Сделав шаг вперед, он вплотную приблизился пахом к лицу Со Хи, и разбухший кусок плоти ткнулся ей в губы.

Слизь с резким, кислым запахом его тела мазнула от желобка над верхней губой до нижней губы.

— ...Хыт.

Мужчина, не отрывая взгляда от Со Хи, одной рукой сгреб свой член и тяжело свисающую мошонку, потянув их вверх.

Вальяжно расставив ноги, Ке Вон Хо ткнул Со Хи прямо в лицо промежность, окрашенную в тот же темный цвет, что и его член.

— Поцелуй. Высунь свой красный язычок.

Что это значит? Её туго соображающая голова замерла на одной мысли. Поняв смысл его слов, Со Хи широко раскрыла влажные глаза, и на её лице отразилась полная растерянность.

Она даже представить себе не могла, что придется ласкать не член, а скрытую область, ведущую к нему.

— З-здесь... как туда можно...

Другой рукой он сжал щеки Со Хи.

— Раз уж я своими руками так тебя вырастил и разбаловал, до этого ты должна была додуматься сама, верно?

Его низкий голос был полон долгого терпения.

— В этом и заключается твоя благодарность, блядь.

Глядя снизу вверх на мужчину, который кивком подбородка велел ей поторопиться, Со Хи на ватных ногах медленно пододвинулась на коленях ближе.

Она сама забралась к нему между ног и оперлась ладонями о внутреннюю сторону его бедер, а мужчина, приподняв свои горячие, крупные яйца, ткнул лицо Со Хи прямо в промежность.

— Ымп...

Её нос уткнулся во влажную, отдающую кисловатым запахом промежность. Она едва смогла повернуть вдавленное лицо набок. Это место, пышущее горячим жаром, поблескивало темным, смуглым оттенком.

Поцеловать... Как вообще можно целовать такое место, это же даже не губы.

Она высунула язык и принялась робко слизывать. Каждый раз, когда она теряла равновесие и её тело покачивалось, нос и губы утыкались между его промежностью и мошонкой.

— Не просто лижи кончиком, покажи всё свое усердие.

Когда мужчина начал её подгонять, Со Хи крепко зажмурилась и высунула язык еще дальше. Широким языком она принялась вылизывать промежность, ведущую от члена к заднему проходу. Она даже вытянула губы, сминая их о его плоть.

— И яйца мни.

— Так, чтобы они чуть не лопнули.

От этого далекого, глухого приказа перед глазами всё поплыло так, что заболела голова. Со Хи протянула дрожащую руку к его яичкам.

Её ладонь отчетливо почувствовала упругую кожу, скрывающую внутри твердые, налитые ядра.

У мужчины даже это место было настолько огромным, что не помещалось в одной руке. Неумелыми движениями она принялась разминать его мошонку.

Но даже просто удержать в руке тяжелые, влажно свисающие вниз яйца было непосильной задачей.

— Разве так ты сможешь их раздавить?

Ке Вон Хо перехватил руку Со Хи и заставил её сжать мошонку иначе. Её рука оказалась намертво зажатой между его твердой ладонью и крупными яйцами.

— Сильнее, сжимай крепче.

— А-а... хнык...

— Ха-а, да. Вот так.

Ке Вон Хо отстранил лицо Со Хи, которая безумно сосала, лизала и мяла его плоть.

Тяжело дыша, Со Хи подняла голову и посмотрела ему в глаза. В ней крепла мысль, что нельзя оставлять всё как есть.

Нужно всё прояснить. Нужно смягчить его гнев, пока эта пропасть не стала еще глубже.

Даже не вспомнив о том, чтобы вытереть слюну и соки с губ, побледневшая Со Хи тихо произнесла:

— Между мной и... Пэк Му Гёном ничего не было...

Со Хи с трудом выдавливала слова сквозь всё еще сбивчивое, прерывистое дыхание.

Всё это было лишь его недоразумением.

О том, что она улыбалась в тот момент, она узнала только от самого мужчины. Скорее всего, она улыбнулась тогда, когда увидела его фотографию. Ведь до этого момента Пэк Му Гён был для нее лишь тем, кого стоило остерегаться.

— Это правда. Я улыбнулась перед Пэк Му Гёном просто...

От того, что она снова посмела произнести это имя, темные глаза Ке Вон Хо заледенели.

Он сделал шаг вперед, и его член, густо вымазанный липкой смазкой, снова оказался у её губ. Из блестящего отверстия на головке капля за каплей стекала предсеменная жидкость.

— Видимо, придется заткнуть тебе рот хуем, чтобы ты больше не произносила это имя.

— Ымп...

Ке Вон Хо, обхватив её маленькую голову обеими руками, принялся медленно проталкивать набухшую головку в рот Со Хи.

Её маленькие губы туго натянулись, а влажный, скользкий мясной столб грубо придавил нежную слизистую рта. Она впервые брала его член в рот с тех самых пор, как они были в каморке на крыше.

Не зная, что делать, Со Хи вцепилась в его твердые, мускулистые бедра и посмотрела на него снизу вверх. Её жалобный взгляд встретился с его лицом.

— Малышка. Аджосси ни с кем не делится тем, что принадлежит ему. Даже крошкой.

В глазах Ке Вон Хо вспыхнул дикий, безумный свет, и его рука переместилась на затылок Со Хи. Схватив её за волосы с такой силой, что натянулась кожа на голове, он насадил её на свой пах.

— Поняла?

— Хм, м-м-м...

Со Хи с членом во рту изо всех сил попыталась кивнуть. На её лицо, к которому прилипли мокрые от пота и выделений пряди волос, падала тень от длинных, густых ресничек.

— Ты принадлежишь аджосси. Только мне.

Кусок плоти глубоко протолкнулся внутрь сквозь губы, приоткрывшиеся от рвущегося кашля. Из-под рефлекторно зажмуренных век покатились горячие слезы, и послышалось тихое всхлипывание.

Мужчина грубо потерся о её чистое лицо мошонкой, цвет которой был немного темнее, чем у самого члена.

— Долго еще будешь скрести меня зубами?

— Ыт, ымп, м-м-м.

Ке Вон Хо качнул бедрами, глубоко вогнав член. Гладкая головка полностью заполнила горло. Глотка, ставшая такой же горячей, как и её беспощадно выебанная дыра, туго обхватила его плоть.

Протолкнувшись еще глубже, член ударил в язычок.

От этого бесконечного, пронзающего горло давления к горлу подступила тошнота. Со Хи задыхалась, роняя крупные слезы.

— Сколько же алкоголя эти ублюдки влили в нашу малышку, раз у нее во рту так горячо.

— Ымп, у-ымп!

Ке Вон Хо, крепко удерживая голову Со Хи обеими руками, принялся наяривать бедрами. Кашель, взрывающийся в наглухо забитом рту, стимулировал непрерывно разбухающий член.

Ке Вон Хо смотрел на нее сверху вниз так, словно хотел полностью подчинить. Узкий рот был обжигающе горячим и расслабленным, куда более мягким, чем обычно. Казалось, весь член сейчас просто растворится в нем.

Глядя на это жалкое лицо, готовое вот-вот разрыдаться, он чувствовал, что сейчас просто бесконтрольно кончит.

Не в силах больше терпеть, Ке Вон Хо резко выдернул член изо рта. Покрытый слюной столб бешено дергался.

— Ха-а... блядь...

Со Хи закашлялась, жадно хватая ртом воздух. Её лицо, залитое потом, слезами и слюной, напоминало вымоченный в сиропе фрукт. Взгляд мужчины не отрывался от лица Со Хи.

Всё началось с гнева, вызванного жаждой обладания. Но теперь разум Ке Вон Хо заполняли совсем другие мысли.

«Где же предел преданности этого послушного, покорного ребенка в моих руках?

Почему она показала свою детскую ревность к Чхве Со Ён?

Почему?»

Это был первый вопрос, который он задавал себе каждый раз, когда думал о Юн Со Хи.

Всё это — сплошной порыв. Всё, что он творил с этой малолеткой, было лишь чередой неправильных поступков, рожденных чистым импульсом.

«Так почему же?

Какого хера?

Блядь, почему я не могу подавить этот ебаный порыв и позволяю соплячке, от которой пахнет молоком, так вертеть мной?»

Эта очевидная, выставленная напоказ ревность казалась ему забавной. Если бы ситуация не дошла до этого, возможно, он бы еще долго любовался этой картиной и вдоволь наслаждался.

Видя, как она делает всё, что ей велят, и изо всех сил, пусть и неумело, старается следовать за ним, ему захотелось проверить, как далеко Юн Со Хи сможет зайти.

Бешеная ярость заставляла его внутренности гореть как в огне, и в нем просыпался безграничный садизм.

— Развернись и ложись.

Холодно приказал Ке Вон Хо. Вытерев тыльной стороной ладони слюну с губ, Со Хи медленно повернулась спиной, как он и сказал.

— Подними только задницу. Как кошечка.

Её глаза покраснели от стыда, но Со Хи не стала сопротивляться и, повинуясь приказу, оперлась ладонями о пол, прогнула поясницу и приподняла ягодицы.

Это явно было сделано для того, чтобы намеренно заставить её почувствовать унижение.

— Раз уж ты кошечка, должна быть гибкой.

Подсунув огромную ладонь под её теплый живот, он заставил её поднять задницу еще выше. Почувствовав присутствие мужчины сзади, Со Хи вся напряглась.

— В эту дыру могу входить только я.

— Д-да... только аджосси... а-ах.

Дыхание перехватило, и она на секунду замолчала.

— Я никогда... хнык... не думала ни о ком, кроме аджосси...

Его лицо смягчилось, а уголки губ поползли вверх.

— Тогда сама вымоли прощение.

Приставив головку к её промежности, мужчина вошел в дырочку, которая еще недавно была широко растянута. Но лишь до этого момента. Мужчина остановился, погрузив головку только наполовину.

— М-м, ах...

Поняв его намерения, Со Хи сама подалась тазом назад, начиная заглатывать его головку. Толстый член начал входить, плотно заполняя её изнутри.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver