Контент удален!

Джу Хёк вынырнул из долгих раздумий и поднял прищуренные глаза. Он неотрывно смотрел на руку У Гёма, мягко лежавшую на самой середине спины На Ён. При каждом её шаге собранные в хвост длинные волосы покачивались туда-сюда.

«Она же его на дух не переносила, а теперь они встречаются? Я-то думал, Квон На Ён неприступна, как скала, но что за бред вообще?»

В глазах Джу Хёка вспыхнуло подозрение. Он пошарил во внутреннем кармане пиджака. Оставлять всё как есть было нельзя. Если он будет просто сидеть сложа руки, то останется у разбитого корыта. Нужно было срочно придумать план.

Достав телефон, он открыл камеру и, увеличив масштаб, попытался поймать фокус.

Из-за большого расстояния пришлось выкрутить зум на максимум, чтобы на фото можно было различить лица. Из-за этого экран трясся вверх-вниз, словно у него был тремор рук. Затаив дыхание, он тщательно выждал момент и наконец нажал кнопку затвора.

Щелк.

Как только раздался звук затвора, У Гём, словно призрак, резко обернулся. Расстояние было огромным — он физически не мог услышать этот тихий звук камеры.

— Блядь, у него что, слух как у Сомерза? Сумасшедший ублюдок...

Совпадение это или нет, но Джу Хёк в панике поспешно сунул телефон в карман брюк.

— Он никак не мог этого услышать оттуда, но что за ебаный тайминг? Блядь. Аж мурашки по коже.

Бормоча проклятия себе под нос, он с трудом стер с лица напряжение. Натянув на губы фальшивую улыбку, Джу Хёк, изображая гостеприимство, нехотя помахал рукой вслед У Гёму и На Ён.

— Езжайте осторожно до Сеула! — прокричал он так громко, как только мог, надеясь, что звук долетит до них.

Только после этого У Гём потерял интерес к тому, что происходило позади, и отвернулся. Фух. Джу Хёк облегченно выдохнул.

У Гём открыл пассажирскую дверь и придерживал её до тех пор, пока На Ён полностью не села в машину. Со стороны они выглядели как настоящая пара, и от этого Джу Хёка захлестнула ярость.

Когда У Гём тоже сел в машину и завел двигатель, черный седан с хрустом зашуршал гравием и выехал с парковки. Глядя на удаляющийся багажник, Джу Хёк выставил средний палец на прощание.

— Скатертью дорожка, ублюдок...

***

Машина мягко, в полной тишине, спускалась по горной дороге.

Когда они выехали с узкого извилистого серпантина на двухполосную проселочную дорогу, На Ён заговорила голосом, больше похожим на вздох:

— Спасибо за сегодня.

— ...

— Спасибо, что выделил время, несмотря на занятость. Мне немного стыдно, что тебе пришлось наблюдать всё это...

— Избавь меня от своих пустых «спасибо».

У Гём перебил На Ён на полуслове и бросил на нее короткий взгляд.

— Отдыхай. Откинься на спинку нормально.

На Ён кивнула, но её спина и плечи оставались напряженными. У Гём легонько толкнул её в плечо, заставляя глубоко вжаться в сиденье, и процедил тоном, больше похожим на угрозу:

— Если у тебя есть силы сидеть с прямой спиной, давай остановимся. Людей на улице не видно, погодка как раз подходит для того, чтобы потрахаться на свежем воздухе.

На Ён ошарашенно сморщилась и слабо переспросила:

— Это ведь шутка...?

У нее в прямом смысле слова не было сил даже на то, чтобы огрызаться. Родственники, которые были семьей лишь на бумаге и которых было стыдно показать людям, выпили из нее все соки. Она держалась только на силе воли; у нее так гудела голова и она была настолько измотана, что если бы сейчас просто отключилась, это никого бы не удивило.

На Ён еще глубже вжалась в сиденье и подняла глаза. В зеркале заднего вида её взгляд встретился со взглядом У Гёма. Он смотрел на нее непроницаемыми глазами и криво ухмылялся.

— Ты когда-нибудь видела, чтобы у кого-то стоял член от шуток?

— ...Не буду смотреть.

На её вялый ответ У Гём усмехнулся, издав короткий смешок, похожий на свист выходящего воздуха. Внезапно его огромная ладонь потянулась к ней и закрыла глаза. В нос ударил знакомый аромат.

Что за мужчина... У него даже от рук так вкусно пахнет.

На Ён подняла руки и схватилась за ладонь У Гёма, закрывающую ей обзор.

— Что ты делаешь? Зачем глаза закрываешь?

— Ты же сказала, что не будешь смотреть. Он еще не опал, вот я и любезно закрываю тебе глаза.

— Боже. Что за бред...

Она невольно рассмеялась. На Ён попыталась потрясти его руку, давая понять, чтобы он её убрал, но та, естественно, даже не шелохнулась. Боясь помешать ему вести машину, На Ён сдалась и опустила руки. А затем просто закрыла глаза под его ладонью.

Стоило ей закрыть глаза, как мысли, бурлившие внутри, начали раздуваться как воздушный шар. Она действительно это сделала. Раз уж она показалась вместе с У Гёмом перед Ён Шином и Хва Ён, пути назад больше не было.

Они называли это фиктивными отношениями и даже подписали какой-то дурацкий договор, но теперь, когда всё зашло так далеко, внутри начал зарождаться страх. Правильный ли выбор я сделала?

Как теперь поведет себя председатель Квон, как ей на это реагировать — бесконечные мысли цеплялись одна за другую, выстраиваясь в бесконечную цепочку. Её уже начало накрывать огромной волной усталости.

Чем глубже она погружалась в раздумья, тем сильнее ей казалось, что её придавило неподъемным камнем. Чувствуя, как настроение стремительно падает, На Ён прикусила губу.

Хватит думать.

Раз уж дело сделано, нет смысла изводить себя переживаниями — всё равно это ничего не изменит. Пытаясь относиться к этому проще, она беззвучно, глубоко вздохнула. В тот же миг голос У Гёма пощекотал её ухо:

— Хватит забивать голову всякой ерундой и просто отдохни.

Как он вообще умудряется так безошибочно считывать её состояние и понимать, что её голова забита ерундой? Дьявольская проницательность.

— ...Угу.

На Ён ответила с горькой усмешкой. Раз уж она вступила с У Гёмом в стратегический альянс, сейчас она решила просто послушаться его. В конце концов, они теперь в одной лодке. Выбрасывая из головы сложные мысли одну за другой, она вскоре провалилась в неглубокий сон.

***

Машину тяжело качнуло. Задремавшая На Ён резко открыла глаза. Словно только этого и ожидая, сквозь щелки век ударил ослепительно-белый солнечный свет. На Ён слегка прищурилась и огляделась по сторонам.

Глаза привыкли к свету, и зрение прояснилось. Машина всё еще ехала по безлюдной дороге. Пейзаж за окном мало чем отличался от того, что она видела перед сном, поэтому было сложно понять, сколько именно она проспала.

Чувствуя вину за то, что уснула рядом с человеком, который ведет машину, На Ён выпрямилась и потерла глаза. Прогоняя остатки сна, она спросила У Гёма:

— Извини, я случайно уснула. Долго я спала?

— Хм... Около получаса? — равнодушно ответил У Гём, не отрывая взгляда от дороги.

Если разобраться, самым уставшим здесь должен был быть У Гём: он проснулся ни свет ни заря, уже проехал два часа за рулем, да еще и притворялся её фальшивым парнем, что вообще ему не свойственно.

Ей стало не по себе от того, что она бессовестно дрыхла на пассажирском сиденье, пока такой человек работал водителем.

Что с тобой, Квон На Ён? С каких это пор ты начала так хорошо спать?

Она сама не понимала, почему рядом с У Гёмом ведет себя так беззащитно, будто её опоили снотворным. Узнай об этом врач из клиники, которую она регулярно посещает из-за бессонницы, он бы прыгал от радости, но саму На Ён это лишь сбивало с толку и смущало.

На Ён осторожно спросила У Гёма:

— Ты не устал? Давай я поведу, поменяемся местами?

У Гём, державший руль одной рукой и подпиравший подбородок левой, усмехнулся и прищурился:

— Пока я жив, тебе за руль садиться не придется, так что даже не мечтай.

— Зачем так пафосно из-за какого-то вождения... Я хорошо вожу. Поспала немного, и теперь полна сил.

— Оно и видно. Вон как затараторила.

У Гём мельком взглянул на На Ён. Затем он постучал указательным пальцем по своему подбородку и сказал:

— У тебя слюна на подбородке.

— Что?

Испуганная На Ён тут же опустила солнцезащитный козырек и посмотрелась в зеркало. Её округленные от паники глаза выглядели забавно, но никаких следов слюны на подбородке не было и в помине.

— Тебе так нравится надо мной издеваться?

— Ты, видимо, даже не догадываешься, насколько смешно реагируешь каждый раз. Так и хочется тебя подразнить.

У Гём прикрыл рот тыльной стороной ладони и тихо рассмеялся. На Ён свирепо уставилась на его профиль, казавшийся донельзя довольным, как вдруг почувствовала странное несоответствие.

За окном со стороны водителя раскинулось невероятно огромное озеро. На идеально гладкой поверхности воды, где не было ни единой ряби, ослепительно сверкали солнечные блики. Стайка перелетных птиц взмыла над водой, вычерчивая в небе красивые параболы.

Мы разве проезжали такое место по пути туда?

Пока На Ён в замешательстве склонила голову набок, У Гём резко вывернул руль. Машина сменила направление и свернула на проселочную дорогу, идущую вдоль берега озера. На Ён переводила ошарашенный взгляд с дороги, по которой они только что ехали, на карту в навигаторе, и спросила:

— Мы точно туда едем? Как-то странно... Разве мы не должны были выехать на трассу?

— Быстро же ты спохватилась.

У Гём широко ухмыльнулся и начал медленно сбрасывать скорость. Машина полностью остановилась на деревянном настиле, выступавшем среди зарослей мискантуса. Белый мискантус рос так густо, что был выше человеческого роста.

Белая цапля, стоявшая на одной ноге у кромки воды, заметив машину У Гёма, нарушившую её покой, настороженно уставилась на нее, как на незваного гостя. Место было до зловещего безлюдным.