Среди всех остальных шкафчик Со Хи был самым обшарпанным, поэтому он привлекал меньше всего внимания.

Ей нужно было сходить в ночной клуб, пока кто-нибудь не выбросил её вещи...

Со вчерашнего рассвета, как только она вспомнила об этой вещи, она не могла сомкнуть глаз, ломая голову над тем, как бы ей туда попасть, и теперь на нее навалилась страшная сонливость.

Дни, когда она могла спать когда угодно, не опасаясь никаких последствий, протекали в доме удивительно однообразно.

Поскольку ей не разрешали ни готовить, ни убирать, ни стирать, ни выполнять даже малейшую работу по дому своими руками, большую часть времени она смотрела телевизор или недолго болтала с Им Чжу Ён, пока та не уходила с работы.

После ухода Им Чжу Ён она оставалась одна, ожидая возвращения мужчины. Поэтому единственным временем за весь день, которого она действительно ждала, было время его прихода.

Это было скорее удивительно, чем скучно. То, что время может идти, даже если ты не занят продуктивной деятельностью. То, что жизнь продолжается, даже если ты не зарабатываешь деньги каждый день.

Каждый день казался ей спокойным и умиротворенным. Со Хи сама порой поражалась тому, как быстро она привыкает к такой жизни.

Что я буду делать, когда мне действительно придется уйти отсюда? Она пыталась взять себя в руки, но её решимость каждый раз быстро таяла.

Своего телефона после того инцидента с Со Жи Хуном она больше не видела. Раз уж мужчина сам уладил все вопросы с репетиторством и работой в ночном клубе, звонить ей было некому, да и особой надобности в телефоне у нее не было.

Всё равно все люди, с которыми она общалась до этого, были связаны только с долгами и деньгами.

Мужчина возвращался самое позднее к вечеру. Когда Им Чжу Ён впервые рассказывала ей о нем, она говорила, что его почти не бывает дома, но он приходил примерно в одно и то же время, не пропуская ни дня.

Совместные ужины с ним становились чем-то естественным. За едой мужчина обязательно спрашивал, чем она занималась весь день, и хотя она каждый раз отвечала одно и то же, он всё равно спрашивал.

Теперь отчеты о прожитом дне вошли у нее в привычку, и Со Хи уже сама начинала рассказывать первой.

Помимо базовых нужд для жизни в доме, всё, что ей было необходимо, она просила у Им Чжу Ён, и та всё доставала. Например, прокладки или противозачаточные таблетки. Больше ей действительно ничего не было нужно. А позже Чжу Ён начала регулярно приносить ей даже то, о чем Со Хи просила раньше, без всяких напоминаний.

Ей сказали, что если понадобится компьютер для интернета, она может пользоваться тем, что в кабинете, но в его кабинет она ни разу так и не зашла.

Сегодня утром она впервые вышла из дома. Сказали, что в доме будет проводиться проверка оборудования, поэтому им нужно на время уйти.

В сопровождении Им Чжу Ён и мужчины по имени О Тэ Сик, который всегда охранял дверь, они около часа катались на машине. Они даже вместе заехали в круглосуточный магазин, чтобы купить легких закусок в дорогу.

Чжу Ён, видя, как Со Хи растерянно стоит перед полками, поторопила её выбрать что-нибудь. После долгих раздумий Со Хи взяла пачку жевательного мармелада в виде червячков.

Глядя на деревья, которые пустили корни вдоль дорог и распускали зеленую листву на ветвях, она кожей почувствовала смену сезонов. Чувствовала ли она когда-нибудь так явственно течение времени?

Всё, что она делала, живя в его доме, — это делила с мужчиной постель и проводила с ним время, но, как ни странно, время летело очень быстро.

Внезапно она поймала себя на мысли: «А что, если бы это время текло чуточку медленнее?»

Всё её тело было липким. От сосков, которые он сосал, пока они не стали ярко-красными, и до самой промежности она была вымазана в скользких телесных соках. Не дав ей даже умыться, мужчина притащил её в гостиную.

После трех подряд сексуальных актов мужчина, зажав Со Хи между своими массивными бедрами, пил виски. Откинувшись на спинку дивана и потягивая алкоголь, он выглядел расслабленным и томным.

Ей казалось, что в последнее время она часто видит его с таким лицом. Она с легким удивлением смотрела на него, когда их взгляды встретились. Мужчина, спокойно разглядывавший её лицо, вдруг сказал нечто неожиданное:

— Какая ты беленькая.

— ...Что?

Проведя тыльной стороной ладони по щеке Со Хи, мужчина взял суши и поднес к её губам. Она съела всего пару кусочков, которые он кормил её с рук, и быстро наелась. Странно, но ей захотелось сладкого.

Она достала из ящика рядом с диваном купленный утром мармелад. Осторожно открыв пачку и достав оранжевого мармеладного червячка, она положила его в рот, как вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд.

Слегка повернув голову, Со Хи тихонько ахнула. Она столкнулась взглядом с мужчиной, который, подперев подбородок рукой, смотрел прямо на нее.

— ...

— И правда сущий ребенок.

Усмехнувшись, Ке Вон Хо легонько ущипнул Со Хи за щеку и отпустил. Может, надо было съесть потом? Со Хи слегка пожалела об этом, но всё равно продолжила доставать и жевать мармеладки одну за другой.

Жуя, она и не заметила, как пачка почти опустела. Оставив только одного гигантского червячка, Со Хи сходила за водой.

Вернувшись со стаканом воды, Со Хи заглянула в пачку, чтобы доесть последнюю мармеладку, и замерла. Гигантского червячка, который был там еще минуту назад, и след простыл.

Неужели...

Подняв подозрительный взгляд на мужчину, она увидела, как он неспешно жует её мармеладку.

— Э-это же...!

Со Хи посмотрела на него глазами, полными слез.

— М-м?

Встретившись с её взглядом, в котором читалась легкая обида, Ке Вон Хо перестал жевать. Удивленно приподняв брови, он посмотрел на руку Со Хи, сжимавшую пустую пачку.

Её маленькие руки побледнели. Она выглядела как ребенок, которого обидели, отобрав любимое лакомство.

***

— Откуда в кладовой столько мармелада?

Спросила Чжу Ён, перемешивая чапчэ и кивнув в сторону кладовой.

— А, это... Аджосси купил.

— Он что, купил мармелад целыми коробками? Со Хи, вы, наверное, очень любите мармелад.

Со Хи лишь неловко улыбнулась в ответ. Она и сама была в шоке, когда несколько дней назад мужчина принес домой целую гору сладостей.

— Ну как?

Чжу Ён накрутила на вилку немного чапчэ и положила Со Хи в рот. Упругая крахмальная лапша была идеально приправлена и оказалась очень вкусной.

— Вау... Очень вкусно.

Когда из уст Со Хи невольно вырвалось восхищение, Чжу Ён рассмеялась. Сначала Чжу Ён казалась ей человеком, с которым сложно общаться, но со временем она всё больше открывалась ей, и они сблизились.

— Смогу ли я потом приготовить это сама?

— Конечно. Вы же только что видели.

Чжу Ён не только не сочла вопрос Со Хи назойливым, но и с радостью повторила ей рецепт с самого начала.

— Сначала замочите лапшу в воде, а потом отварите. Налейте на сковороду кунжутное масло, обжарьте говядину, а когда она почти приготовится, добавьте нарезанные овощи. Затем положите отваренную лапшу, соевый соус, сахар и перемешайте по вкусу. Пропорции для соуса я вам запишу.

— Спасибо, онни.

Со Хи подумала, что было бы здорово, если бы Чжу Ён была её родной старшей сестрой. Среди всех людей, которых Со Хи встречала в своей жизни, Чжу Ён была самой доброй и приветливой, заставляя её думать: «Оказывается, на свете бывают такие хорошие люди».

— Исполнительный директор был прав.

— Аджосси?

Услышав упоминание о нем, Со Хи сразу навострила уши. Чжу Ён была единственной, от кого она могла услышать истории об этом мужчине.

— Он несколько раз говорил, что вы похожи на кошку. Тихая, необщительная, но постоянно ходите хвостиком. Вы такая милая, что мне даже хочется забрать вас к себе.

Надо же, он такое Чжу Ён говорил. Со Хи, смутившись, достала из шкафчика контейнер. Хотя ни мужчина, ни Им Чжу Ён категорически не разрешали ей заниматься домашними делами, делать хотя бы такие мелочи помогало от скуки. К счастью, Чжу Ён позволяла ей хотя бы это.

— Тогда исполнительный директор, наверное, меня убьет, да?

Это была шутка, но прозвучала она совсем не шуточно. Им Чжу Ён, раскладывая чапчэ по контейнерам, которые держала Со Хи, как бы невзначай спросила:

— Кстати. Давно хотела спросить, но всё момент был неподходящий.

— Да?

— Как давно вы встречаетесь с исполнительным директором?

Вопрос Чжу Ён застал Со Хи врасплох. Она не ожидала, что Чжу Ён думает о них так. Наверное, нужно радоваться, что она не знает всех подробностей. Со Хи постаралась скрыть горечь.

— Недавно.

Это была лишь отговорка, но на сердце стало больно.

— Он даже перевез свою юную девушку к себе, боясь, что она сбежит. Исполнительный директор оказался большим романтиком, чем я думала.

Ей было не по себе от того, что она солгала Чжу Ён, но и правду сказать она не могла. Любой бы счел их отношения странными.

— Ну и как вам жить вместе?

Со Хи замялась с ответом. Её впервые спрашивали о таком, и, что важнее, ей было трудно произнести вслух то, о чем она думала только про себя.

— Неудобный вопрос?

— Нет.

Голос Со Хи, закрывающей крышку контейнера, стал тише.

— ...Мне кажется, это хорошо. Нет, мне нравится.

Её круглые ушки окрасились в красный цвет.

Закончив с приготовлением ужина, Со Хи в свободное время перед уходом Чжу Ён села с ней за стол выпить горячего цитрусового чая (юча-ча). Комнату наполнил приятный, свежий аромат засахаренного юдзу.

Размешивая чай ложкой, Со Хи осторожно спросила. Это было то, о чем она давно хотела узнать.

— Вы, наверное, очень близки с аджосси.

Как только вопрос прозвучал, Чжу Ён рассмеялась в голос.

— Не то чтобы мы были близки, просто я перед ним в неоплатном долгу.

Чжу Ён без утайки рассказала Со Хи свою историю.

— В детстве отец постоянно меня избивал. Из тех мусоров, что на улице и слова сказать не могут, а дома превращаются в тиранов.

Рука Со Хи, сжимавшая чайную ложку, напряглась. Оказывается, у Чжу Ён была такая же травма, как и у нее. Она даже не подозревала об этом, потому что на лице Чжу Ён не было ни тени тех темных дней.

— Я подумала, что если останусь, то точно умру, поэтому сбежала. Но как выжить в таком возрасте? Скитаясь, я в итоге стала девочкой на побегушках в конторе ростовщиков.

Чжу Ён спокойно продолжала свой рассказ. Она сказала, что этой конторой управляли плохие люди. Это было место, из которого так же сложно сбежать, как и из дома, поэтому там перед ней открылся еще один ад.

И в тот момент на эту контору напал Ке Вон Хо. Бандиты, которые там работали, не смогли оказать ему никакого сопротивления, и большинство из них стали инвалидами и были проданы в разные места.

— Я тогда подумала: «Ну вот, теперь и меня продадут», и просто смирилась. Но в этот момент на меня нашло какое-то странное отчаяние: «Была не была».

Чжу Ён рассказала, что схватила осколок стекла и попыталась ударить им Ке Вон Хо, когда он пришел проверять контору напоследок.

— Думаете, исполнительного директора Ке могла бы ранить какая-то малявка? Я просто упала. Думала, что теперь мне точно конец, но ему, видимо, понравилась моя дерзость.

После этого Ке Вон Хо нанял Чжу Ён в небольшую фирму, связанную с его дочерними компаниями.

— Сейчас та фирма переехала в провинцию, поэтому я управляю личными делами исполнительного директора Ке. А недавно он попросил меня присматривать за домом, потому что к нему переезжаете вы, Со Хи.

Чжу Ён, которая так легко и с улыбкой рассказывала обо всем этом, не нуждалась в утешении. Она преодолела всю свою боль собственными силами и жила дальше.

Почувствовав к ней родство, Со Хи одновременно прониклась глубоким уважением к Чжу Ён. Глядя на нее, Со Хи задумалась: «Смогу ли я когда-нибудь стать такой же?»

— Если вы чего-то хотите, просто попросите исполнительного директора. В его нынешнем настроении он выполнит любую вашу просьбу.

Со Хи, сидевшая на диване обняв колени, вспомнила последние слова Им Чжу Ён перед уходом.

Хотя та сказала это как шутку, посоветовав попросить сотни миллионов наличными или купить здание с франшизным кафе на первом этаже, эти слова всё равно придали Со Хи смелости.