1 - 49
Ворвавшись в павильон Хянхва, они принялись срывать друг с друга одежду, не дожидаясь, пока закроется дверь. Нежные поцелуи мгновенно переросли в страстные и неистовые ласки.
Звуки жадных поцелуев сменились жаркими стонами, распаляя обоих.
Хва Ё спешно раздела Ку Хюля ещё до того, как они добрались до постели.
Она повалила его на роскошные простыни и оседлала. Словно дождавшись подходящего момента, руки Ку Хюля, скользившие по её телу, стали смелее и грубее. Сквозь распахнувшуюся ткань он мял её грудь, сжимал ягодицы и направлял её бёдра.
— Ах, Ку Хюль...
Кто бы мог подумать, что простая и практичная форма воина окажется куда более возбуждающей, чем шёлковые женские наряды. Лёжа под женой и вслушиваясь в её стоны, тонущие в судорожных вдохах, Ку Хюль почти разорвал одежду Хва Ё, избавляя её от остатков ткани.
Ослепительно белая кожа затуманила разум. Ку Хюль приподнялся и уткнулся лицом в её шею, о которой так отчаянно мечтал.
Зарывшись носом в нежную кожу, он вдыхал её сладкий аромат.
— Ха-а, Хва Ё. Почему ты сегодня такая сладкая? — пробормотал он, снимая с неё последнюю деталь белья и лаская её грудь.
— Ха-а... Мой аромат такой сладкий? Или, может, ты просто не в силах противиться соблазну?
— Ещё как в силах. Я лишь хочу вкусить тебя сполна.
С этими словами Ку Хюль приник к шее Хва Ё, которая всё ещё пыталась его дразнить, и с силой втянул нежную кожу, оставляя багровый след. Он крепко сжал в объятиях её трепещущее тело.
С тех пор как Хва Ё заперли в павильоне Хянхва, Ку Хюлю также запретили туда входить. Из-за этого они были лишены возможности уединиться.
Сколько времени прошло с тех пор, как они делились друг с другом жизненной энергией, наслаждаясь моментами блаженства? Как давно он в последний раз слышал её страстные стоны?
Он и представить не мог, что окажется настолько ненасытным. Он так извёлся, что думал о Хва Ё с момента пробуждения и до самого отхода ко сну.
Как же он скучал по её сладкому аромату. Постоянно вспоминал тепло мягкой груди, заполнявшей его ладони.
Звонкие стоны Хва Ё, срывавшиеся с её губ каждый раз, когда он умело двигал бёдрами, проникая в её горячее лоно, эхом отдавались в ушах. Как тут можно было сдержаться?
За мгновение до того, как дать волю нахлынувшей страсти, Ку Хюль одарил её лукавой улыбкой.
— Кто знает, что может случиться на рынке. Будет лучше, если я поделюсь с тобой своей энергией, чтобы твой Дар стал ещё сильнее, верно?
Оправдания хитро улыбающегося мужчины, искавшего повод поделиться своей энергией, показались Хва Ё невероятно милыми. Услышав эту шутку, она снова рассмеялась.
Как же очаровательна была эта редкая мальчишеская игривость, которая так сильно её заводила.
— Разве сейчас это имеет значение?
Хва Ё протянула руку и нежно погладила его по щеке. Живое тепло человеческого тела было для неё самым желанным и приносило чувство умиротворения.
Она прижалась лбом к его лбу, желая передать всю ту любовь, что переполняла сердце. Затаив дыхание, она нежно поцеловала его, надеясь, что её пыл передастся Ку Хюлю и зажёг в нём ответное пламя.
Стоило её дыханию коснуться его губ, мужчина, словно только этого и ждал, жадно обхватил её мягкий язык. Он желал Хва Ё до безумия.
Слова о передаче энергии давно стали лишь предлогом. Важно было лишь одно: соприкасаться кожей, делиться теплом и сливаться с ней воедино.
Ку Хюль ласкал её влажный язычок, обмениваясь с ней дыханием, и ещё крепче сжимал принцессу в объятиях.
Её пышные ягодицы то и дело тёрлись о его пах, дразня и возбуждая.
— И то верно. Зачем мужу и жене искать повод для любви?
Сказав это, Ку Хюль одной рукой обхватил миниатюрную Хва Ё за талию. Он припал губами к её колышущейся груди и жадно потянул сосок. Зная, что ей нравятся грубые ласки, он не забывал слегка покусывать чувствительную кожу.
— Ах, Ку Хюль. Ещё... укуси ещё.
Мужчина, знавший каждое чувствительное местечко на её теле и то, как довести жену до исступления, не знал пощады.
Его рука, сжимавшая её ягодицы, уже вовсю ласкала влажное лоно. С каждым движением его пальцев из неё вытекали вязкие соки. Узкий проход призывно расслабился, плотно обхватывая пальцы Ку Хюля.
Когда его движения стали настойчивее, Хва Ё, обнимавшая мужа за шею, задрожала всем телом.
— М-м-м, ах! Ха-а...
Стоны, которые он так жаждал услышать, сладко щекотали слух. Его и без того твёрдый член пульсировал, наливаясь нестерпимым жаром.
Ку Хюль без малейшего колебания, неистово и глубоко вонзился в её лоно.
— Ах!
Хва Ё вскрикнула, словно её пронзили раскалённым прутом, и вцепилась в плечи Ку Хюля. Судорожно сжимая его в объятиях, она мелко дрожала.
Он вошёл в неё одним резким движением, до самого основания. Её лоно, растянутое до предела, не сжалось, а напротив — отозвалось приятной тянущей болью и податливо расслабилось.
Там, где прошла головка его члена, всё горело огнём. Он заполнил её до отказа, скользя во влажной тесноте, дразня и возбуждая, а затем так же плавно вышел.
Хва Ё, воспользовавшись моментом, судорожно выдохнула и крепко сжала мышцы лона.
Скоро он снова заполнит её. Снова подарит это пьянящее чувство. Она тяжело дышала, а её лицо пылало от страсти.
На губах Ку Хюля, который теперь лишь головкой касался её входа, жадно посасывая грудь, появилась загадочная улыбка. Дыхание Хва Ё начало выравниваться. И как только она расслабилась, он снова грубо и глубоко вошёл в неё.
Он повторял это снова и снова.
Влажные стенки беспрерывно массировали его ствол, вырывая тихие стоны у Ку Хюля, всецело отдавшегося процессу.
Охваченный возбуждением, мужчина одним быстрым движением перевернул Хва Ё и повалил её на спину.
Он широко раздвинул её ноги и, не отрывая взгляда от её лона, куда то входил, то выходил его член, принялся массировать большим пальцем её набухший клитор. При каждом прикосновении к покрасневшей жемчужинке спина Хва Ё выгибалась, как туго натянутая тетива.
Ку Хюль погладил её плоский живот, а затем, обхватив обеими руками тонкую талию, начал мощно и глубоко вколачиваться в неё.
От его неистовых толчков маленькое тело Хва Ё непрерывно содрогалось и металось по постели.
— Обними меня. Ку Хюль, скорее, обними.
Хва Ё с затуманенным взглядом раскинула руки, и Ку Хюль припал к ней.
Прижавшись друг к другу так тесно, что между их телами не осталось ни зазора, они слились в страстном поцелуе, пока он продолжал яростно двигать бёдрами.
Даже не замечая, что влажные шлепки и громкие стоны доносятся до самых дверей, они оба, извиваясь от наслаждения, стремительно приближались к кульминации.
***
— Вот видишь. Я же говорила, что сейчас нельзя.
Стоя перед дверями павильона Хянхва, Пида зажала рот мужчине в маске и томно прошептала ему на ухо.
— М-м-м!
Он пытался что-то крикнуть, но из-за закрытого рта звуки вышли неразборчивыми. Пида пристально посмотрела в знакомые глаза и спросила:
— Будешь вести себя тихо?
Мужчина отчаянно закивал, и только тогда она убрала руку. Он тут же стянул маску, оказавшись лицом к лицу с демоницей.
— Фу-ух, дело не терпит отлагательств. Я должен срочно передать это принцу Ку Хюлю.
— По-моему, уединение супругов сейчас куда важнее твоего поручения.
— Да что с вами такое! Вы же всё понимаете... Генерал Пида, вы хоть представляете, что я только что видел? Вы знаете, что творится на севере? Там каждый день вырезают сотни, тысячи невинных людей!
Несмотря на отчаянный крик Хо, лицо Пиды оставалось непроницаемым.
Для неё бойня на севере, о которой он говорил, ничем не отличалась от того, что происходило прямо здесь, в столице.
«Здесь каждый день убивают сотни, тысячи демонов. Какая разница, что там умирают сотни, тысячи людей?»
Жизнь и смерть — всё это в руках небес. Пида продолжала преграждать ему путь, заботясь лишь о том, чтобы никто не нарушил покой её госпожи.
Из-за этого Хо был в отчаянии и не находил себе места.
— Я же говорю, дело срочное. Почему... ха-а.
С его губ сорвался тяжёлый вздох.
Думая, что поблизости никого нет, Хо подошёл к покоям, чтобы найти Ку Хюля, но Пида перехватила его ещё до того, как он успел открыть дверь. Он уже собирался возмутиться, но, услышав стоны, доносящиеся изнутри, замер в оцепенении.
Пида лишь твердила, что сейчас входить нельзя и нужно подождать, а Хо, не зная, что предпринять, терял драгоценное время.
Он и так слишком задержался в пути, и теперь каждая минута была на счету. Он пообещал Пиде вести себя тихо, но его намерение немедленно проникнуть внутрь оставалось непоколебимым.
«Стоит ей только отвернуться, как я проскользну внутрь и отдам шкатулку Ку Хюлю».
Как только Хо принял это решение, Пида, почувствовав чьё-то приближение, повернула голову.
Проследив за её взглядом, Хо увидел идущего по коридору Дон Уна. Заметив загадочную улыбку на губах Пиды, гонец понял: это его единственный шанс, и рванул к двери.
Пида молниеносно бросилась за ним, но не успела: плотно закрытая створка павильона распахнулась.
Хо, споткнувшись, влетел в комнату и распластался прямо у ног Хва Ё.
Ему нужно было как можно скорее поднять голову и передать господину спрятанную за пазухой шкатулку, но странная подавляющая аура пригвоздила его к полу.
— Я... это... в общем...
Словно огромный валун придавил его к земле. Хо был так ошарашен, что не мог связать и пары слов.
— Что это ты прячешь?
Не дожидаясь ответа, нетерпеливая Хва Ё щёлкнула пальцами, и шкатулка вылетела из-за пазухи Хо. Повинуясь её жесту, она плавно легла прямо в ладонь принцессы.
— Н-нет! Нельзя! Это... в общем, это...
Хо по-прежнему не мог пошевелиться. В памяти всплыли слова Мори, сказанные перед расставанием.
Она строго-настрого запретила открывать шкатулку. Велела передать её лично Ку Хюлю, особо подчеркнув, что принцесса Хва Ё не должна к ней даже прикасаться.
Вещь с небес, чья суть в корне противоречила природе демона Хва Ё, сотканной из тёмной энергии. И сейчас эта самая вещь оказалась в её руках.
Что, если содержимое шкатулки причинит вред принцессе? От этой страшной мысли по спине Хо пробежал ледяной холодок.
Но Хва Ё, пропустив мимо ушей его предостережения, с любопытством вертела шкатулку.
В этот момент к ней подошёл Ку Хюль, успевший накинуть одежду.
— Что это, Хо?
Мужчина только открыл рот, чтобы ответить на вопрос принца, но сгорающая от любопытства Хва Ё откинула крышку шкатулки раньше, чем он успел произнести хоть слово.
