Онлайн чтение книги Вторая жизнь злодейки The Villainess Lives Twice
Глава 87

Это было ожидаемо.

Деревня, созданная для изучения метода выращивания карамских культур, насчитывала около 20 дворов. Там не было больших семей, как в обычных деревнях. Тем не менее, население превышало 80 человек.

Это не 80 обученных солдат или особых подчиненных, а 80 простых жителей деревни.

Странно, что информация просачивается быстро. Конечно, было бы лучше убить их всех, чтобы прикрыть рты.

Тем не менее, у Артезии есть две причины не предлагать убийства, веря словам Ханны и Седрика, что они могут управлять информацией.

Во-первых, Седрик не может принять средства уничтожения.

В любом случае, они не могут это себе позволить. Скорее, в результате этого, если уверенность в себе уменьшится и свобода слова ослабнет, они не смогут сделать то, что должны в важный момент в будущем.

Во-вторых, транспортное общение между севером и материком было неудобным.

Вторая причина была немаловажной: у крестьян, живущих на северной оконечности Великого Герцогства Эфрон, практически нет возможности передавать информацию на материк.

Великое Герцогство Эфрон - место с плохой передачей всего, так что распространение информации также было очень медленным.

Даже если поговорить с окружающими, вряд ли это дойдет до материка через Великое Герцогство.

Если и дойдет, то после того, как работы на западе уже будут завершены.

Возможно, в Великом Герцогстве есть имперский шпион.

Однако, если собранная информация касалась посевов Карам и северного города Толд, вероятность узнать ее была низкой.

Ханна демонстрировала уверенность в том, что контролировала вовлеченных людей.

Однако есть то, что никто в мире не может остановить. Это был религиозный дух.

Возможно, тот, кто исповедовался священнику, даже не понял, что рассказал секреты.

Все потому, что исповедь благочестивого человека состоит из любой информации и тайн, ведь от Бога нет тайн. Никто не думает, что исповедоваться в грехах перед Богом, которому они молятся перед сном, было бы открытием тайн.

Конечно, священник, принявший исповедь, занял иную позицию.

- Ваша Светлость, Храм определяет Карама как дьявола. Карам принадлежит дьяволу, - сказал священник с праведным лицом, - это преступление, которое подданные Великого Герцога совершают. Более того, говорят, что из-за этого и разразилась война.

Забыв, что он был перед Великой Герцогиней, он охватил свое лицо обеими ладонями и рассуждал:

- Это божья кара. Естественно, что мы привлекали дьяволов, потому что мы записывали вещи демонов. В отличие от других времен, Карам внезапно появился за пределами своего рода, это должно быть из-за этого.

- Вы говорили с епископом? - спросила Артезия с низким мягким голосом. Нужно было знать политику священников.

Священник покачал головой.

- Я не сказал ему. Епископ - слабак. Кроме того, он тот, кто принимает единство этого региона важнее, чем поддержку воли храма.

- Я понимаю.

- Конечно, есть случаи, когда это неизбежно, чтобы выжить, и я знаю, что есть люди, которые помогают Караму.

- Да.

- Но я сказал ему, что мы должны более интенсивно проповедовать о том, что это запрещено. Но епископ сказал, что неправильные добрые дела тоже добрые дела. Во-первых, он тот, кто всегда говорит, что надо жить.

Священник еще раз погладил себя по лицу. Но затем на его лице появилась решимость.

- Вот почему я обращаюсь к Вашей Светлости. Я все хорошо знаю, потому что я родом отсюда. Епископы, другие священники… может быть, большинство промолчали, чтобы прикрыть Эфрона.

- Священник.

- Но это привело к войне. Как я могу просто оставить это? Должен быть кто-то, кто обрек нас на войну.

- Как священник хочет, чтобы я помогла вам? Я ничего не знаю о здешней ситуации и мало что знаю о Караме.

- Пожалуйста, сообщите об этом аббатству на материке, Ваша Светлость.

Священник низко склонил голову.

- Аббатство слишком далеко отсюда, и я думаю, что даже если я напишу письмо в аббатство, кто-то посередине, скорее всего, его перехватит.

- Священник.

- Если аббатство потребует, епископ не простит дьявола и дурака, который общается с Карамом для их же блага. Мы должны найти их как можно скорее. Мы не должны допустить, чтобы Великое Герцогство Эфрон было оставлено Богом из-за его подданных, не так ли?

Артезия все еще просто смотрела на священника.

Вроде бы и не было злобы. Он искренне беспокоится о Великом Герцогстве Эфрон.

Если бы об этом было известно на материке, то было бы немыслимое преступление общения с Карамом и отлучение Великого Герцогства Эфрон.

- Я рада, что вы обсудили это со мной.

Артезия задумалась.

- Сейчас сложно что-то сказать, - ответила она спокойно, - потому что еще не ясно, действительно ли причина войны из-за этого. И… может быть, исповедник сказал священнику что-то не то с дурным смыслом?

- Вы не должны сомневаться в личности исповедника.

- Хорошо, но если кто-то из подданных Великого Герцогства делает что-то тайно, я не смогу быстро вмешаться. Это не похоже на обычную проблему.

- Да.

- Итак, прежде всего, я немного разузнаю обо всем. Пожалуйста, держите это в секрете до тех пор.

- Да, осторожные слова Вашей Светлости верны.

Священник кивнул.

Артезия встала и попрощалась с ним:

- Скоро увидимся снова. Ничего, если вы меня не проводите.

Священник встал следом за ней. Артезия оставила его в комнате и вышла одна.

Закрыв дверь, вырвался вздох.

- Уууф.

Альфонс молча поднял лампу.

Артезия быстро вышла из храма.

Священники довольно неприятны.

Храм имел значительный уровень централизованной системы. Фермеры на северной оконечности не могут передавать информацию на материк, но священнику очень легко связаться с другими храмами.

За это время письмо можно перехватить. Но когда-нибудь оно доберется до храма.

Если Артезия ответит не так, то этот священник, несомненно, придумает другой способ послать новость.

И слова священника будут восприняты более серьезно, чем слова фермера. Это шокирующая история для людей с материка, если они узнают, что здесь общаются с Карамом.

Не исключено, что проблемой станет не только урожай Карамов, но и все общение, имевшее место в Великом Герцогстве Эфрон, будет трактоваться как преступление.

Если бы об этом сейчас говорил не священник, а кто-то другой, Артезия просто убила бы их. Потому что мертвые не могут говорить.

Но она не может сделать это со священником.

Имена всех священников есть в списке аббатства. Если они умирают, они должны сообщить причину своей смерти.

И если священник внезапно умирает по неприемлемой причине, аббатство обязательно попытается выяснить причину.

Артезии стало жаль.

Если бы она узнала раньше, то убила бы священника из оружия жителей Южного моря, которое держали мертвые люди Кадриоля. Если бы мы сказали, что это несчастный случай, который произошел во время налета, сработало бы это?

Однако похороны уже состоялись, и тело не могло появиться сразу после них.

К счастью, священник рассказал все Артезии. Священник предстает набожным принципиальным человеком, верным храму.

Так что он не мог легко забыть признание исповедника.

В любом случае, первое, что нужно сделать, это выяснить причину войны.

Артезия вышла со встревоженным лицом.

Лисия и служанки, ожидавшие снаружи храма, смотрели на нее с тревогой.

- Что случилось, Ваша Светлость? Что произошло внутри?

- Когда похороны закончатся, скажи виконту Агату и Ханне, чтобы они пришли ко мне. Неважно, насколько поздно это будут.

- Хорошо, - ответила Лисия с напряженным лицом.

Артезия быстро вернулась в крепость.

Двое людей собрались в гостиной Артезии далеко за полночь, и было около 3 часов утра.

Артезия сидела перед камином, все еще в траурной одежде. Она очень много думала, пытаясь организовать свои мысли.

После того, как все расселись, Артезия сначала спросила виконта Агата:

- Какова ситуация у Толдских ворот?

- Что касается того, что сообщило последнее письмо, конфликта пока нет. Тем не менее, количество карамов воинского класса, собравшихся перед крепостью, оценивается в более чем 20 000 и менее 25 000.

- Вообще, когда начнется война, я знаю, что соберется гораздо больше, - добавила Лисия больше пояснений. На этот раз Артезия посмотрела на Ханну.

- Я сегодня кое-что слышала.

- Что?

- Говорили, что война началась из-за деревни к северу от Толда, - сказала Артезия холодным голосом.

Лицо Ханны побледнело.

Она посмотрела на виконта Агата. Виконт Агат помедлил и посмотрел на Лисию.

- Великий Герцог велел тебе скрывать это от меня? Или ты сама это скрываешь? - спросила Артезия холодным голосом.

Вместо этого ответила Лисия:

- Я не знаю, о чем идет речь, но я точно знаю, что Великий Герцог велел беречь крепость.

Затем виконт Агат опустил голову.

- Прошу прощения, Ваша Светлость.

Ханна вскочила и опустилась на колени.

- Да, это моя вина. В процессе ухода из деревни я случайно похитила ребенка Карама.

- Ребенка?

- Недалеко была новая деревня Карам. Говорят, что дети с обеих сторон часто играли друг с другом. В тот день в процессе уничтожения деревни и расселения жителей часть детей вместе зашла в ворота Толда. Военный офицер, допустивший ошибку, сказал, что на ребенке был капюшон, закрывающий его верхний глаз, поэтому он подумал, что он представитель смешанной расы, и впустил его.

Артезия тяжело выдохнула с облегчением.