Онлайн чтение книги Вторая жизнь злодейки The Villainess Lives Twice
Глава 130

Маркиза Камелия колебалась. Она знала, что небольшая заминка может ещё больше обидеть Великого Герцога Ройгара. Но иногда в эти дни маркиза Камелия не могла полностью контролировать своё выражение лица.

Потому что у неё накопилась усталость и редко выпадал шанс ощутить победу, чтобы осадить его, в отличие от того, что было раньше.

Тем не менее, она была самым важным советником Великого Герцога Ройгара.

Однако случаев разногласий с Великим Герцогом Ройгаром стало больше, чем раньше.

В частности, много раз она чувствовала тревогу из-за того, что он делал, как в этот раз. Было непонятно, почему она так считает, поэтому она не уговаривала его.

Так что, в конце концов, она была вынуждена сказать что-то подобное со смущающим смехом:

– Вы говорите так, как будто я работаю на Великую Герцогиню Эфрона, Ваша Милость.

Были времена, когда сама маркиза Камелия считала себя излишне щепетильной в вопросах Артезии.

Однако реакция Артезии не всегда была однозначной.

Её собственная дочь Скайла тоже светлая и спокойная для своего возраста. Однако поведение Артезии непостижимо спокойное и хладнокровное.

Маркиза Камелия вспоминала себя двадцать лет назад.

Уже в раннем возрасте она сама добилась признания маркиза Людена.

А Императрица? Она была ключевой фигурой в восхождении Грегора на престол.

Но маркиза Камелия думает, что они обе, она сама и Императрица, намного уступают нынешней Артезии.

Как и в этот раз.

Не было никаких признаков вмешательства Артезии. Всё могло произойти случайно.

Некромант, обучавший Мираилу, прошлой зимой был известным светским человеком. Даже Скайла присутствовала на сеансе этого человека.

Неудивительно, что в особняке Розанн есть книга по истории, написанная на древнем языке. Даже если вы не коллекционер старинных книг, для знатной семьи с долгой историей вполне естественно иметь несколько старинных книг в своей библиотеке.

Не было ничего странного в том, что существовала книга, в которой были отобраны и скопированы только слова проклятия.

Дворян, изучивших древние языки через культуру, было немного. Обычно они сдаются в самом начале. Тем не менее, выбор и копирование предложений, которые их интересуют, - это то, что делают многие.

Ещё до Мираилы род Розанн не был такой уж мирной и доброй семьёй. Не было ничего странного, даже если в семье был человек, знавший хоть одно ругательное слово.

Также было хорошо известно, что Мираила была психически неуравновешенным человеком. Она была способна проклясть Императрицу, когда рассердится.

И недавней ситуации было достаточно, чтобы свести Мираилу с ума.

В человеческих жертвоприношениях нет ничего удивительного. У неё уже была судимость за уничтожение семьи маркиза Розанн.

С другой стороной был ребёнок, которого продали из-за бедности. Не только Мираила, но и большинство дворян сочли бы ребёнка только бездомной собакой.

Но, тем не менее, маркизу Камелию это не убедило.

Произошло ли что-то подобное чисто случайно в имперском политическом мире, где постоянно крутились заговоры?

Для маркизы Камелии это было похоже на вероятность бросить три боба и случайно получить равносторонний треугольник.

Рано или поздно Мираила будет обречена. Лоуренс также изо всех сил пытался бороться за трон.

Такие вещи никогда не происходят случайно.

Но ни Великий Герцог Ройгар, ни она в заговоре не участвовали.

Она даже не думала, что Императрица могла это сделать. Однако она не так всё организует.

Великий Герцог Ройгар бросил тихим голосом маркизе Камелии, которая погрузилась в свои мысли:

– Я понимаю, что вы заботились о Великой Герцогини Эфрон и вложили в неё много сил. Но я думаю, вы переоценили её, госпожа.

– Ваша милость.

– Разве не бывают времена, когда такие вещи, как слава и власть, имеют модную тенденцию, и вы не можете преодолеть их своими силами?

– Да...

– Даже госпожа не могла предположить, что её арестуют таким образом. Это очень плохо для Великой Герцогини.

– Великий Герцог Эфрона не разведётся с ней из-за этого.

– Седрик не такой. Это даже хорошо.

– Что вы имеете в виду?

– Этот парень далёк от политики или интриг. Не лучше ли будет для нас, если Великая Герцогиня, которая собиралась управлять всем вместо него, лишится власти?

Когда Великий Герцог Ройгар спросил, так ли это, маркизе Камелии ничего не оставалось, как согласиться.

Но печаль в её сердце не ушла, поэтому она вернулась и позвала Скайлу.

– Ты знакома с леди Хейзел из Бельмонда?

– Да, матушка. Я подружилась с ней во время подготовки к празднованию дня рождения Её Величества.

– Я бы хотела, чтобы ты узнала у леди Хейзел, как ей пришла в голову идея последовать за вдовствующей маркизой Розанн?

– Я купила информацию у горничной, когда узнала, что дочь издательства Бельмонд пошла узнать о некроманте. Я думала, матушка знает. Там была очень подробная статья.

– Да. Но почему-то мне кажется, что в этом есть нечто большее.

Скайла на мгновение открыла рот, затем снова закрыла и спросила:

– Дядя тоже так думает?

– Просто у меня есть некоторые сомнения. На самом деле, как-то странно, что род виконта Пешер вернулся.

– Странно?

– Нелегко же потомку из семьи, которую все считали вымершей, появиться?

Маркиза Камелия вздохнула.

– Тем более, если семья несёт ответственность за смерть принца и принцессы всего 18 лет назад, и пара покончила жизнь самоубийством. Этот род также эффектно дебютировали на дне рождения Императрицы, не так ли?

– Да.

– Его не упоминают из-за инцидента с вдовствующей маркизой Розанн. Неужели они знали, что это произойдёт, и в то же время освободили род виконта Пешер.

– Не слишком ли вы много думаете? Я вижу, что матушка в последнее время немного встревожена.

– Хотела бы я этого не делать. Но не слишком ли удивительно даже называть это случайностью?

Скайла не ответила.

– Или, может быть, она предсказала, что это произойдёт, и поставила в соответствие с этим виконта Пешера...

– Матушка.

– Это могло быть случайностью. Но если хоть что-то из этого не случайно, а кем-то спланировано, слишком опасно не знать такого противника. Лучше быть осторожным, чтобы не пострадать.

Скайла на мгновение задумалась и осторожно сказала:

– Если бы такой серый кардинал действительно существовал, что бы сделала матушка?

– Мы должны найти способ справиться с ними. И убедитесь, что точно знаем их цель.

Маркиза Камелия посмотрела на Скайлу.

– Я не знаю, работают ли они на Императрицу или у них есть какая-то другая цель…

Ей было трудно узнать наверняка, подозревает ли маркиза Камелия Артезию или нет.

Поэтому Скайла немного подумала об этом.

– Но разве вы и дядя не единственные, кому это выгодно? Кто бы устроил такой заговор? Вероятно, это не то, что Её Величество Императрица сделала бы для виконта Пешера.

Императрица открыто представила виконта Пешера всеобщему вниманию на праздновании своего дня рождения. Она не скрывала, кого держала на руках.

Так что, наоборот, было нелогично также тайно замышлять скрыть виконта Пешера от глаз общественности.

Маркиза Камелия согласилась.

– Да. Её Величество Императрица не из тех, кто прячется и планирует всё тайно.

– Это что-то, что дядя сделал без ведома матушки?

– Определённо нет.

– Тогда, возможно, это сделал храм.

– Маловероятно. Вдовствующая маркиза Розанн всегда привлекает внимание, так что она, должно быть, была лучшей приманкой.

– Возможно, это дело рук Великой Герцогини Эфрона.

– Она слишком много теряет для этого.

Маркиза Камелия молчала. Так что Скайла повернулась спиной, размышляя.

– Да. Я тоже не знаю. – сказала маркиза Камелия.

Скайла догадывалась больше, чем маркиза Камелия. Но она решила не говорить всего.

Это было потому, что она не могла отказаться от мысли, что маркиза Камелия переезжает к Великому Герцогу Ройгару.

Но было ещё не время решать, куда идти дальше.

Скайла была почти уверена, что Артезия контролировала ситуацию.

Если это так, посещение храма также может быть частью плана.

Если Артезия не будет побеждена, со стороны Скайлы будет глупо отказаться от неё и просто остаться под властью Великого Герцога Ройгара.

– Я поговорю с леди Хейзел и продолжу выяснять, что произошло во дворце Императрицы.

Она сказала именно это.

***

Комната, отданная в храме, была маленькой комнатой монаха, в которой были только кровать и небольшой письменный стол. Одежда, в которую ей дали переодеться, тоже была монашеской одеждой из грубой конопли.

Хейли не интересовала роскошь. Но она не могла не открыть рот на такое обращение.

– Послушайте, жрец, мы пришли сюда не для того, чтобы ожидать радушного приёма, но, по крайней мере, вы должны обращаться с нами как с гостями, верно?

– Я просто выполняю приказы…

– Я в порядке, Хейли. Если тебе некомфортно, можешь вернуться.

Так сказала Артезия. Хейли, конечно, не могла этого сделать.

– Я имею в виду, что с Вашей Светлость нельзя так обращаться. – сказала Хейли, вспомнив несколько предупреждений Ансгара.

Артезия тоже считал это ненормальным.

Дворянка она или Великая Герцогиня Эфрона – дело второстепенное.

Она дала огромное количество подношений. Кроме того, она была своего рода партнёром храма, потому что участвовала в проекте Возрождение Запада.

Поэтому странно, что с ними так обращаются.

Лечь на скрипучую соломенную циновку для самой Артезии не составляло особого труда.

Какой бы плохой ни была постель, это рай по сравнению с засыпанием на цепях и обмороком. Даже сама грубая одежда не представляла собой ничего особенного.

Но Артезия не ожидала, что храм так отнесётся к ней. В этом была проблема.

Хотя внешне храм не казался слишком щедрым, она думала, что внутри к ней будут относиться должным образом как к крупному инвестору.

Но когда она приехала сюда, это было странно со стороны епископа Акима. Он вёл себя нелогично агрессивно.

Епископ Аким должен быть человеком, который будет хорошо приветствовать.

Артезия видела в нём такого же человека, как она сама. Дело не в том, что у него нет веры. Но он был не из тех людей, которые будут плевать на всё вокруг из-за учения или благочестия.

В отличие от размещения и одежды, ужин был довольно роскошным. Тогда Артезия убедилась.

Должно быть, силы были разделены и сражались внутри храма.