С опозданием его накрыла вина. Что же я собирался натворить? Попытайся он и правда — и наказание было бы страшным, это несомненно.
Он боялся не смерти. Кан боялся, что из-за такого наказания больше никогда не увидит Диа.
— Госпожа Диа. О чём я только думал…
Кан обхватил рукой лоб и растерянно забормотал. Не верилось, что он сам вообразил такую жестокость по отношению к той, кому служит.
Диа попыталась обратить всё в шутку.
Ну, человек может и ошибиться. Такими словами — вроде самовнушения — она пыталась привести в порядок и свои чувства, и всё положение разом.
А может, я просто вымоталась из-за истории с Ахотепом.
— Всё правда хорошо. Я и так собиралась тебе сказать. Что я привезла раба с арены, ты, надо думать, знаешь… А сегодня…
Диа немного помедлила и с неловкой улыбкой продолжила:
— Я ходила в зал собраний, чтобы встретиться с Ахотепом, и там Рохад…
— Простите?..
И тут лицо Кана вдруг застыло. Ровно с того мгновения, как прозвучало имя Ахотепа. Вина не успела ещё осесть, а в душе Кана уже яростно закипело.
Диа ходила к Ахотепу, не взяв Кана с собой. Проглотила тот грязный член, даже не спросив его, — а теперь снова пошла одна.
Почему?
Зачем?
Она и ноги перед ним раздвинула?
Что именно они делали?
[Внимание! Есть подозрение на распад психики «Кана Хэрамута». С этой минуты уровень одержимости растёт быстрее.]
[СИСТЕМА: остерегайтесь входа в ускоренный рут.]
Вот тут Диа вздрогнула и попятилась. Не надо было заводить речь об Ахотепе. Надо было соврать и успокоить Кана.
Так недолго и войти в ускоренный рут. Где всё прежнее повествование отбрасывается ради одной лишь чудовищной изматывающей концовки.
— Вы с ним спали?
Кан вытаращил глаза и спросил её. А потом до боли стиснул ей запястье.
— Я спросил, спали ли вы.
— Кан?..
— Почему вы не отвечаете?
Одержимость +10.
И наконец багровое окно предупреждения без всяких пояснений сообщило о его состоянии. Диа поспешно заговорила:
— Ничего не было! Ничего!
Диа чуть не расплакалась от обиды.
В игре она была особой императорской крови, но покушения подстерегали её на каждом шагу, а вокруг — сплошь ненормальные. И всё вокруг было живым, как наяву.
Такой игры у неё в жизни не было.
Сердце Диа забилось быстрее. Она не была уверена, что сумеет сегодня справиться с этим кризисом.
— Я! То есть я!..
Соврать ему, что, кроме него, я никого не вижу? И, когда эта отчаянная мысль ударила её в голову, Кан вцепился ей в плечи.
— Меня было мало? Скажите, чего мне не хватило, и я исправлю.
— Ч-что ты такое говоришь.
— Это потому, что в тот день мы сделали это всего один раз? Если пожелаете, я могу снова и снова входить в вас.
Кан спрашивал так, будто вот-вот на неё набросится. Его глаза, обращённые к ней, горели отчаянием и безрассудством.
В мыслях Кана Диа уже лежала под ним голая и рыдала.
Умоляла прекратить, просила прощения, говорила, что больно. Что больше никогда не пойдёт к другому мужчине. Что не станет как попало распоряжаться этой своей дурацкой щелью.
Но Диа Мескенет, стоявшая перед ним, была всё так же уверена в себе.
Она была его госпожой — существом, которое могло держать его на ладони и вертеть как угодно. Мест, где искать удовольствия, у неё хватало и без него, и мужчин, готовых за ней идти, тоже.
Единственная в своём роде фигура и яркая внешность на всю Хеттию. Разве найдётся мужчина, способный не полюбить Диа?
Но если сломать её — тогда, наверное, всё будет хорошо. Если только удастся собственными руками запереть её в своём личном пространстве…
— Кан, больно! Отпусти!
Провалившись в собственную мрачную трясину, Кан не заметил, как сделал ей больно, и с силой давил ей на плечи. Мускулистые ладони угрожающе сдавливали её тонкие суставы.
Диа в ужасе выкрикнула:
— Я больше не буду держать тебя наёмником!
Диа мокрыми глазами резко в него уставилась. Перемена в Кане распалила и её саму.
И потому она сделала «выбор» на эмоциях.
[Я люблю тебя.]
[Я больше не буду держать тебя наёмником!]
Перед Диа возникли два варианта. И Диа сгоряча выбрала реплику, которой увольняла Кана. Тем самым она окончательно вылетела с его рута.
Чёрт…
Не поэтому ли разработчик так настойчиво просил следить за словами и поступками? Потому что иначе игра катится в самый ад? Сделанного было не вернуть, и на душе у Диа стало уже не просто тревожно, а совсем тоскливо.
Кан был для неё самым надёжным товарищем и воином. Кому ещё довериться во дворце, где кругом враги? Ответить было трудно.
— Вы сказали, что лишите меня места? — Кан скривился и переспросил.
Воздух мгновенно похолодел. Между ними повисло молчание, будто они ступали по тонкому льду.
А потом Кан невесело усмехнулся.
— Значит, выбрасываете меня.
Диа растерянно открыла рот. Но что сказать, она не представляла.
Реплика, заданная системой, кончилась ровно на этом, а следующей у Диа не было. Дальше выстраивать положение приходилось самой.
Кан спрятал лицо в ладонях, а потом снова поднял голову и спросил:
— Я и правда был просто шлюхой, как говорят другие?
— Кан, что ты такое говоришь.
— И потому вы взяли только моё тело, а теперь выбрасываете?
Лицо Кана мучительно исказилось.
В конце концов он не выдержал горя и повернулся к ней спиной. В увеличившемся между ними пространстве всплыло огромное окно оповещения.
Привязанность −30.
Нет… быть не может.
Из груди Диа вырвался хрип. От опустошения оба плеча поникли.
История, выстроенная с Каном, рухнула от одной-единственной развилки. Как теперь его удержать?
Диа напрягла взгляд, сдерживая слёзы.
Этот рут провален. Кан уйдёт от меня.
— …Кан. Прости меня.
На её обречённое извинение Кан прикусил губу. Диа так и не стала его удерживать.
По правде, отношения у них с самого начала были такими. Связь из одной только односторонней преданности. Ведь это он когда-то умолял нанять его наёмником.
Нуждалась ли Диа во мне хоть раз? Кроме того случая, когда она возжелала моё тело, — пожалуй, никогда.
— Прошу прощения. Я пойду.
Кан с трудом заставил себя сделать шаг. Затем дверь глухо закрылась.
По разные стороны одной двери вырвались два разных вздоха.
Кан за дверью горько усмехался над собой.
Потому что даже в такую минуту грязные, похабные картины преследовали его до конца.
[СИСТЕМА: склонность «безнравственность» «Кана Хэрамута» перешла в стадию «начальная». Будьте осторожны с внезапными поступками.]
«Кан Хэрамут» придумывает «безнравственный план». Одержимость +30.
После того как Кан ушёл, Диа снова взялась за гайд.
Писать ей не хотелось, но обстоятельства, при которых она вылетела с рута Кана, были для гайда обязательной частью.
Эта запись станет для будущих игроков вполне годной подсказкой, которая сбережёт им время.
Однако пока оставалось неясным, «как» именно и «при каких показателях» входят на рут Кана и вылетают с него.
Иначе и быть не могло. Показатели чувств у персонажей-целей то и дело меняются и тогда, когда игрок на них не смотрит.
А тут ещё и внезапно возникшая угроза ускоренного рута.
Из-за всего этого даже Диа с её многолетним опытом лаунчера, по правде говоря, растерялась. В этой игре не было заданного алгоритма: и повествование, и развязка определялись исключительно усмотрением игрока.
Диа отложила тростниковое перо и подпёрла лоб.
Куда же Кан ушёл? Вернулся в родовой дом? Или всё ещё во дворце? Пойти к нему?
Но, поразмыслив, Диа решила этого не делать. Ему тоже нужно время, чтобы разобраться в чувствах. Идти к нему и бередить его не хотелось.
Тук-тук.
И тут за дверью послышалось движение и стук. Лицо Диа на миг просветлело.
Диа подумала, что, может быть, вернулся Кан. Что он постучал, чтобы извиниться и снова наняться к ней наёмником.
Она улыбнулась и взялась за дверную ручку. В голове было только одно: как принять Кана как можно естественнее.
Но, открыв дверь, она увидела не Кана, а администратора Пехиля.
— Простите, что отвлекаю. У меня для вас известие.
— А…
Диа посмотрела на Пехиля с нескрываемым разочарованием. Пехиля это не смутило: он взял письмо и, исполняя свой долг, прочёл ей содержание вслух:
— «Раб пришёл в сознание. Он всё зовёт госпожу Диа, поэтому убедительно прошу вас посетить резиденцию. Состояние удовлетворительное. Лекарь Амаднат».
Диа приложила руку ко лбу. Выходило, что о рабе она забыла на целый день. Сама привезла — и вот так безответственно бросила.
Диа поправила растрепавшиеся после истории с Каном волосы и приказала Пехилю:
— Иду немедленно, расчисти дорогу к резиденции.
— Да. Слушаюсь.
Пехиль вышел.
Диа накинула поверх платья-футляра светлый курессар [1]. В зеркале она выглядела свежо — будто и не было никакого несчастья. [1] Курессар — разновидность платка, который носили хеттские женщины.
Она решила отложить тягостные мысли. С Каном вышло так, как вышло, но ведь появился новый персонаж-цель.
И он её позвал. А это значило, что теперь начнётся новая история.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/strategiya-grustnogo-heppienda-bba1c8
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
