Нам Джун то и дело сминал и отпускал пиджак, зажатый в руке. На ткани уже образовалась целая сеть глубоких заломов и помятостей.
На Ён, мельком взглянув на меняющиеся цифры над дверями лифта, сказала:
— То, что встреча прошла неудачно, — это не из-за вашего успокоительного, а из-за того, что мы плохо подготовились. И это моя вина как руководителя. Вы ведь не думаете, что я просто использовала вас как живой щит?
— …
— Вы же не из тех, кто поддается эмоциям…
На Ён резко повернула голову к Нам Джуну и удивленно осеклась. Вид у него был такой, словно она попала прямо в точку. Не найдя что ответить, он лишь беззвучно открывал и закрывал рот, а на его щеках даже проступил легкий румянец.
— А…
Но по-настоящему На Ён удивило совсем другое. Прямо за спиной Нам Джуна широким шагом приближался У Гём. Он ведь вышел из переговорной давным-давно, почему они снова пересеклись именно здесь? От этой неприятной неожиданности по её спине пробежал необъяснимый холодок напряжения.
То ли из-за его слишком длинных ног, то ли из-за его фирменной, обманчиво медлительной походки, но он приближался с каждой секундой. В пояснице заныло. На Ён сжала губы в тонкую линию и отвернулась.
— Если вы возвращаетесь в офис, руководитель, я поеду с вами. Вы, наверное, хотите отправить меня домой, как жалкого неудачника, от которого нет никакого толку, но я не настолько недогадлив, руководитель.
Совершенно не заметив, как в коридоре внезапно похолодало, Нам Джун пробормотал это с явной обидой в голосе. На Ён послала ему предупреждающий взгляд, но он его проигнорировал.
— Вы на парковку? Если вы на машине, я поведу. Дайте мне ключи.
— …Заместитель У.
Стиснув зубы, На Ён прошептала это так тихо, чтобы услышал только он. Только тогда Нам Джун почувствовал, что что-то не так, и медленно повернул голову.
Эхо тяжелых, размеренных шагов. Наконец заметив У Гёма, лицо Нам Джуна вмиг стало белее мела.
Тот, кто довел его до полусмерти от страха, приблизился с абсолютно безразличным лицом, не обращая ни малейшего внимания на окружающих. Казалось, он вообще забыл, что они только что присутствовали на одной встрече.
Нам Джун поспешно, низко поклонился У Гёму и отступил в сторону от лифта. У Гём ответил коротким, едва заметным кивком. Его секретарь, директор Им, безмолвной тенью встал у него за спиной. В этот момент, словно только этого и ждав, раздался звонок прибывшего лифта.
Зайдя в кабину и сунув руки в карманы брюк, У Гём своим привычным, равнодушным взглядом посмотрел на На Ён, оставшуюся стоять снаружи, и спросил:
— Не едете?
— А…
Пока она нерешительно топталась на месте, директор Им, державший кнопку открытых дверей, добродушно улыбнулся и сказал:
— Пожалуйста, заходите.
Больше всего на свете ей хотелось притвориться, что она вообще ждет другой лифт, и отправить их вниз первыми, но это выглядело бы слишком нелепо.
— Да, спасибо.
Ей ничего не оставалось, кроме как сделать шаг вперед. Как только На Ён и Нам Джун зашли в кабину, двери закрылись.
— Руководитель, на каком этаже ваша машина?
— На минус третьем.
Нам Джун потянулся к панели, но тут же опустил руку. Кнопка минус третьего этажа уже горела.
На Ён сверлила взглядом металлические двери лифта. Однако все её нервы были натянуты, как струны, и сосредоточены где-то за спиной. Взгляд, упирающийся ей в затылок, обжигал. По необъяснимой причине низ живота болезненно заныл.
У неё не было глаз на затылке, но она каждой клеточкой тела чувствовала, что У Гём смотрит на неё. Её дыхание участилось до такой степени, что ей стало тяжело дышать.
Она всю ночь сплеталась с ним, как дикий зверь, а потом столкнулась на официальной встрече, где он размазал её в пух и прах. То, что ей было неловко — это нормально. Ненормальным было то, насколько комфортно в этой ситуации чувствовал себя Со У Гём. Как и всегда, он излучал лишь ленивое спокойствие.
Она не хотела выглядеть дурой, которая одна суетится и нервничает. На Ён слегка приоткрыла губы и беззвучно выдохнула.
То, что У Гём стоит прямо у неё за спиной, выводило её из равновесия. Он всегда вызывал у неё неприязнь, это был неоспоримый факт, но сейчас происходило что-то другое.
Словно его взгляд был физически осязаем, по спине пробежала дрожь, а волоски на затылке встали дыбом. Будто в живот упал раскаленный камень, странное, тягучее тепло медленно разлилось по низу живота. Да что со мной такое… На Ён крепко зажмурилась и снова открыла глаза.
Мочки ушей пылали. Она не знала, действительно ли они покраснели, или ей это просто кажется. Волосы были собраны в хвост, так что У Гём мог всё это прекрасно видеть.
Словно монах, проходящий суровую аскезу, На Ён замерла, ожидая, когда лифт наконец остановится. Чем быстрее убывали цифры на дисплее, тем сильнее колотилось её сердце.
Наконец, минус третий этаж. Выйдя из лифта с максимально независимым видом, На Ён тихо перевела дух. У входа на парковку их уже ждал седан с заведенным двигателем.
У Гём, пройдя мимо неё, сразу же сел в машину. В потоке воздуха, который он поднял, пройдя мимо, улавливался глубокий, мягкий аромат его одеколона. Тот самый аромат, который всю прошлую ночь кружил ей голову.
Как только директор Им сел на переднее сиденье, седан без промедления покинул парковку. Низкое урчание мотора постепенно затихло вдали.
— Руководитель, вам плохо?
— …Что?
На Ён с опозданием повернулась к Нам Джуну. Он обеспокоенно вглядывался в её лицо, слегка нахмурившись.
— Вы очень бледная… Конечно, учитывая, что я испортил всю презентацию, вам есть от чего расстроиться, но я подумал, может, вы еще и заболели.
— А, нет, всё нормально.
— Точно? У вас лицо немного покраснело, и дышите вы тяжелее, чем раньше…
— Идемте.
Оборвав Нам Джуна на полуслове, На Ён развернулась к своей машине. Раньше вел себя как идиот, а теперь вдруг стал излишне наблюдательным.
Тихо вздохнув, она достала из сумки ключи. Прохладный воздух парковки немного остудил её горящие щеки.
03
Ради спасения ключевого проекта, оказавшегося на грани срыва, ей пришлось пожертвовать всеми выходными. Внутренние отчеты, анализ реакции «HK» на первую презентацию — за этой суетой она совершенно потеряла счет времени.
Череда бесконечных совещаний наслаивалась друг на друга, накапливая усталость. Как говорится, беда не приходит одна: На Ён ждало еще одно испытание. Вернувшись в офис после еженедельной планерки, она увидела сотрудника из секретариата председателя Квон Ён Шина. Он низко поклонился и сказал:
— Председатель ожидает вас.
Началось. Голова снова разболелась. Начало недели выдалось просто отвратительным.
Сорвав свидание вслепую и сбежав, она явно вывела Ён Шина из себя. С его мстительным характером он ни за что бы не спустил ей это с рук. И хотя он провел последние несколько дней в Намхэ по делам, то, что он до сих пор не предпринял никаких действий, само по себе было странным.
В любом случае, чтобы расставить все точки над «i», избежать разговора с ним с глазу на глаз было невозможно. На Ён, не проронив ни слова, молча последовала за мужчиной. Устраивать скандал здесь означало лишь дать коллегам лишний повод для сплетен.
Сотрудники и так вытягивали шеи, как сурикаты, провожая На Ён взглядами. То ли они переписывались друг с другом, то ли делали вид, что работают, но в офисе стоял лишь непрерывный стрекот клавиатур.
— Поедем в главную резиденцию.
Сказал мужчина, садясь на переднее сиденье машины, ожидавшей На Ён у входа. Отвечать на это не было никакого смысла.
Водитель, обменявшись взглядом с мужчиной на переднем сиденье, плавно тронул машину с места. Выехав из лабиринта стеклянных высоток Тегеран-ро, они свернули на мост Банпо. Пейзаж за окном сменился, и машина начала медленно подниматься по крутым склонам Итхэвона.
Я не была здесь ровно полгода.
Как только машина миновала массивные ворота особняка в Итхэвоне, на грудь навалилась тяжесть. На Ён поправила позу и сделала глубокий вдох. Вот почему она старалась приезжать сюда как можно реже.
К счастью, Хва Ён нигде не было видно. У входа её встретил руководитель секретариата Ли Хак Джэ. Директор Ли сопровождал председателя Квона повсюду, куда бы тот ни направлялся, так что картина была привычной.
— Председатель ждет вас в своем кабинете.
— Да, я поднимусь.
На Ён направилась на второй этаж, где находился кабинет Ён Шина. Картина на лестничной площадке снова сменилась. Трудно найти более удобный способ легализации грязных денег, чем искусство, так что причина этих частых перестановок была ей прекрасно известна.
Она отодвинула раздвижную дверь с традиционным корейским узором. В залитый светом кабинет тут же ворвалось яркое солнце. На Ён слегка зажмурилась и вошла внутрь. Ён Шин находился в дальней части комнаты и, сжимая в руках клюшку, отрабатывал удары для гольфа.
Все выходные провел на поле для гольфа в Кимхэ, только вернулся, а сил хоть отбавляй.
Несмотря на свои семьдесят, он мог похвастаться завидным, крепким телосложением. Еще бы: каждый день стол в резиденции ломился от редчайших деликатесов и полезных блюд, а в корпорации даже существовала специальная команда, отвечающая исключительно за поддержание здоровья и выносливости председателя Квона.
И дело было не только в еде. Его тяга к жизни и здоровью была просто поразительной.
Гольф, верховая езда и даже бокс — он пробовал всё. Быть приглашенным на горные походы, которые председатель устраивал каждые две недели, путешествуя по всем горам страны, считалось для топ-менеджеров «Юнсон» главным показателем успеха и расположения начальства.
— Раз пришла, чего стоишь, садись.
Ён Шин отложил клюшку и указал на массивный стол в центре кабинета. На этом огромном, внушающем трепет столе лежал до боли знакомый бумажный конверт.
— Ну что. Было время за выходные подумать над своим поведением?
✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению! ➡️ Fableweaver
