Онлайн чтение книги Вторая жизнь злодейки The Villainess Lives Twice
Глава 145

Седрик помчался к резиденции великого герцога.

Его особняк находится недалеко от резиденции премьер-министра, но он никогда ещё не был так расстроен.

Даже вид людей на улице злил его.

Когда он ворвался в особняк великого герцога, слуги встали в ступоре.

Седрик остановился в вестибюле. И сделал глубокий вдох. То, что он торопиться, ничего не изменит.

Слуга ждал его с водой и полотенцем. Седрик вымыл руки и лицо.

Он надеялся, что его лицо сохранит невозмутимость.

Ансгар с тревогой посмотрел на него.

— В чём дело? С Тией что-то не так? Её состояние ухудшилось?

— Нет. Врачи говорят, что ей значительно лучше. Он сказал, что её цвет лица восстановился настолько, что не было проблемой, что она ничего не ела, пока спала…

“И что...?”- Спросил Ансгар в большом замешательстве.

“Похоже, она прямо сейчас плачет”.

Он не знал, о чём они говорили за закрытой дверью, но слышал только крик.

До сих пор все, кого видели сотрудники, — это улыбающееся лицо Артизии и величественная хозяйка.

Ансгар увидел её плачущей в первый день, когда она пришла в этот дом.

Но даже тогда Артизия не утратила своей благородной внешности, несмотря на синяки и изуродованное лицо.

Доктор не знал, что делать.

“ Похоже, она не знала, что беременна.

“Она думала, что бесплодна"…… кажется, она шокирована.

Доктор сказал это осторожно.

Седрик кивнул, показывая, что понял, и снял свой пыльный плащ. Ансгар взял его одежду.

Когда они вошли в гостиную Артезии, Маркус, стоявший у двери, подбежал к Седрику. Софи чуть не плакала.

Лизия и Альфонс тоже выглядели обеспокоенными, затем посмотрели на Седрика и облегчённо вздохнули.

Тук-тук.

Седрик постучал в дверь.

И открыл дверь, не дожидаясь ответа. Он не хотел, чтобы Артизия встречала его полностью готовой к встрече.

Даже если Артизия будет относиться ко всем в этом мире так же, как к нему, она не должна так поступать с ним.

“Икк!”

Артизия удивлённо икнула, услышав, как открылась дверь.

Элис обняла Артизию, словно окутывая её, и посмотрела в сторону двери.

Седрик сделал шаг в сторону двери. Затем он отвёл руку назад и закрыл дверь.

“Господи, лорд Седрик, как вы...”

Артизия недоверчиво посмотрела на него. Кровь отлила от её заплаканного лица.

— Я вернулся в тот день, когда вы упали в обморок. Я не специально выбрал эту дату.

Артизия в замешательстве посмотрела на Алису. Алиса ответила тихим голосом.

“Да”.

“Что, почему?”

— То, что я должен сделать у Толдских ворот, -это, конечно, дело всей моей жизни, но оно не важнее тебя.

Седрик ответил тихим голосом.

Тело Артизии, застывшее от удивления, начало дрожать.

Элис взяла ее за руку. Седрик сказал:

— Элис, я не могу сказать, что ты беспокоишься меньше меня, но я хочу, чтобы ты на минутку отошла в сторону.

Если бы Седрик оказался хоть немного сильнее, Элис не оставила бы Артизию.

Но он был вежлив и очень спокоен.

Артизея крепче сжала руку Элис.

Элис мягко отстранила её руку, вежливо поклонилась Седрику и удалилась.

Седрик подошел к кровати.

Артизия отпрянула, словно испугавшись, и собралась убежать. Но она быстро добралась до края кровати.

Седрик притянул её к себе и обнял, прежде чем она упала с кровати.

Артизия в ужасе оттолкнула его. Седрик схватил её, когда она сопротивлялась, обнял и похлопал по спине.

Икота Артизеи едва прекратилась.

Нужно было о многом поговорить. Ему было что рассказать, о чём спросить и в чём упрекнуть.

Её первым обещанием было то, что она не причинит себе вреда, и Артизия до сих пор не может этого сделать.

“Ты выпила воды?”

Артизея не ответила и только кивнула головой.

Седрик прижал её голову к своей груди и слегка погладил по затылку.

“ Доктор сказал, что тебе следует хорошо питаться и отдыхать.

“Что…… Я...... пытаюсь”.

Артизея заикнулась.

Она не знала, что сказать. Она не хотела говорить о ребёнке.

Но Седрик уже должен был знать. Если бы доктор знал, все в резиденции тоже знали бы.

Она так боялась, это сказать. Она боялась сказать, что не хочет этого.

Но Седрик спросил Артизею, прежде чем она заговорила.

“ Ты боишься ребенка?

Тело Артизеи напряглось.

Седрик, понимая, что она больше не сможет сбежать, осторожно положил её на кровать.

Затем он большим пальцем вытер её заплаканные глаза и прижался губами к её лбу.

— Тебе не обязательно рожать его. Если ты не хочешь.

“…… !”

Тело Артизии задрожало, как при конвульсиях. Седрик провёл рукой по её лбу.

Последние две ночи он бесчисленное количество раз думал о том, что Артизия могла выпить лекарство, даже зная, что у неё есть ребёнок.

Может быть, она подумала, что с таким же успехом могла бы избавиться от ребенка.

Он подумал, что если бы она всё равно собиралась сделать аборт, то могла бы выбрать момент, когда это было бы наиболее эффективно, и сделать это частью своей уловки.

Седрик догадывался, что Артизея ставит перед собой цели.

Цель — это не причина, по которой она установила двухлетний срок, когда они поженились, и не день, когда он будет коронован.

Она уйдёт, когда решит, что ситуация уже не изменится, или когда решит, что больше не может способствовать росту влияния Седрика.

Поэтому он подумал, что она может посчитать ребёнка помехой своим планам.

Возможно, её просто увлекли их отношения как мужчины и женщины, и она не хотела создавать семью или заводить ребёнка.

Но он подумал, что ему повезло, что это было не так.

Артизея просто боится.

«Ты слаба и молода, я прекрасно понимаю, что рожать детей может быть опасно. Когда ребёнок родится, тебе будет трудно передвигаться».

Что-то внутри груди Седрика, казалось, было смыто водой.

Он уже принял решение, даже когда подумал, что она могла выпить лекарство, зная о беременности.

Заводить ребенка или нет, пусть Артизея выбирает сама.

И все же ему было больно.

Но теперь всё в порядке. Если бы она приняла такое решение в слезах, он бы и сам его принял.

«Вероятно ты пытались избавиться от ребёнка, я думаю, это возможно. Если ты не хочешь, то не обязательно рожать».

Когда Седрик сказал это, на этот раз Артизея заколебалась.

Поскольку она никогда не думала, что услышит такое.

Но в её сознании разлилось не облегчение. Тревога и страх пробежали по её венам, заставив руки и ноги задрожать.

В конце концов, Седрик, возможно, даже не думал о том, чтобы завести какого-либо ребенка.

Он, наверное, подумал, что это невозможно. Разве она не дочь Мирайлы и не сестра Лоуренса?

Она даже представить себе не могла, что Седрик не такой человек.

Артизия подумала, что это безумие. Но ничто не позволяет ей мыслить здраво.

Седрик положил руку на глаза Артизии, словно понимая, какие мысли роятся в её голове. Это было похоже на ту ночь, когда они впервые стали единым целым.

“ Но дело не в том, что я сам ненавижу этого ребенка.

Даже тогда, и сейчас, когда её глаза были закрыты, Артизия чувствовала себя странно.

Просто, когда ей закрывали глаза, ей казалось, что она отрезана от мира.

Руки Седрика были большими и тёплыми, влажными от её слёз. Это прикосновение растопило то, что было в голове Артизии.

“Тогда рожай”.

— Но, что, если это неправильно? Я, я, я не уверена, что смогу правильно его поднять. Хнык…….

“Я хорошо его воспитаю”.

«Если, если он похож на меня, если он похож на мою мать или брата, или если в нём течёт кровь моего биологического отца».

Артизея ахнула и запинаясь произнесла это.

Она даже не понимала, правильно ли она выговаривает слова. Казалось, что слова, которые вырывались из её груди, проходили прямо через рот, а не через голову.

“ Ты, кажется, забываешь, что в моих жилах течет императорская кровь.

“Это.......”

— Если бы вы сказали «дурная кровь», это было бы лучшим описанием. Разве вы не знаете, что императорская семья смывала кровь кровью?

“Господи, Седрик”.

— Тиа, ты не родилась с дурной кровью. Никто никогда не учил тебя правильному пути.

— тихо сказал Седрик. Он прижался к Артизии и ласково заговорил.

“Я тоже боюсь”.

Артизея сделала глубокий вдох.

«Я даже не помню лиц своих родителей. Вместо того, чтобы оставить после себя хороший мир, я, возможно, покину его с большим багажом».

“...... Ни за что...”.

— Если нам не повезёт, нас с тобой могут казнить, а ребёнка оставить одного, как это случилось со мной. Его Величество прекрасно знает, что человек может вынести.

Артизея не могла этого отрицать.

— И всё же я хочу этого. Как только ты стала моей женой, дети встали на путь, по которому мы должны идти вместе.

Артизея застонала.

“...... Все равно я не могу...."

В любом случае, как у нее вообще мог быть ребенок от Седрика?

Было бы лучше, если бы это был просто ребёнок, рождённый от Седрика и её самой.

Однако, когда ребёнок рождается, он становится старшим ребёнком Великого Герцогства Эврон, рождённым в законном браке. Он был безусловным наследником.

Седрик снова вытер ей глаза ладонью.

“Такой плач приводит к обезвоживанию организма”.

“Я..."

Артизея пробормотала несколько ничего не значащих слов.

Седрик притянул её к себе, обнял и заставил уткнуться лицом ему в плечо.

“Тебе не обязательно принимать решение прямо сейчас”.

“Но......”

— Не думай об этом. Ты подумаешь об этом со мной позже. Ты меня поняла?

- Сказал он, утешая ее.

Что это значит? Артизея задумалась. То, что Седрик рядом с ней, пугает ее сейчас больше всего.

Но когда он погладил её, остальные мысли растворились в её сознании. Теперь она даже не могла вспомнить, почему начала плакать.

Артизия заплакала, когда он разжал руки, обнимавшие её за шею. В какой-то момент она погрузилась в глубокий сон.