Как только Со Хи, неловко поздоровавшись, переступила порог, мужчина с грузным телосложением вежливо поклонился.

— Хорошей поездки.

Она смутно предполагала, что, возможно, кто-то пойдет с ней, но, видимо, ошиблась. Заметив её нерешительность, мужчина, охранявший дверь, удивленно спросил:

— Прикажете вас сопроводить?

— А, нет. Я сама схожу.

— Сюда не ходит транспорт, поэтому я вызову для вас такси.

Мужчина, вызвав такси вместо Со Хи, у которой не было телефона, сообщил водителю адрес для обратного пути. Значит, ей и правда разрешалось уйти одной и вернуться. Для Со Хи это было как нельзя кстати.

Когда такси должно было вот-вот подъехать, Со Хи направилась к лифту. Пройдя это короткое расстояние и оглядевшись, она поняла, что его квартира занимает весь этаж целиком.

Пентхаус на самом верху здания, да еще и без соседей на этаже — вот почему здесь было так неимоверно тихо. Даже лифт здесь был индивидуальным.

— Хорошей поездки.

Чтобы не выдать дрожь, Со Хи сжала пальцы в кулаки и зашла в лифт. Получив вежливый поклон на прощание, она поехала вниз.

Сев в такси, Со Хи смотрела на проносящуюся за окном улицу. Город, на который опускались послеполуденные сумерки, казался умиротворенным. Одежда людей, большинство из которых еще недавно кутались в пуховики, стала заметно легче.

Деревья вдоль дорог, медленно сбрасывающие зимнее оцепенение, выпускали маленькие зеленые почки на голых ветвях, возвращаясь к жизни.

Пока Со Хи жила в его доме, жестокая, пронизывающая зима постепенно уступала место весне.

Они встретились в разгар зимы, в самом конце года, и вот уже сменился целый сезон. Изменений было не меньше, чем в стремительно наступающей весне.

Например, её наивные чувства к мужчине, чья температура менялась изо дня в день, или то, как он стал гораздо нежнее к ней после того, как они начали жить вместе.

— ...дите? Девушка?

Услышав приглушенный голос, Со Хи оторвала взгляд от окна и посмотрела на водительское сиденье. Таксист смотрел на нее через зеркало заднего вида и что-то говорил.

Она лишь на мгновение погрузилась в свои мысли, но совершенно не расслышала слов таксиста, сидевшего прямо перед ней.

Наверное, это потому, что я давно не выходила и слишком задумалась. Подумала она, но её сердце сжалось.

— Извините, я задумалась и не расслышала, что вы сказали. Не могли бы вы повторить?

— Я спросил, заехать ли прямо в переулок?

— А. Нет. Там сложные дороги, машине будет трудно проехать. Просто остановите перед главной дорогой.

Она запаниковала. Неужели за это время мне стало хуже? Она изо всех сил старалась скрыть от мужчины свои проблемы со слухом. Ей хотелось, чтобы он так и не узнал об этом.

Реакции людей, узнававших о её глухоте, всегда оставляли в душе Со Хи глубокие шрамы.

Их растерянность, сочувствие, а порой и полные жалости взгляды ранили её.

Каждый раз, сталкиваясь с такими взглядами, Со Хи чувствовала себя изгоем, оторванным от всего мира. Если бы и мужчина посмотрел на нее таким взглядом, она бы этого не вынесла...

Она собиралась скрывать это до самого конца. Она надеялась, что он так ничего и не узнает до того самого дня, когда она выплатит долг и уйдет.

Да, мне нужно просто скрывать это до дня выплаты долга.

Так она думала, но внезапно на её грудь легла невыносимая тяжесть.

Выйдя из такси и свернув в переулок, ведущий к ночному клубу, Со Хи широко раскрыла глаза. Вывеска, которая обычно слепила неоновым светом, была погашена.

Но дело было не только в этом.

На главной двери клуба висела тяжелая металлическая цепь, закрытая на замок, а поверх нее была наклеена красная предупреждающая наклейка с надписью «Запрет на ведение деятельности».

У главного входа, где всегда дежурили охранники и официанты, валялся мусор: одноразовые пластиковые стаканчики и окурки.

Рекламные щиты, стоявшие рядом со входом, были повалены, загромождая проход.

Она попыталась заглянуть внутрь ночного клуба, но за темными стеклами ничего не было видно. В клубе, где еще несколько недель назад яблоку негде было упасть, теперь царила лишь зловещая тишина.

— Что здесь произошло...

Неужели клуб совсем закрыли?

Со Хи попыталась вспомнить, кому можно было бы позвонить, но тут же бросила эту затею. Звонить было некому, да и телефона у нее в руках не было.

Это было место, о котором у нее остались только плохие воспоминания. Возможно, клуб закрыли именно из-за того, что произошло в ту ночь.

Мужчина ведь говорил, что он сам всё уладил.

Она даже представить себе не могла, что всё так обернется, а события разворачивались так стремительно, что у нее не было времени забрать вещи. Со Хи в тревоге закусила губу.

Как же я сюда добралась.

Возможно, у нее больше не будет шанса выйти одной в ближайшее время.

Что же делать?

Помявшись немного перед входом, Со Хи обошла здание и направилась вглубь переулка.

Для выноса мусора из кухни у нее был запасной ключ от боковой двери, ведущей прямо на кухню, и, к счастью, он лежал среди вещей, которые она перевезла из комнаты на крыше.

Хорошо, что она взяла его с собой на всякий случай.

На боковой двери, в отличие от главной, не было цепей. Внимательно оглядев пустой переулок, Со Хи осторожно вставила ключ в замочную скважину.

Щелк. Как только она повернула ключ вправо, замок легко и без проблем открылся.

Как только дверь распахнулась, в нос ударил густой запах застоявшейся пыли. Прикрыв нос и рот тыльной стороной ладони, Со Хи другой рукой нащупала стену.

Найдя выключатель, она нажала на него, и, к счастью, свет загорелся — видимо, электричество еще не отключили. На кухне царил полный хаос. Посуда и кухонная утварь валялись повсюду в беспорядке.

Со Хи стояла в дверях, оглядывая помещение. В этом ночном клубе у нее не было ни одного хорошего воспоминания.

В последний день перед уходом ей пришлось пережить здесь настоящий кошмар, о котором даже не хотелось вспоминать.

Но, глядя на разрушенное место, где она провела так много времени, она почему-то почувствовала себя странно.

Еще совсем недавно она работала здесь, недосыпая, и этими деньгами выплачивала долги. Дни, когда каждая заработанная почасовая копейка была на вес золота, теперь казались таким далеким прошлым.

Выйдя из кухни, Со Хи прямиком направилась в раздевалку. В отличие от кухни, здесь всё было на своих местах. Шкафчики стояли нетронутыми. Какое облегчение.

Она поспешно открыла свой шкафчик. Введя пароль на ящике, она разблокировала его и достала оттуда небольшую коробочку, завернутую как подарок.

Это была вещь, которую мама оставила ей перед тем, как сесть в тюрьму. Со Хи никогда не открывала её, как мама и просила, поэтому не знала, что внутри.

Ей не было интересно, и она не хотела этого знать. Для нее это была просто вещь, которую нужно было вернуть маме, когда та выйдет на свободу.

В этот момент позади нее раздался громкий стук: Бум!

По спине пробежал холодок. Сердце бешено заколотилось в груди. Крепко сжав коробку, Со Хи попыталась взять себя в руки.

Она посмотрела туда, откуда донесся звук, и увидела, что спортивная сумка, которую кто-то небрежно бросил на один из шкафчиков, не удержалась и упала. От внезапного облегчения ноги подкосились, и ей пришлось опереться о стену.

— Ха-ах...

Издав вздох облегчения, Со Хи спрятала коробку под пальто. Ей хотелось зайти и в свою коморку на крыше, но это заняло бы слишком много времени. Она сказала, что идет только в книжный магазин, и если она задержится, это может вызвать подозрения.

***

Сунув одну руку в карман брюк, Ке Вон Хо стоял у окна и смотрел на город, окруженный небоскребами.

Здания, излучающие искусственный свет, люди, кажущиеся крошечными точками, вереницы проезжающих машин, и он сам — в самом высоком здании в этом месте.

Место, где за блестящей, глянцевой оберткой скрывается жестокое классовое расслоение.

Все они кажутся фигурами на шахматной доске, которые полностью находятся в его власти.

Каждый его новый ход, каждый непредсказуемый результат приносит ему непередаваемое наслаждение.

Когда-то он был так низко, что оттуда даже не было видно этой высоты.

Он даже не знал, от чьего семени и в чьем чреве он был зачат. В том мире, где он вырос, голодать через день было в порядке вещей.

Чтобы выжить, нужно было топтать других.

Будучи от природы бездушным и жестоким, он без колебаний совершал любые злодеяния.

Ке Вон Хо до сих пор не забыл те времена. Не то чтобы он не мог забыть, он специально не стирал их из памяти.

Потому что именно те воспоминания привели его туда, где он сейчас находится.

Он еще не всё забрал в свои руки. Точка, которой он намеревался достичь, находилась гораздо выше его нынешнего положения.

— Хён-ним.

Постучав, вошел Хан Гон Хи и доложил ему то, что передал О Тэ Сик.

— Всё произошло в точности так, как вы говорили. Что прикажете делать?

Всё шло именно по его сценарию. Как бы она ни пыхтела и ни пыталась спрятать свои секреты, она всё еще соплячка, от которой пахнет малолеткой с макушки до пят.

— Оставь её в покое.

   ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver