За панорамными окнами открывался бескрайний вид на реку Хан, а за выстроившимися вдоль реки высотками гордо возвышалась башня.

Повсюду были расставлены предметы искусства и роскошные элементы интерьера, а в винных шкафах вдоль стен красовались разнообразные винтажные вина.

На столиках, застеленных белоснежными скатертями, стояли вазы со свежими цветами и тускло поблескивали столовые приборы.

Люди, сидящие за столиками, тихо беседовали за едой.

Со Хи, впервые оказавшаяся в таком месте, не знала, куда себя деть, но мужчина вел себя так естественно, будто бывал здесь каждый день.

Еле семеня за ним мелкими шажками, Со Хи, которая была слишком занята тем, что напрягала низ живота, боясь, что из неё вытечет сперма, всё равно не могла перестать оглядываться по сторонам.

— Куда ты смотришь. На улице ты должна смотреть только на аджосси.

Ке Вон Хо взял Со Хи за подбородок и повернул её лицо к себе. Это было абсурдно. Сейчас было не до этого. Главной проблемой было то, что он притащил её сюда, накачав спермой и не позволив даже помыться.

— Я, я отойду в туалет, прежде чем сесть.

— Чтобы втихаря всё вымыть?

— Аджосси...!

Боясь, что кто-то услышит, она поспешно огляделась. К счастью, рядом никого не было, и идущий впереди официант, кажется, тоже ничего не услышал.

— Не вздумай. Лучше сжимай дырочку покрепче. Если по возвращении домой в тебе не будет полно моего семени, я тебя накажу.

Со Хи плотно сжала губы. Что бы она ни сказала, это лишь еще больше раззадорит его. Она попыталась взять себя в руки. Если бы я знала, что мы пойдем в такое место, оделась бы получше.

Конечно, её нынешняя одежда была несравненно лучше той, что она носила раньше, но, собираясь в спешке, она не успела привести себя в должный вид.

Она совершенно не дотягивала до элегантных нарядов людей, уже сидящих за столиками, или до классического костюма мужчины.

Их провели к столику у окна с прекрасным видом. В отличие от остального зала, где было довольно много людей, столики вокруг них пустовали, поэтому здесь было тихо.

Мужчина, отодвинув стул, кивком указал ей садиться. Залившись краской от этого неловкого внимания, Со Хи поспешно села. Его манеры казались настолько естественными, будто были впитаны с молоком матери.

— ...Спасибо.

Сев и открыв меню, Со Хи ахнула, увидев цены. В основном это были комплексные обеды, и их стоимость превосходила все её ожидания. Неужели за один прием пищи можно отдать такие сумасшедшие деньги?

От закусок до десертов — меню было огромным. Она даже усомнилась, смогут ли они вдвоем всё это съесть.

Пока Со Хи, скованная напряжением, бегала глазами по строчкам, мужчина пальцем слегка опустил её меню. Они встретились взглядами поверх прейскуранта.

— Что тебя так удивило, что глаза заблестели?

— Что?

— Я про твои глаза.

Его толстый палец легонько коснулся приподнятых уголков глаз Со Хи.

— У малышки это место краснеет, когда ей хорошо.

— А...

— Особенно когда я посасываю твою нижнюю дырочку.

Услышав его пошлые слова, испуганная Со Хи заозиралась по сторонам. К счастью, столики вокруг пустовали, но она до смерти боялась, что кто-то может это услышать.

— Пожалуйста, не говорите таких вещей на улице. Что, если кто-нибудь услышит.

— Тебе бы лучше о том, что у тебя между ног, беспокоиться. Если запахнет, все сразу всё поймут.

Мужчина вальяжно добавил, что ей следует держать всё внутри до самого возвращения домой, и Со Хи бросила на него короткий, злой взгляд. В отличие от него, Со Хи было совсем не до спокойствия.

Как бы сильно она ни напрягалась, разжиженная сперма понемногу вытекала. Если запахнет спермой, скрыть это будет невозможно, и, как назло, в неловком положении окажется только Со Хи.

Мужчина сам сделал заказ. В ожидании еды она украдкой поглядывала на него, пока он пил вино. Его красивые губы, смоченные вином, казались особенно красными.

Естественно перехватив взгляд Со Хи, он спросил:

— Хочешь?

Со Хи, смущенная тем, что её поймали за разглядыванием его губ, машинально кивнула.

Он подозвал официанта и заказал еще вина. В прозрачный бокал налили красное вино.

— Сначала оцени аромат.

Со Хи послушно взяла бокал и слегка вдохнула аромат. Глубокий, насыщенный ягодный запах пощекотал нос. Затем, когда он кивком предложил ей попробовать, она осторожно сделала глоток.

— Угх...

В отличие от приятного аромата, вкус оказался кислым и терпким. Когда Со Хи сильно зажмурилась, мужчина рассмеялся.

Даже вкус вина, который никак не хотел исчезать во рту, теперь казался ей приятным, ведь смотреть на его смеющееся лицо было так радостно.

С появлением каждого нового блюда ей не приходилось гадать, как это есть. Мужчина забирал тарелку Со Хи, нарезал еду на удобные кусочки и возвращал, чтобы она могла есть только вилкой.

А иногда и сам кормил её с рук.

Её живот уже был полон, но еда продолжала безостановочно поступать в рот Со Хи.

Казалось, этот бесконечный ужин наконец-то подходит к концу. Медленно поедая лимонный сорбет, поданный на десерт, Со Хи вдруг прислушалась к звукам пианино.

В центре зала за белым роялем сидел пианист, его пальцы мягко порхали по клавишам.

Она, сама того не замечая, завороженно наблюдала за тем, как по залу разносится нежная мелодия.

— Умеешь играть?

На вопрос мужчины Со Хи смущенно покачала головой.

— Нет. Я никогда не играла.

Виновато ли в этом вино? История, о которой он не просил, сама собой полилась из её уст. Это был первый раз, когда она сама завела подобный разговор, но Со Хи даже не осознала этого.

— Давно... Когда я училась в начальной школе, по дороге домой была маленькая музыкальная школа.

Отставив бокал с вином, мужчина издал горловой звук, поощряя её продолжать. Его взгляд был прикован к Со Хи.

— Наверное, это было время, когда занятия заканчивались, потому что я поздно возвращалась домой после одиноких игр на площадке. И каждый раз учитель в этой школе играл одну и ту же мелодию.

В семье, где порой не хватало денег даже на рис и приходилось занимать, о музыкальной школе нельзя было и мечтать.

Дело было не только в деньгах: с малых лет предоставленная самой себе, Со Хи должна была всему учиться самостоятельно.

После школы за всеми детьми приходили родители или они шли в кружки, а Со Хи всегда была одна. Дома никого не было, поэтому она убивала время, играя в одиночестве на площадке до самого заката.

И с тех времен в её ушах тихо звучало это приятное воспоминание. Это была не неумелая игра учеников, а мастерское исполнение учителя музыки.

Она не знала ни клавиш, ни нот, но помнила, как представляла, что это она сама играет на пианино. В её детстве, полном боли и плохих воспоминаний, это было единственным светлым пятном.

— Это та самая мелодия. Давно её не слышала, поэтому мне так приятно.

На самом деле она даже не знала названия. Она помнила её лишь отрывками, по смутным воспоминаниям о мелодии.

В этот момент стук каблуков, становящийся всё громче, разрушил фортепианную гармонию. Со Хи посмотрела на приближающуюся с противоположной стороны женщину.

Её тревога о том, что женщина направляется именно к их столику, оправдалась.

— Я так и думала, что это ты.

Женщина нежно положила руку на плечо мужчины. Взгляд Со Хи последовал за ней.

На его широком плече, за которое Со Хи цеплялась еще совсем недавно, теперь лежала ухоженная, изящная белая рука. Внезапно в районе солнечного сплетения возникло ноющее чувство.

— Оппа. В последнее время тебя совсем не видно, зато здесь встретила.

Женщина была настолько поразительно красивой, что её можно было принять за знаменитость. Волнистые волосы свободно спадали на плечи, а её элегантность естественным образом притягивала взгляды.

Взгляд женщины, чья рука всё еще лежала на плече Ке Вон Хо, который даже не обернулся, переместился на Со Хи. Её глаза слегка расширились от удивления.

— Ой, ты не один.

Её глаза заблестели интересом, когда она внимательно осмотрела Со Хи.

— Здравствуйте, меня зовут Чхве Со Ён.

Вместо Со Хи на её приветствие ответил Ке Вон Хо, сбросив руку Со Ён со своего плеча.

— Как видишь, я с компанией. Был бы признателен, если бы ты ушла.

— Да я просто удивилась, впервые вижу тебя с другой женщиной.

Со Ён игриво улыбнулась и продолжила:

— Ах, да. Раз уж встретились, надо вернуть. Спасибо, оппа, ты меня очень выручил.

То, что Со Ён достала из своей сумочки, было карточкой. Того же цвета и того же дизайна, что и у Со Хи.

Какие между ними отношения? Со Хи погрузилась в раздумья.

Передать кому-то свою карточку — как ни крути, это подразумевало особые отношения.

Отношения, похожие на её собственные. Или такие же, а может, и лучше. Нет, как ни посмотри, эта женщина не выглядела так, будто нуждалась в деньгах.

Может быть, они любовники? Её мысли погружались всё глубже и глубже во тьму. Как бы она ни смотрела на них, она казалась лишней в этой картине.

Наблюдая за их разговором, Со Хи изо всех сил старалась скрыть закипающую в душе тревогу.

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver