Контент удален!

Но как я могу ей доверять?

Знакомы они совсем недавно и толком ничего друг о друге не знают.

Когда в ресторане Фредерик хвастался, как хорошо знает Арасиллу, Дамиану нечего было сказать. Почти обо всём, что рассказывал кронпринц, он и правда слышал впервые.

С какой стати верить женщине, которую он так плохо знает, и выкладывать ей свою слабость, лишь бы задобрить?

«И вы думаете, это оправдывает то, что вы раните другого человека, Дамиан?»

В тот же миг слова, сказанные Арасиллой в карете, полоснули Дамиана, будто когтями. Её большие ясные глаза были прямы, как и её слова.

Ах, вот оно что.

Теперь он, кажется, смутно понимал, отчего ему было не по себе.

Пусть он плохо её знает и не может ей доверять, но обиделась она из-за него, и ему хотелось её утешить.

Впервые чужие чувства хоть немного опередили его собственные.

— Как, по-твоему, мне следовало поступить, Айзек?

Дамиан полностью признавал свою вину и смиренно искал у подчинённого совета.

— Что? А, да. Обычно в таких случаях выходят из кареты вместе с ней и идут следом, но вы, командир, этого не сделали. Когда женщина говорит «проваливай», проваливать как раз нельзя. Думаю, лучше прямо сейчас поехать к ней и извиняться, пока она не оттает.

Для извинений не бывает подходящего времени. Провинился — извиняйся сразу. Таково было убеждение Айзека.

Дамиан внял словам подчинённого, отложил меч и покинул тренировочную площадку. Шагал он быстро и торопливо.

* * *

Домой не вернулась и Арасилла.

Чем больше она думала, тем сильнее закипала, и ехать прямо домой не хотелось. Казалось, наткнись она на Дамиана — тут же запустит в него боевым заклинанием.

Развод одинаково ударит по нам обоим, а своевольничает он один.

При мысли о том, что ей недавно пришлось пережить в особняке Вандермиров, гнев разгорелся ещё сильнее. А ведь она попала в этот дом из-за него и натерпелась там такого!

Посопев от злости, она передумала. Ладно. Я тоже разок сделаю по-своему.

Арасилла гордо, в одиночку, вошла в светский клуб, куда собиралась пойти вместе с Дамианом после прогулки на лодке. Она намеревалась пройти весь маршрут свидания до конца, Дамиану назло, и только потом вернуться домой.

— С чего бы это госпожа Вандермир пожаловала? Да ещё в такое место.

— И не говорите. Первый раз в жизни вижу её в светском клубе.

— Даже до замужества ни разу не показывалась, а тут пришла одна. Куда мужа-то дела?

Едва Арасилла появилась, по залу прокатился ропот. Знатная молодёжь её возраста с любопытством следила за ней.

Маг-чудачка, ставшая госпожой Вандермир, невозмутимо, под градом взглядов, заняла в одиночку большой стол и заказала чай с угощением.

Может, она кого-то ждёт? И если так, не Дамиана ли Вандермира?

Это был шанс увидеть молодожёнов, которые после свадьбы, ссылаясь на занятость, не показывались в свете. Все бросали на неё полные ожидания взгляды, но время шло, а Дамиан так и не появлялся.

Да и по Арасилле, которая сидела с идеально прямой спиной и пила чай, не было похоже, что она кого-то ждёт.

Надо же, бывают люди, которые приходят в светский клуб развлекаться в одиночку.

Те, кто понял, что Арасилла и правда пришла без спутника, только изумлённо вздыхали.

— Видно, чудачка и замужем остаётся чудачкой?

— И как это у неё с сэром Вандермиром брак по любви вышел?

Арасилла пропускала шепотки мимо ушей, но тут замерла.

— Носилась со своей Башней, мол, буду главой, а в итоге тоже оказалась просто женщиной.

Она повернулась на ехидный голос и увидела трёх-четырёх раскрасневшихся мужчин за одним столом. Стол был уставлен бутылками.

Пить в светском клубе не запрещалось, так что хмель сам по себе бедой не был. Беда была в том, что спьяну они перестали понимать, что можно, а что нельзя.

С этого и начинается большинство неприятностей.

— Вот видишь, нечего превозносить женщину только за то, что она толковый маг. Глянь, как живо она выскочила за второго сына герцога.

— Поняла, что главой Башни ей не стать, вот и решила хоть замуж выйти повыгоднее, разве нет?

— Мой друг работает в Башне, так там считают, что она скоро уйдёт. Мол, маг, который с потрохами переметнулся к рыцарю, — её даже однокашники-ровесники сторонятся.

Грянул дружный хохот. Арасилла спокойно переводила взгляд с чайника на столе на свою руку и обратно.

Она прикидывала, чем лучше разбить этим мужчинам головы.

Хм, сложно выбрать. Пущу в ход и то и другое.

— Задирала нос и не удостаивала меня ответом, а теперь ещё вопрос, дорого ли её продали. Говорят, у старшего сына куда больше шансов стать наследником дома Вандермир.

В голосе самого громкого из них сквозили неприкрытая злоба и зависть. Судя по тому, как он говорил, когда-то он пытался заговорить с Арасиллой и получил отказ.

Арасилла тихо поднялась с чайником в руке. Подходить к ним было незачем: она собиралась метнуть его магией.

— Если честно, кроме лица, там и смотреть-то не на что!..

На голову мужчины хлынуло спиртное. Застигнутый врасплох, тот забарахтался, отфыркиваясь.

Остальные мужчины за столом увидели, кто его облил, и застыли.

Аккуратно зачёсанные назад серебряные волосы, чёткие тонкие черты лица, золотые глаза, в которых застыл леденящий холод.

Это был Дамиан Вандермир.

— Почему это кроме лица? Говорят, оно — дар небес.

Дамиан крепко стиснул плечо мужчины, который извивался, уворачиваясь от льющейся на лицо жидкости, вытряс из бутылки всё до капли и посмотрел ему в глаза.

Лицо у него было такое ледяное, что хмель, толкавший пьяного за черту, мигом выветрился.

— И задорого продали меня, так что следи за языком, юный лорд.

Он с грохотом опустил бутылку на стол и сильнее сжал пальцы на плече.

От хватки, грозившей раздробить кости, мужчина закряхтел и жалко заёрзал.

— Сэр Вандермир, руку… руку уберите!..

— Вырвать тебе твой не в меру смелый язык я не могу, так что терпи.

Предупреждение было сказано всерьёз, и мужчина умолк и, побагровев, терпел боль. Остальные, неловко привстав, только переглядывались.

И тут над головой того, чей друг работал в Башне, нависла тень.

— Юный лорд.

Он обернулся на звонкий голос, и сердце у него едва не остановилось: перед ним с угрожающим видом стояла Арасилла.

— Не знаю, кто ваш друг, юный лорд, но готова поручиться, что при мне этот болван и глаз поднять не смеет, так что не хвастайтесь им особо.

Мужчина только беззвучно открывал и закрывал рот, и Арасилла одарила его улыбкой.

— Вы, юный лорд, на вид такой же болван. Ах, или вы уже болван?

— !..

Снова согнав улыбку, Арасилла негромко сказала:

— Начнём с того, что однокашников-ровесников у меня в Башне нет. Потому что я пришла в Башню на несколько лет раньше других и поднималась, соперничая с теми, кто старше меня.

Потому-то четыре звезды и были гордостью Арасиллы. Достижение, которого не добились не только её ровесники, но и люди вдвое старше.

— Это значит, что все мои ровесники ниже меня. Дошло до тебя?

Арасилла бросила в его бокал маленький огонёк. При виде вспыхнувшего бокала мужчина в ужасе закивал.

— И для той, кому не стать главой Башни, я что-то слишком успешно на днях завершила очередное магическое исследование. Пока ваш друг, юный лорд, подметал мою лабораторию. Так что впредь не разносите чушь собачью, будто мне не стать главой Башни.

Обведя предостерегающим взглядом по очереди и остальных, Арасилла наконец посмотрела на Дамиана.

Дамиан, всё ещё не отпускавший плечо мужчины, который уже почти лишился чувств, замер.

Для того, кто лихо вмешался и проучил их раньше Арасиллы, держался он как-то странно робко.

— Дамиан, пойдёмте.

Жаль, конечно, что голову так и не разбила, но тот, кто болтал громче всех, кажется, и так уже был кое-где сломан.

Вполне удовлетворившись, Арасилла подала знак глазами, и Дамиан отшвырнул мужчину, словно мусор, и пошёл за ней.

Когда они окончательно скрылись из притихшего клуба, кто-то тихо пробормотал:

— Нашли друг друга.

Снаружи уже смеркалось.