Онлайн чтение книги Вторая жизнь злодейки The Villainess Lives Twice
Глава 99

Первым местом, где Артезия показалась в столице, был дворец Императрицы. Для фрейлины Императрицы это было ожидаемо.

Во дворце была немного другая атмосфера, чем раньше.

Довольно серьезных изменений не произошло. Даже когда императрица сделала его могилой, в которой жила, сад дворца был прекрасен и остается таким до сих пор.

Но атмосфера была совсем другой. Все потому, что когда открылся салон графини Марты, то часть сада также была открыта для гостей салона.

В конце концов, на голых ветвях расцвели ростки и сад стал окрашиваться в более светлый цвет. Бутоны магнолий, сформировавшиеся в ранний период, казались ярче, чем в прошлом году, потому что долго были на свежем воздухе и получили уход.

Императрица взяла Артезию и вышла в сад. Это было сделано с двумя целями: сделать так, чтобы о ней говорили и показать, кого Великая Герцогиня Эфронская сначала посетила в столице.

Конечно, сам разговор нельзя было назвать теплым, ласковым.

- В Великом Герцогстве Эфрон было много шума из-за войны. Правильно ли возвращаться в одиночестве вот так?

Голос императрицы был жестким и холодным не потому, что она беспокоилась о Великом Герцогстве Эфрон.

Для императрицы в столичном Императорском дворце война в Великом Герцогстве Эфрон не более чем далекое дело. Она не думала, что даже если они потерпят поражение, все Великое Герцогство Эфрон будет разрушено.

Даже если одна стена будет пробита, стена Элии все равно есть. Вероятность того, что столица окажется под угрозой, была невелика.

Война является очень важным вопросом для правительства и военнослужащих. Однако к императрице это не имело никакого отношения.

На самом деле, ей было все равно, даже если империя окажется в кризисе после того, как стена Элии будет разрушена.

Так что она спросила об этом как инвестор. Но никак не Императрица.

- Потому что в военных делах от меня мало толку. Я решила, что сидеть в крепости и жить с людьми Великого Герцогства Эфрон было не чем иным, как пустой тратой времени и ресурсов, потому что у них был еще один человек, которого нужно защищать, - мягко ответила Артезия.

- Ну, ваша цель не в том, чтобы быть хорошей Великой Герцогиней, - пробормотала императрица, теребя лисью меховую куклу через плечо.

Как у настоящей куклы, лицо лисы было воспроизведено почти в точности таким, каким оно было, шаль была очень длинной. Даже с такими плечами как у императрицы она была настолько длинной, что свисала на спине до бедер.

Она могла использовать ее как шаль, когда ей было холодно, но сегодняшняя погода была недостаточно холодной, чтобы носить меховую шаль.

Императрица прикоснулась к лисьему меху. Прикосновение было чудесным. Когда она дотрагивалась до ушей игрушки, ей казалось, что она прикасается к настоящей лисе или собаке.

Это был, конечно, подлинный продукт Великого Герцогства Эфрон, подаренный Артезией.

Просьба Артезии о прогулке также преследовала цель выделиться.

- То, что говорят, правда?

- Это правда, что Карам пересек горы Толд и у него есть осадное орудие. Вероятно, шпион Его Величества сообщил. Другие будут заняты проверкой достоверности, - неторопливо ответила Артезия. В ее словах не было лжи, так что не о чем было беспокоиться, и нельзя было бы манипулировать словами.

Великое Герцогство Эфрон на первый взгляд казалось тихим, но теперь там было очень оживленно. Не менее одного или двух человек пытались перехватить или украсть письма служащих.

Когда Артезия приехала, она принесла немало писем служащим и рыцарям в столицу от жителей Великого Герцогства Эфрон.

Она не могла привезти такие вещи, как товары, из-за особого графика, но могла привезти письма.

Артезия проверила все, не оставив никаких следов, потому что она беспокоилась об утечке секретов.

Хорошо, что нет никаких слухов о проекте урожая Карам или о том, что сделал Кадриоль.

Однако Карам не просто прошел через ворота Толда, а пересек горный хребет, чтобы совершать набеги и приобретать осадные орудия. Подданные Великого Герцогства волновались и не умолкали, и она не могла это остановить.

- Я понимаю, - ответила императрица и убрала руку от игрушки.

Люди стояли в саду под теплым солнцем. Им всем интересно, о чем у них разговор. Но никто не подходил.

- Вы не волнуетесь?

- Вы боитесь, что лорд Седрик проиграет?

- Да.

Императрица взглянула на Артезию.

- Щит империи, непобедимый полководец, в конце концов, все еще человеческое тело. Поскольку Седрик находится на передовой, он может быть в авангарде, и может произойти неожиданный инцидент.

- Это.... - пробормотала Артезия себе под нос.

Императрица была права, но Артезия, как ни странно, не беспокоилась.

Все потому, что нынешняя военная ситуация на самом деле не является настоящей войной? Или это потому, что она знает, что он не проиграл, столкнувшись с врагом в более сложной ситуации?

- Но если вы скажете ему остаться и не делать этого, лорд Седрик не из тех, кто станет это слушать. Это не только из-за его юношеского духа или порыва, лорд Седрик считает, что это его обязанность, - сказала Артезия.

- Хм…….

- Идти в авангард, защищать свой народ и подданных с риском для жизни, выполняя свои обязанности, не выходя из боя, вот почему лорд Седрик завоевал верность и собрал популярность, и это то, что он хочет показать народу под его командованием. Поэтому я не смею останавливать его.

На ответ Артезии императрица ушла, ничего не ответив.

Некоторое время они просто гуляли на солнце. Чисто расчищенный путь был засыпан теплой землей.

Артезия посмотрела с полшага назад в сторону императрицы. У императрицы было одинокое выражение лица.

Однако вскоре оно исчезло.

- Вы сказали, что привезли фрейлин из Великого Герцогства Эфрон?

- Да. В моей семье нет никого, кому я могла бы доверять. У меня нет друзей.

- …..

Императрица какое-то время смотрела в пустое пространство.

- Если бы моя дочь была жива, то вы бы подружились.

- Если бы принцесса была жива, Ваше Величество не осмелились бы позволить мне ступить на территорию императорского дворца.

- Это тоже верно.

Императрица улыбнулась.

Если бы старшая дочь была жива, у них с Артезией разница в возрасте была бы совсем другой.

И даже если бы Артезия не родилась дочерью Мираилы, неясно, решила бы она быть верной покойной принцессе.

- Я скоро приведу к вам моих фрейлин. У них не высокий статус, и они не особенно остроумны, но они хорошие дамы с хорошим поведением и добрым сердцем, так что Ваше Величество тоже сочтет их милыми, - вежливо сказала Артезия.

Лисия, должно быть, сможет утешить сердце императрицы. Лисия будет относиться к ней с чистым сердцем, независимо от привилегий и тому подобного.

- Они надежны, так как подданные Великого Герцогства Эфрон. В отличие от вас.

Артезия улыбнулась.

- Теперь, когда у вас был медовый месяц, я думаю, вы можете официально вести активную общественную жизнь в качестве Великой Герцогини Эфронской. Что вы собираетесь делать в первую очередь? - спросила императрица.

Речь идет не о проблемах, о которых они обе уже знают, вроде обрыва поставок.

Дело не в том, чем Артезии нужно заниматься лично, или в делах Великого Герцогства, вроде вопроса о коалиции торговцев зерном.

Императрица спросила, как она воспользуется композицией силы, которую она всю зиму выкладывала через салон графини Марты.

- Я хотела бы подготовиться ко дню рождения Вашего Величества Императрицы, - мягко ответила Артезия.

Императрица не удивилась. Она думала, что это причина, по которой Артезия вернулась до марта, была именно в этом.

Ее день рождения был где-то в конце марта. Если она будет готовиться с этого момента, будет трудно, но не невозможно.

- Это будет мой первый день рождения за 18 лет, - ответила императрица.

В это время Лисия находилась в салоне графини Марты.

Артезия попыталась разойтись с ней, направляясь во дворец Императрицы, но Лисия не могла этого допустить.

Хейли ушла с поручением в другое место, но другой работы у нее не было. Так что, конечно, она должна была пройти базовую практику в качестве фрейлины Артезии.

Есть еще кое-что. Седрик сказал ей не оставлять Артезию.

Может быть, это было полуформальное заявление, но Лисию это как-то беспокоило.

Поэтому она последовала за Артезией, но ей не разрешили вместе увидеться с императрицей.

Ее госпожа должна видеть императрицу наедине. Не о чем было сожалеть, если Артезия ее не взяла.

На самом деле Лисии стало немного легче. Она не была очень уверена в своих придворных манерах.

Придворная дама императрицы, графиня Марта, провела Лисию в салон. Затем она сама вернулась к императрице.

Лисия осталась одна, никого из знакомых не было в салоне.

Круг общения Великого Герцогства Эфрон означал сбор вассалов для обмена приветствиями и дружбы со знакомыми сверстниками.

Они танцевали и были представлены как новоназначенные рыцари или чиновники, но чувствовали себя скорее группой родственников или группой друзей, чем кругом общения.

Это был первый раз, когда были только такие незнакомцы.

Кроме того, было ослепительно видеть, что есть такие красивые и элегантные люди. Было интересно, но сложно привыкнуть.

Женщина ее возраста играла на пианино. Несколько человек стояли и болтали вместе.

Одна сторона с энтузиазмом обсуждала поэзию. С другой стороны они открыли большую книгу и поделились своими впечатлениями.

Было заметно, что в дело вовлечены не все литераторы или чиновники, а еще были аристократы.

Лисии казалось, что она не может ни к кому присоединиться, она стояла у стены и смотрела на свое платье.

Когда она впервые собиралась выйти на улицу, она задавалась вопросом, не будет ли платье слишком красивым, чтобы носить его как повседневное. Она четыре раза спрашивала Софи, хорошо ли она выглядит.

Но когда она пришла сюда, это было не слишком вульгарно, не слишком просто, а средне.

Решив так в уме, она подошла к столу, где были приготовлены закуски.

Потому что казалось, что лучше есть, чем ничего не делать.

Когда она жевала печенье, оно было похоже на ароматный фрукт, который она никогда в жизни не ела.

Было бы неловко взять один или два из них? Но она также хотела, чтобы Артезия попробовала его.

Было бы неплохо, если бы она взяла только два и отдала один Артезии, а если бы она сказала, что они вкусные, то оставила бы другие на кухне и попросила бы их приготовить еще, или так нельзя?

Нет, она должна взять три. Она должна дать Софи тоже.

Она вытащила платок.

- Прошу прощения.

Молодой человек подошел к столу и посмотрел на Лисию, пытаясь поднять кувшин с водой.

Лисия невольно взглянула на него, пытаясь завернуть печенье в носовой платок. И она забыла, как дышать, даже не подозревая об этом.

У мужчины была особая линия красоты, как у статуи мальчика-бога, оставленной в саду.

Это был Лоуренс.