Онлайн чтение книги Вторая жизнь злодейки The Villainess Lives Twice
Глава 134

Епископ Аким сидел напротив маркизы Камелии.

Хотя визит не был запланирован заранее, епископ Аким не был удивлён.

Он очень хорошо знал, что маркиза Камелия заботится об Артезии.

Даже когда между епископом Акимом и Великим Герцогом Ройгаром было заключено тайное соглашение, маркиза Камелия отреагировала очень чутко.

Это произошло только после того, как Великий Герцог Ройгар и епископ Аким согласились быть относительно снисходительными по отношению к Артезии.

Великий Герцог Ройгар хочет, чтобы Лоуренса обвинили в государственной измене. А Артезия – это просто мост, ведущий к Лоуренсу.

Говорят, что Артезию недавно хвалил Император, но разрыв очевиден из-за Мираилы и её собственного ребёнка в расцвете сил.

Не было необходимости рисковать, затаив обиду на Седрика и доводя Артезию до крайности.

Его желание заручиться поддержкой Седрика пока не изменилось.

Однако он хотел принять форму, в которой он протягивал руку из более выгодной позиции. Именно потому, что поддержка Седрика была не так сильна, он отчаянно в ней нуждался.

В процессе было бы лучше, если бы обида между Императором и Седриком могла углубиться.

И участие его жены в измене было бы чем-то, что напомнило бы ему о наказании его родителей.

Вот почему он надеялся, что доказательства этой измены поступят со стороны храма.

Император вынужден казнить маркизу Розанн, включая Мираилу и Лоуренса, за измену.

И в процессе он попытается дать ему милость, чтобы убрать Артезию.

Седрик далёк от такого заговора или клеветы. И у него не было советника, чтобы дополнить эту часть.

Как бы то ни было, Артезия, кажется, начинала в такой роли, но она всё ещё молода и вовлечена в работу.

Великий Герцог Ройгар подумал, что она может остаться в неведении.

Если Великий Герцог Ройгар так решил, то не было причин возражать.

В конце концов, ему нужна была причина для изгнания монаха Колтона. Сама Артезия неплоха.

Как только Артезия будет изгнана из центральной политики, она не сможет открыто поддерживать монаха Колтона, какой бы богатой она ни была.

Если после этого Артезия поддержала монаха Колтона, не так уж плохо, что это могло стать поводом для разногласий.

Но маркиза Камелия была против их воли.

Если они решат напасть на Артезию, они не должны расслабляться и полностью её устранить.

И епископ Аким, кажется, понял причину.

– Как всё прошло? Что вы думаете о Великой Герцогине Эфрона после встречи с ней?

Епископ Аким собственноручно налил чай в чайную чашку и подал маркизе Камелии. И сказал без малейшего волнения:

– Я сожалею, что не прислушался к совету мадам и недооценил её. Я думал, что она маленькая девочка.

– …

– Хотите посмотреть?

Сказал епископ Аким и пошёл к своему столу. Затем он вынул лист бумаги и показал его маркизе Камелии.

– Древний почерк маркизы Розанн.

– Она очень опытная.

Маркиза Камелия сказала это, хотя она не очень хорошо знала древний язык. Но она могла увидеть написание.

– Она даже написала левой рукой. Будто знала, о чём я попрошу.

– …

– Нелегко тому, кто привык писать, снова писать как ребёнок. Тем, кто знает принципы написания знаков древнего языка, довольно сложно писать коряво, как в рукописи, найденной в особняке Розанн. Даже если бы я попытался скопировать тот же шрифт, это было бы невозможно. – сказал епископ Аким, – Сначала я не думал, что юная маркиза Розанн замешана в этом. Как мадам знает.

– Да… Я так и думала, допуская возможность того, что книгу написала Великая Герцогиня.

– Нет никаких доказательств вмешательства маркизы Розанн ни до, ни после происшествия. Однако, если и была связь, то она просто напрягала Мираилу и спровоцировала её безумие, ведь была просто ссора между матерью и дочерью.

– Да.

– Но если бы это была книга со словами проклятия, всё было бы немного по-другому. Она была написана менее трёх лет назад. Вы можете сказать это, взглянув на выцветание бумаги или цвет чернил.

– Это из-за того, что она спрятала книгу, которую написала много лет назад в библиотеке, которую Мираила случайно нашла и попыталась использовать для своего проклятия?

– Так я и подозревал. Может быть, это было скрыто сердцем, проклинающим собственную мать. Разве юная маркиза Розанн в то время не была достаточно взрослой, чтобы принять бранные слова? Это не совпадение, просто карма вернулась сама по себе.

Епископ Аким продолжил.

– Но увидев лично, я изменил своё мнение.

– Как?

– Если бы маркиза Розанн хотела избавиться от Мираилы, она бы написала слова сама, без копирования на бумаге.

Маркиза Камелия задумалась.

– Я думаю, что епископ, кажется, согласен со мной, что Великая Герцогиня действительно сделала это.

– Я не могу этого сказать. Рукопись никогда не была написана маркизой Розанн.

Епископ Аким вздохнул.

– Но если бы план придумала сама маркиза, она бы уже знала, что может быть замешана. Так вот, чтобы закопать улики, она специально сделала рукопись чужим почерком, и с гордостью показала мне таким образом свой почерк.

– Думаете, она была уверена, что вы никогда не узнаете, что она сделала?

– Верно. Мы знаем, но, по всей вероятности, ни служанки, ни прислуга никогда не переписывали его. Как бы логично вы ни думали, это настоящая случайность. По крайней мере, так действительно смотрится со стороны.

– Да. Я тоже так думаю.

Маркиза Камелия тоже с готовностью согласилась.

Если бы Артезия использовала Мираилу для убийства Императрицы, она не была бы настолько небрежной, чтобы её разоблачили так быстро.

И наоборот, если в небрежности есть цель, они не смогут собрать доказательства. Особенно в столь малые сроки.

– Также странно, если целью было победить сэра Лоуренса. Ведь прибыль и убыток ничего не значат, когда тебя считают предателем. Риск слишком велик. – сказал епископ Аким.

– Да.

Маркиза Камелия согласилась и на этот раз и сказала:

– Помимо логики, ваш разум, должно быть, был склонен к неслучайности? Ведь епископ мудр.

При словах маркизы Камелии епископ Аким глубоко вздохнул.

Он думал, что это совпадение, поэтому пытался получить доказательства силой.

И наоборот, если это постановочное совпадение, улики ниоткуда не возьмутся.

Но вскоре оба пришли к одному и тому же выводу.

Истина дела была не важна. Важен был результат.

– Если вы решили не наносить удар, то мало знаете, но если вы решили напасть первым, то должны быть уверены. – сказал епископ Аким.

– …Да.

Епископ Аким теперь согласился быть в руках маркизы Камелии.

Прямо сейчас он не должен был думать об этом как о предлоге для нападения на монаха Колтона.

К нему следует подходить с точки зрения устранения помехи. Вы должны пресечь росток, прежде чем он превратится в действительно угрожающего человека.

– Если только мы не найдём настоящие доказательства.

Как только епископ Аким закончил фразу, хлопнула дверь.

Епископ Аким вскочил от неожиданности.

– Что это за дерзость?

Донесся звук снаружи, приглушённый толстыми дверями и окнами. Издалека послышался шум.

– Рыцари Эфрона здесь. – сказал священник с лицом, мокрым от холодного пота.

– Что?

– Великая Герцогиня Эфрон потеряла сознание в молитвенной комнате. Кажется, её фрейлина, которая была с ней, подала сигнал тревоги.

– Почему мне не доложили об этом раньше?

– У вас был важный гость, поэтому я сначала позвал доктора. Я не хотел тревожить вас лишний раз. По какой-то причине рыцари прибыли почти одновременно с доктором.

Священник склонил голову.

Епископ Аким вскочил на ноги. Маркиза Камелия уже закрыла лицо вуалью.

– До свидания.

Епископ Аким не стал ждать ответа маркизы Камелии. Ничего хорошего не выйдет, если будет известно, что они тайно встречаются.

Он поспешно направился к выходу.

***

Причина, по которой Рыцари Эфрона прибыли так быстро, заключалась в том, что они были подготовлены заранее.

В тот день, когда Артезия пришла в храм, не все рыцари вернулись в резиденцию Великого Герцога.

У Альфонса всегда было по крайней мере три рыцаря, наблюдающих за храмом. Он тоже остался рядом.

Это Альфонс дал Хейли вспышку.

И как только вспыхнула сигнальная ракета, он двинулся первым.

Храм был в недоумении. Храм – не то место, где обычно закрывают свои двери.

Никто не знал, что произошло, пока три вооруженных рыцаря не вошли на территорию храма.

Было больше людей, которые не знали, что Артезия была в храме.

Некоторые из священников знали Альфонса, поэтому выступили вперед.

– В этой внутренней части живут священники и монахи, сэр Альфонс. Я не знаю, что происходит, но если вы подождёте снаружи, я позову того, кого вы ищете.

– Я пришёл забрать нашу Великую Герцогиню.

Услышав эти слова, на лице священников появилось удивление.

Один из них побежал к архиепископу, другой к епископу Акиму, а третий к епископу Никосу.

Вошли вооружённые рыцари. Рыцари сошли с лошадей, как было предписано, у главных ворот храма.

Однако в строю они направились к зданию за храмом, где прозвучал сигнал.

По всему зданию разносился пронзительный стук ботинок.

Жрецы собрались, чтобы остановить это.

То же самое было и со священниками, которые ничего не знали. Они не могли позволить рыцарям войти в святой храм вооружёнными.

В это время епископ Аким услышал новость и выбежал.

– Что это всё значит! Как вы смеете вторгаться в храм своими грязными ногами?

Он вышел вперёд, не колеблясь, и закричал.

– Епископ, мы здесь только для того, чтобы увидеть Её Светлость Великую Герцогиню. Если вы приведёте её сюда, к нам, у меня не возникнет желания входить в храм. – сказал Альфонс.

– Маркиза Розанн ещё не закончила своё покаяние. – с холодным лицом сказал епископ Аким.

– Тогда позовите фрейлину, которая была с ней. Нам нужно знать, что послужило причиной запуска аварийных ракет.

Епископ Аким изменился в лице.

– Смеете теперь сомневаться в безопасности храма?

– Если Её Светлость в безопасности, нам не о чем беспокоиться. Всё, что вам нужно сделать, это позволить ей встретиться со мной.

Епископ Аким холодно сплюнул.