Контент удален!

Сюй Чжайсин с трепетом заснула в объятиях своего айдола.

Почувствовав её ровное дыхание во сне, Цэнь Фэн открыл глаза в темноте. Он беззвучно улыбнулся, наклонился и поцеловал её в висок, прошептав:

— Спокойной ночи, малышка.

Они проспали до второй половины дня.

Снаружи доносился перезвон велосипедных звонков, кативших по каменным плитам, а в редкие минуты тишины можно было различить глухой рокот волн, бьющихся о скалы.

Сюй Чжайсин с гнездом на голове подошла к окну, раздвинула шторы и, зажмурившись от яркого света, сладко потянулась, а затем радостно плюхнулась обратно на кровать:

— Гэгэ, какая сегодня чудесная погода! Пойдём за покупками!

Дом был полностью готов к заселению, но всё же не хватало некоторых бытовых мелочей, да и холодильник пустовал — нужно было пополнить запасы продуктов.

Приведя себя в порядок и одевшись, Сюй Чжайсин сначала вместе со своим айдолом разобрала оставшиеся с вечера чемоданы, а затем открыла заметки в телефоне и стала пункт за пунктом записывать, что нужно купить.

Местную еду можно было есть пару дней, но каждый день — вряд ли, так что готовить придётся самим. Посуда в доме была, не хватало лишь специй и продуктов. Цэнь Фэн диктовал, а Сюй Чжайсин записывала.

— Здесь можно купить ягоды годжи? Они нужны для супа.

— Нужно взять побольше фруктов, можно будет сделать фруктовое мороженое!

— Ах да, тогда и формочки для мороженого надо купить.

— Солнце сегодня печёт, нужен зонт от ультрафиолета.

— Вчера вечером я, кажется, слышала комара. Запиши фумигатор!

— А закуски выберем на месте.

…

Когда они наконец всё обсудили, список в заметках получился внушительный. При мысли о том, как скоро они наполнят этот домик уютом, Сюй Чжайсин вдруг испытала странное чувство, будто они с айдолом обустраивают своё семейное гнёздышко.

И втайне смутилась.

Сперва они решили пообедать.

Городок стоял у моря и выглядел очень свежо: большинство домов были белыми, с синими крышами. По соседству с ними жил светловолосый и голубоглазый старик, который как раз пропалывал сорняки в саду перед домом. Увидев их, он улыбнулся и помахал им рукой.

В чужой стране, не боясь папарацци и любопытных взглядов, они шли по залитой солнцем улице, держась за руки, и чувствовали себя счастливыми как никогда.

Сюй Чжайсин свободно говорила по-английски, Цэнь Фэн — немного хуже, но для повседневного общения его знаний вполне хватало. После обеда они спросили у хозяина заведения, где находится супермаркет, и узнали, что до ближайшего крупного магазина — десять километров.

— Можете арендовать машину за углом, — радушно подсказал хозяин по-английски. — Так будет гораздо удобнее.

Поблагодарив его, они пошли по указанному направлению и вскоре действительно увидели пункт проката.

В основном там предлагали велосипеды — главный транспорт в этом городке. Но нашлись и старомодные кабриолеты, выглядевшие так, словно сошли с экрана американского фильма двадцатого века.

Сюй Чжайсин никогда не ездила в таких машинах и, взволнованно осматривая и ощупывая всё вокруг, вскинула голову и спросила:

— Гэгэ, мы можем взять эту?

Цэнь Фэн с улыбкой переговорил с владельцем, расспросил о годе выпуска и характеристиках машины и, получив разрешение, даже заглянул под капот, чтобы всё проверить.

Убедившись, что машина в порядке, он заплатил.

Дорога в супермаркет шла вдоль побережья. Небо сливалось с морем, и золотистые солнечные лучи заливали водную гладь, что простиралась до самого горизонта. Сюй Чжайсин долго смотрела, вцепившись в дверцу машины, а потом радостно повернулась к нему и что-то сказала.

Ветер свистел в ушах, и Цэнь Фэн, не расслышав её слов, сбавил скорость и, обернувшись, переспросил:

— Что?

Её глаза смеялись. Сложив руки рупором у рта, она прокричала сквозь ветер:

— Гэгэ! Мы словно сбежали ото всех!

Цэнь Фэн не удержался от смеха. Одной рукой он вёл машину, а другой потрепал её по голове.

Сюй Чжайсин потёрлась щекой о его ладонь и, качая головой в такт, запела:

— Самое романтичное, что я могу представить, — это сбежать с тобой на край света-а-а!

К тому времени, как они добрались до супермаркета, её гладкие, распущенные по плечам волосы от ветра превратились в подобие львиной гривы, и ей пришлось, глядя в зеркало заднего вида, собрать их в высокий хвост. На самом деле, хвост ей очень шёл: он открывал изящную лебединую шею и тонкие ушки, делая её облик по-особенному ярким и прелестным.

В супермаркете было немноголюдно, но ассортимент впечатлял. Нашёлся даже отдел с китайскими продуктами. Они взяли большую тележку, и Сюй Чжайсин, открыв заметки в телефоне, начала совершать покупки по списку.

Они впервые ходили по супермаркету вместе.

Счастье переполняло Сюй Чжайсин, и ей хотелось купить буквально всё. Цэнь Фэн не возражал, позволяя ей брать всё, что она захочет.

Даже продавец-консультант, раскладывавший товар, принял их за счастливых молодожёнов и, предлагая освежитель воздуха, обратился прямо к Цэнь Фэну:

— Ваша жена прекрасна, как роза. Возьмите вот этот, с ароматом розы.

Услышав слово «wife», Сюй Чжайсин покраснела. Цэнь Фэн невозмутимо взял освежитель с ароматом розы и с улыбкой ответил:

— Я тоже так думаю.

Когда продавец отошла, Сюй Чжайсин прошептала:

— Она сказала «wife»…

Цэнь Фэн взглянул на неё и с самым невозмутимым видом улыбнулся:

— У меня не очень хороший английский, я не знаю этого слова. Она что-то не то сказала?

Сюй Чжайсин: «…»

Да кто тебе поверит!

Айдол становится всё более несносным!

Купив закуски, они подошли к цветочному отделу. На небольшой сцене, устроенной на свободном пятачке, молодой симпатичный иностранец во фраке показывал фокусы.

Вокруг собрались зеваки, и Сюй Чжайсин тоже подошла поближе. Азиатские лица здесь были редкостью, поэтому фокусник сразу её заметил. Девушка была одета в белую футболку и короткую юбку, которые подчёркивали её тонкую талию, длинные ноги и светлую кожу. Она сразу бросалась в глаза.

Как раз для следующего фокуса требовался ассистент. Красавчик-фокусник подошёл прямо к Сюй Чжайсин, галантно поклонился и пригласил её на танец. Под аплодисменты зрителей он прокружил её в танце, а затем, протянув руку ей за ухо, извлёк оттуда алую розу.

С улыбкой он протянул ей цветок. Сюй Чжайсин, немного опешив от такого внимания, смущённо улыбнулась, приняла розу, поблагодарила его и подбежала к своему айдолу, радостно воскликнув:

— Гэгэ, смотри!

Цэнь Фэн бросил на розу короткий взгляд и ничего не сказал.

Сюй Чжайсин, не заметив его реакции, продолжала радоваться:

— Какие же иностранцы приветливые!

Когда они вычеркнули из списка последний пункт, тележка была заполнена доверху. Сюй Чжайсин, вприпрыжку следуя за айдолом к кассам, вертела в руках розу.

Проходя мимо полок с бытовыми товарами, Сюй Чжайсин вдруг увидела презервативы.

От этого зрелища у неё душа ушла в пятки. Она тут же перестала прыгать, нервно поджала губы и украдкой взглянула на айдола. Неужели он нарочно пошёл этой дорогой? Собирается их купить??? Прямо при ней будет выбирать??? Чёрт, как волнительно! Когда он будет выбирать, ей притвориться, что она ничего не видит, или, может, дать какой-нибудь совет? Нет! Может, для вида хоть немного его остановить??? Эх, они же оба взрослые, и она не то чтобы против, но… нужно же соблюдать хоть какие-то приличия, верно?

Пока в душе девушки бушевала буря эмоций и она терялась в догадках, её айдол, не сбавляя шага и глядя прямо перед собой, проехал мимо и покатил тележку дальше.

Сюй Чжайсин: «???»

Не купит???

Цэнь Фэн, пройдя несколько шагов, заметил, что девушка отстала. Он обернулся и увидел, что она стоит на месте с обиженным видом.

— Нужно купить что-то ещё? — спокойно спросил он.

Сюй Чжайсин: «…»

Раз он не проявил инициативу, неужели она должна спрашивать сама?! Нет уж, она на это не купится!

Она подбежала, взяла его за руку и, высоко вскинув подбородок, отрезала:

— Нет!

Расплатившись на кассе, они с несколькими большими пакетами вернулись к своему ретро-кабриолету и поехали домой.

Послеполуденное солнце всё так же сияло. Цэнь Фэн подвёз покупки к самому дому, занёс всё внутрь, а затем отогнал машину обратно в прокат. Сюй Чжайсин не пошла с ним, а осталась дома, на корточках разбирая сегодняшние трофеи.

Пустой холодильник быстро заполнился, а когда на столе появились фрукты и закуски, строгая гостиная сразу ожила. Она также купила полтушки курицы, чтобы вечером сварить для айдола куриный суп.

Когда Цэнь Фэн вернулся, она уже разделала курицу, положила её в кастрюлю и добавляла приправы. В руках он держал пиццу — подарок от соседа-старика, который тот вручил ему по пути домой в качестве приветствия новым жильцам.

Сюй Чжайсин задумалась:

— Тогда и нам нужно сделать ответный подарок! Как насчёт пельменей?

— Для пельменей сначала нужно замесить тесто и сделать обёртки. Ты знаешь как?

— Погуглю — и узнаю!

Цэнь Фэн усмехнулся, взял у неё половник, помешал суп и сказал:

— Хорошо, тогда иди гугли, а я тут разберусь.

Сюй Чжайсин на цыпочках поцеловала его в подбородок, сняла с себя фартук и повязала ему на пояс, после чего радостно убежала в спальню гуглить.

Готовить тесто и лепить обёртки для пельменей оказалось довольно хлопотно, но не слишком сложно. К тому же, они ведь в отпуске, времени полно, спешить некуда, так что повозиться с пельменями было даже весело.

Она записала рецепт и список ингредиентов, проверила, чего не хватает, и пока айдол хозяйничал на кухне, сбегала в ближайший магазинчик за всем необходимым. Вернувшись, она принялась за тесто.

Раскатывать тесто у неё получалось плохо, было много неудачных попыток. Цэнь Фэн собрал испорченные комки, скрутил из них маленькие колбаски, залил куриным бульоном с крахмалом и приготовил суп с клёцками.

К вечеру ужин был на столе, и обёртки для пельменей у Сюй Чжайсин наконец-то начали получаться. Завтра точно всё выйдет как надо!

Пока айдол накрывал на стол, она радостно принесла купленную днём узкую фарфоровую вазочку. Она поставила её на стол, собираясь украсить их первый совместный ужин розой, подаренной фокусником.

Но сколько она ни искала, цветка нигде не было.

Она точно помнила, что оставила его на кофейном столике.

Сюй Чжайсин протопотала на кухню и спросила айдола, который как раз разливал по тарелкам куриный суп:

— Гэгэ, ты не видел мою розу?

Цэнь Фэн не обернулся и ровным голосом отозвался:

— Угу.

— А где она?

— В кастрюле.

Сюй Чжайсин: «???»