Когда они подошли к лобби отеля, там уже ждала машина. У Гём подошел к стоявшему у задней двери водителю и что-то бросил ему. Тот сразу же передал ключи и вежливо поклонился. У Гём открыл пассажирскую дверь и кивнул На Ён.
— Садись.
Ей до зуда хотелось прыгнуть в такси, ожидавшее клиентов чуть поодаль, и сбежать, но На Ён подавила этот порыв и села в машину.
Она протяжно вздохнула, следя взглядом за У Гёмом, который обошел капот и открыл водительскую дверь. Она планировала встретиться с ним в спокойной обстановке после завершения торгов, но в последнее время, казалось, всё шло наперекосяк.
Дверь со щелчком захлопнулась, и вместе с уличным воздухом салон наполнился тонким ароматом его одеколона. На Ён вздрогнула, поспешно отвернулась и уставилась прямо перед собой.
Она только сейчас осознала, что они снова оказались вдвоем в тесном, замкнутом пространстве, не лучше лифта.
«…Может, выйти, пока не поздно?»
Рука На Ён осторожно потянулась к ручке двери, но рука У Гёма оказалась быстрее и внезапно потянулась к ней.
— То, что ты постоянно пьешь кофе в нашем отеле и встречаешься с мужиками, — это чтобы я посмотрел?
Неся этот бред, У Гём потянул на себя её ремень безопасности. Его профиль оказался слишком близко. На Ён затаила дыхание и ответила тихим, сдавленным голосом:
— Извини, конечно, но мир не вращается вокруг Со У Гёма.
У Гём, не отрывая взгляда от её глаз, с щелчком застегнул ремень. А затем лениво переспросил:
— Разве?
— Не знала, что ты тут живешь и мы будем сталкиваться каждый раз, как я зайду. Если бы знала, обходила бы отель за километр…
— Если бы обходила, — резко перебил её У Гём и нахмурился. На его гладкой переносице появилась тонкая морщинка, а длинный разрез глаз вдруг стал хищным. Как бы он ни хмурился, его до неприличия красивое лицо от этого не становилось хуже, но теперь он выглядел по-настоящему злым. — И с кем бы ты тогда встречалась втайне от меня? С такими вот ублюдками?
Его и без того раздраженный взгляд стал еще жестче. С чего он вдруг так взбесился, было совершенно непонятно. От его злого лица повеяло ледяным холодом.
— Только начали встречаться, а ты уже по сторонам смотришь — разве это не нарушение правил торговли?
На Ён опешила, поймав на себе холодный взгляд, которым обычно смотрят на конченый мусор. Встречаться? Кто, с кем? Секундой позже до неё дошло, о каких отношениях он говорит.
«Мое предложение предельно простое. Наши интересы совпадают, мы отлично подходим друг другу в постели. Какой смысл этим не воспользоваться?»
«…То есть, ты предлагаешь мне вступить в фиктивные отношения?»
Для стратегического альянса не было кандидата лучше У Гёма. Да что там лучше — он подходил идеально. Но всё же…
— Я не говорила, что согласна.
Я ведь еще даже не согласилась!
Но У Гём, словно это не имело никакого значения, высокомерно посмотрел на неё и заявил:
— Согласишься.
— …
Как уж он там истолковал её молчание, было загадкой, но его длинные глаза мягко сощурились. На лице, еще секунду назад выражавшем гнев, появилась совершенно ненужная, ослепительно нежная улыбка.
— Только попробуй встретиться с другим мужиком. Я очень ревнивый.
***
На Ён переводила взгляд с пейзажа за окном на У Гёма за рулем.
— Я не говорила, что хочу есть.
— Я знаю.
Не обращая внимания на её недовольство, У Гём плавно припарковался. Он сразу же заглушил двигатель и отстегнул ремень без малейших колебаний.
— И что это за место?
На Ён снова посмотрела в лобовое стекло. Просторное здание в стиле ханок явно было рестораном. Немного смущало только то, что на огромной частной парковке, да и для такого масштабного заведения, стояло всего пара машин…
— Я еще не ел.
В ответ на этот равнодушный бросок На Ён, всё это время разглядывавшая ресторан через окно, повернулась к нему с ошарашенным видом. То есть, он притащил меня сюда только потому, что сам голоден?
— …И что?
— В каком смысле «и что»? Чего сидишь?
Его невозмутимое лицо, словно спрашивающее, почему она до сих пор не вышла, было верхом наглости. На Ён в шоке коротко усмехнулась. В этот момент У Гём коротко ахнул, словно чуть не забыл о чем-то важном.
Он вдруг резко наклонился к ней. На этом этапе она уже примерно догадывалась, что он собирается сделать.
— Я-я сама. Я сама отстегну… — На Ён торопливо отстегнула ремень безопасности и выпалила: — Было бы здорово, если бы ты перестал вот так внезапно нависать надо мной…
— Почему? Напряглась, что я распущу руки? Я же не съем тебя. Хотя, судя по твоей реакции, ты именно этого и ждешь.
— Кажется, я уже говорила это несколько раз: когда человек с таким страшным лицом и огромной тушей резко придвигается, испугаюсь не только я, но и любой другой.
Видимо, это был не тот ответ, который он ожидал. У Гём, даже не моргнув, сделал вид, что ничего не слышал, и открыл водительскую дверь. Что ж, талант слышать только то, что хочется, у него был на высоте.
— Слушай, и еще…! — На Ён торопливо заговорила, пытаясь остановить У Гёма, который уже собирался выйти из машины. — Вторая презентация и торги на носу, и пока не объявят результаты, нам обедать вот так вдвоем — это немного…
Окончательное решение должны были принять уже на следующей неделе. Неформальные встречи между заказчиком и исполнителем накануне подписания контракта всегда порождали слухи.
Если их кто-нибудь увидит, это гарантированно вызовет вопросы. У Гёму, как хозяину положения, на этот контракт было откровенно плевать, но для На Ён ситуация была иной.
В кофейне произошло досадное стечение обстоятельств, но сейчас у неё по крайней мере был выбор. Ей не хотелось создавать проблемы на пустом месте. И звонила она ему несколько дней назад именно по этой причине.
— Вдруг нас кто-нибудь увидит…
— Значит, надо встретиться так, чтобы никто не узнал, разве нет?
Она говорила абсолютно серьезно, а У Гём отвечал с равнодушной скукой.
— Я сохраню это в тайне.
С этими словами он беззаботно и свежо улыбнулся. Это было просто смешно. На Ён рефлекторно схватила У Гёма за руку, когда тот уже собирался вылезти из машины.
— Дело не в том, сохранишь ты это в тайне или нет…!
— Ты слишком много болтаешь.
— А тебе не кажется, что ты вообще не слушаешь, что тебе говорят?..
У Гём мельком опустил взгляд на маленькую, хрупкую руку На Ён, вцепившуюся в его предплечье, и снова посмотрел ей в глаза. И, не отрывая взгляда, произнес:
— Квон На Ён, руководитель 1-й команды планирования «Юнсон Фэшн»?
— …Да. А к чему это вдруг…
Услышав свое полное имя и должность, На Ён озадаченно нахмурилась.
— Как думаешь, тем зевакам, о которых так беспокоится руководитель Квон, будет интереснее увидеть, как мы сосемся в машине посреди улицы, или как мы просто заходим в ресторан?
— …Что? В каком смысле…
Пока На Ён растерянно ловила ртом воздух, У Гём мягко улыбнулся.
— Я говорю: не зли меня на пустом месте и тихо выходи из машины.
Слова, слетевшие с его красиво изогнутых губ, прозвучали как неприкрытая угроза.
***
В ресторане не было ни одного посетителя. На Ён и подумать не могла, что слова Со У Гёма «встретиться так, чтобы никто не узнал» имели именно такой смысл.
Как только они поднялись по ступенькам и вошли внутрь, откуда ни возьмись бесшумно появился менеджер и почтительно поклонился.
— Мы ждали вас. Прошу, пройдемте в отдельный зал на втором этаже.
Пока они поднимались по лестнице, первый этаж был виден как на ладони. Судя по всему, он предназначался для общего зала. Столы, расставленные на большом расстоянии друг от друга и не носившие никаких следов использования, были украшены небольшими традиционными орнаментами.
В пустом зале без единого клиента и даже без сотрудников ослепительно ярко горел свет. Казалось странным и неестественным, что в самом центре бурлящего, задыхающегося от спешки Сеула время застыло только в этом конкретном месте.
На втором этаже планировка оказалась типичной для ресторанов в стиле ханок. Длинный просторный коридор уходил вдаль, а по обеим сторонам тянулись отдельные комнаты с раздвижными дверями и традиционными решетками.
Светильники в форме фонарей чхонсачхорон отражались в отполированном до блеска полу, а массивные деревянные стропила добавляли ханоку величественности. В коридоре стоял густой, едва уловимый аромат старого дерева.
Перед каждой комнатой стояла каменная ступенька для обуви, но и здесь ни одной пары туфель не было видно. На Ён без труда догадалась, что сегодня они — единственные гости в этом ресторане.
Менеджер провел их в самую дальнюю комнату. Когда раздвижные двери открылись, стол внутри уже был идеально сервирован, словно их прихода ждали с минуты на минуту.
— Блюда будут поданы согласно предварительной договоренности.
Сказав это, менеджер вышел. Лишь когда они остались одни, У Гём удовлетворил любопытство На Ён.
— Мой двоюродный брат скоро открывает это место и попросил заехать оценить еду. Я был в пути, когда случайно наткнулся на тебя, любезничающую с другим мужиком.
Он небрежно полистал меню, которое лежало на столе скорее для проформы.
— Так что расслабь лицо. Знаешь, что ты сейчас выглядишь как до смерти перепуганный кролик? Побледнела так, что тронь — и в обморок рухнешь. Я не из тех, кто арендует целый ресторан ради одного ужина, так что расслабься.
— А…
На Ён пропустила мимо ушей его бред про кролика. Она вспомнила вывеску ресторана, которую видела на входе. Кажется, название было таким же, как у ресторана корейской кухни в отеле «HK».
Следуя последним трендам гостиничного бизнеса на диверсификацию, группа «HK» активно вкладывалась в развитие собственных брендов. Расширение сети ресторанов, вероятно, было частью этой стратегии.
— Я в еде непривередлив. Так что, если Квон На Ён поест и даст свою оценку, мой брат будет счастлив. А я буду рад просто потому, что ты нормально поешь.
Он сказал это так легко, мол, «попросил оценить еду», но на деле это была настоящая инспекция. От управления универмагом до отелей и даже проверки новых проектов дочерних компаний — у него было всего одно тело, и оставалось только гадать, сколько часов в его сутках.
Кроме того, У Гём пришел сюда исключительно по делам, а она, накрутив себя на ровном месте, устроила бессмысленный спор в машине, не желая идти. Ей стало неловко и стыдно.
На Ён смущенно потерла щеку тыльной стороной ладони и бросила взгляд за спину. За окном открывался умиротворяющий пейзаж.
Сквозь окно с изящной традиционной решеткой был прекрасно виден сад дворца Чхандоккун. Пышно цветущая красная слива вздрагивала на теплом весеннем ветру, словно красные волны, перекатывающиеся в ночи.
