девяти тысяч.
Не успел Чи Гви договорить, как лицо Мори побледнело от ужаса.
— Не может быть… Гоя уже…
Это невозможно. Как он, будучи запертым в Тынхва, смог собрать девять тысяч сфер? В голове роились тысячи мыслей. И тут она встретилась взглядом с Чи Гви.
— … Так это ты преподносил ему Сферы Душ.
***
Он проснулся от шума, но представшая перед ним картина повергла Ку Хюля в растерянность.
«Почему я… в пещере?»
Более того, в его объятиях была не Хва Ё, а другая женщина.
Её гладко расчёсанные чёрные волосы щекотали его голую кожу, а от лица, прижавшегося к груди, исходило горячее дыхание и тихие вздохи.
Ку Хюль бессознательно погладил её по волосам. От его прикосновения женщина открыла глаза.
— Вы уже проснулись, То Ю?
Её чистый голос мгновенно привёл его в чувство. Но имя… То Ю?
Кто такой То Ю, и почему она называет его этим именем? В отличие от растерянного разума Ку Хюля, хозяин тела, казалось, хотел что-то сказать, приоткрыв рот.
— Как спалось, госпожа Ён?
От нежного вопроса мужчины на губах женщины расцвела улыбка. Застенчиво улыбнувшись, она снова уткнулась в грудь человека по имени То Ю.
Ку Хюль совершенно не понимал, что происходит.
«Я точно знаю это место».
Как ни посмотри — всё вокруг было знакомым. Это несомненно была пещера на Лунном холме, где он, словно околдованный, разделил с Хва Ё ночь страсти.
Но, приглядевшись, он заметил отличия.
Во-первых, лежал он на мягкой постели, а вокруг было полно домашней утвари. Всё выглядело так, будто кто-то обустроил здесь полноценное жилище, ни в чём не нуждаясь.
Похлопывая женщину по имени Ён по спине, он протянул свободную руку и внимательно её осмотрел.
Широкие костяшки и толстые пальцы. Ноющая боль напоминала ту, что он чувствовал в своей руке, привыкшей держать меч, но эта кисть казалась короче и выглядела чужой.
— Что такое? Вы говорили, что вчера повредили палец. Болит?
Увидев, как он разглядывает свою руку, женщина тут же выпрямилась.
«Дело в том, что…»
Ему хотелось ответить, но ком подступил к горлу. Вместо слов на лице появилась лишь тёплая улыбка.
Глядя на эту улыбку, Ён тоже ласково улыбнулась. Затем она взяла его за руку, крепко зажмурилась и начала что-то бормотать.
Из её тела полился яркий свет. Сцепленные руки становились всё горячее, наливаясь тяжестью, а затем ноющая боль бесследно исчезла.
«Ах, значит, она владеет божественной силой». Он мгновенно раскрыл её личность.
Сколько времени прошло? Когда женщина открыла глаза, яркий свет, озарявший всё вокруг, исчез. Лишь её улыбка на покрытом испариной лице теперь согревала пространство.
— Само бы зажило. Только заставил госпожа Ён понапрасну трудиться.
— Что вы. Мне только в радость использовать свою силу, когда я вижу, что вам больно, То Ю.
Её мягкая речь и нежная забота приносили душе покой.
— И всё же будьте осторожны. Есть те, кто завидует вашей силе и презирает её.
— Всё в порядке. За почти сотню лет я повидала немало таких людей, так что ничего страшного.
— Сейчас всё иначе. Грядёт великая война. Обезумевшие от жадности слепо жаждут завладеть вашей силой… Я боюсь, как бы с вами чего не случилось, пока меня не будет.
С глубоким вздохом тело мужчины обмякло. Увидев это, женщина снова крепко его обняла.
— Я живу не ради собственного благополучия. Всё свершится по воле богов. Если есть те, кто завидует мне, — на то воля божья. А если со мной что-то случится… я с радостью предстану перед богами.
Человек, проживший сотню лет, был равнодушен к смерти. Но этот юноша, которому, очевидно, едва перевалило за двадцать, задыхался от боли при одной мысли о её гибели.
Ку Хюль так отчётливо ощутил эту боль, что непроизвольно прижал руку к груди.
Женщина снова протянула руку и положила её поверх его ладони.
— Не волнуйтесь. Божья благодать всегда пребудет с вами.
— Меня беспокоит не моя безопасность, а ваша. Прошу, до того дня, как я вернусь…
— Да. Я буду ждать. Я с радостью буду ждать здесь своего возлюбленного.
— …Мы едва обрели друг друга. То, чего я желал всю жизнь, наконец сбылось, и так больно осознавать, что нам снова придётся расстаться.
— Я тоже всю жизнь ждала такого мужчину, как вы. То Ю, моя первая и последняя любовь. Я, Чок Хва Ён, до последнего вздоха не забуду, что принадлежу вам.
Как только имя «Чок Хва Ён» сорвалось с её губ, Ку Хюль резко распахнул глаза.
— Чок… Хва Ён.
Госпожа Ён, чьё имя он нежно произносил во сне, оказалась жрицей Чок Хва Ён. Хранительницей Лунного холма, спасшей свой народ ценой собственной жизни. Он не мог в это поверить.
«Мне… приснился сон?»
Но всё было слишком реалистично для простого сновидения. Ошарашенный Ку Хюль тупо уставился на свою руку — ту самую, которую разглядывал во сне.
И тут он осознал, что ноющая боль в пальце действительно исчезла.
Это было необъяснимо. Всё происходило во сне. Чок Хва Ён исцелила своего возлюбленного То Ю, так почему это повлияло на реальное тело Ку Хюля? Он не мог этого понять.
— Ку Хюль, где ты был? Откуда на тебе запах другой женщины?
От беспокойных движений Ку Хюля проснулась спавшая рядом Хва Ё. Но слова, слетевшие с её губ, вызвали у него недоумение. Какой ещё запах другой женщины? Он ведь всё время был с Хва Ё.
— Какой… запах ты чувствуешь? — ошеломлённо спросил Ку Хюль.
— …Тонкий цветочный аромат. Словно запах мелких полевых цветов.
Её слова напомнили Ку Хюлю о цветах, которые он видел в пещере. О тех самых полевых цветах, густо усеявших землю.
— Хва Ё… со мной случилось нечто невероятное.
