Контент удален!

— Ребята, я нашла вкладчика! — распахнув дверь лаборатории, радостно крикнула Арасилла.

При этих словах Руди вытянул шею из-за высоченной стопки книг на столе, и глаза у него заблестели.

— Ох, это правда?

— Ага, я же говорила, положитесь на меня.

— Ух ты, вот это наставница!

Неужели она и правда решила вопрос с вложениями, над которым они втроём столько бились?

Салли выставила большой палец и захлопала. Руди с восхищённым видом встал рядом и тоже захлопал.

— Глава нашей лаборатории!

— Настоящий вожак!

— Уважаемая начальница!

— Истинный предводитель!

Сложив ладони у рта, они по очереди выкрикивали похвалы. Арасилла раскинула руки и вовсю наслаждалась градом восторгов и аплодисментов.

— А кто вкладчик?

— Мой муж.

— А-а, муж наставницы… Что?!

Перестав хлопать, Салли и Руди остолбенели. Им и в голову не приходило, что вкладчиком вдруг окажется муж их наставницы.

— В-ваш муж будет вкладывать деньги?..

— Ага, потом встретимся и составим договор о партнёрстве. Ничего невыгодного для нас я ни за что не подпишу, так что не волнуйтесь и доверьтесь мне.

Арасилла похлопала себя по груди, показывая уверенность.

Пусть они и были слегка ошарашены, младшие решили молча ей довериться. Ведь Арасилла ещё ни разу их не подводила.

Потом Арасилла усердно обдумывала с младшими устройство корабля, а когда пришло время, ушла с работы пораньше и вернулась домой.

Дамиан, приехавший раньше, ждал её в кабинете с черновиком договора.

— Пока что я сам набросал, какие пункты стоило бы обсудить. Посмотрите внимательно, и обсудим всерьёз.

— Хорошо.

Арасилла спокойно прочла черновик, который протянул Дамиан. В нём было подробно расписано всё — от долей в деле до разделения обязанностей.

Первым, конечно, обсудили доли в деле.

— Давайте сначала каждый скажет, как, по его мнению, разделить доли, а потом придём к…

— Только пятьдесят на пятьдесят.

Арасилла твёрдо перебила Дамиана. Чувствовалась непреклонная воля: возражений она не примет.

Дамиан какое-то время молча смотрел на неё. Честно говоря, он ожидал, что она потребует долю побольше, так что это было неожиданно.

— Почему непременно пятьдесят на пятьдесят?

— Чтобы при разводе ничего не усложнилось.

От неожиданного ответа Дамиан запнулся. Арасилла, разглядывая черновик, не заметила этого и добавила:

— Если подумать, сколько супругов не могут развестись, потому что их имущество переплелось, разве нам не лучше разойтись чисто? Мы ведь всё равно расстанемся.

В её словах от начала до конца всё было верно, и всё же Дамиану стало как-то не по себе.

Неужели все отношения, у которых заранее известен конец, такие?

Что бы они ни делали, приходится учитывать, что потом они расстанутся, — вроде бы пустяк, а отдавало странной горечью.

— Я тоже собираюсь вложить часть своих личных денег, так что делить доли поровну будет неплохо. Зато, учитывая затраты на разработку, сумму побольше внесёте вы, Дамиан.

— …Хорошо. Так и сделаем.

Как и в тот раз, когда составляли брачный договор, они согласовывали пункты и правили условия так, чтобы потери и выгоды доставались обоим примерно поровну.

Дамиан взял на себя продвижение и финансы, а Арасилла — разработку и планирование.

Готовый черновик адъютант Дамиана Колин переписал в официальный договор и принёс.

Они поставили печати на своём втором договоре. Так совместное дело супругов сделало первый шаг.

* * *

Когда началась разработка корабля всерьёз, лаборатория Арасиллы стала работать допоздна.

Они сделали приспособление, чтобы крепить парящие камни к кораблю и снимать их, приделали его снаружи к днищу, а при посадке камни снимали по одному, чтобы корпус медленно опускался.

К счастью, парящий камень был усовершенствованным магическим камнем, которому не нужна мана, так что ухаживать за ним было сравнительно легко, а управлять несложно.

Затем они тщательно продумали, как заставить корабль, поднятый парящими камнями, двигаться куда нужно.

Вдохновившись птицами, они придумали кораблю крылья и поставили на каждое крыло по два пропеллера.

А в качестве топлива, чтобы пропеллеры вращались без остановки, решили вставлять магические камни, в которых сжато куда больше маны, чем обычно.

Парящий камень лишь поднимает предмет в воздух, так что, чтобы двигаться вперёд, нужна была ещё одна движущая сила.

Арасилла купила землю на окраине столицы, даже построила там ангар для кораблей и проводила дни в такой занятости, что ей было вздохнуть некогда.

Мало того, она и дома после работы засиживалась за делами до рассвета, но, поскольку больше всего она чувствовала себя живой, когда работала с полной отдачей, её это не тяготило.

И сегодня, разбирая принесённые домой бумаги, Арасилла вдруг поднялась и пошла в кабинет Дамиана.

Она постучала и подождала; вышел Дамиан, который, как и она, работал допоздна, в довольно домашнем виде.

— Что случилось?

— Дамиан, это список вариантов облика корабля. Выберите, какие вам нравятся.

Взяв у Арасиллы несколько листов, Дамиан внимательно их просмотрел.

— По-моему, вот эти два хороши.

— Поняла, учту.

Забрав листы, Арасилла вернулась к себе и продолжила работать.

Сколько-то времени спустя уже Дамиан пришёл к ней в спальню.

— Я отобрал среди аристократов, заинтересовавшихся делом магического летучего корабля, тех, с кем стоит сотрудничать. Посмотрите.

— Хм, кажется, ни о ком из них я дурных слухов не слышала, так что годится.

Получив ответ, Дамиан довольно удалился.

Так несколько дней подряд они ходили из спальни в кабинет и обратно, чтобы спросить мнения друг друга или что-то проверить.

И само собой им стало казаться, что бегать туда-сюда неудобно и бестолково.

Но толкового решения не было, и они молча мирились с неудобством, пока за завтраком Дамиан вдруг не сказал:

— Я заказал письменный стол.

— Что?

— Поставлю его в своём кабинете для вас, так что впредь, когда работаете дома, давайте работать вместе.

Арасилла, которая после работы до рассвета ела с полуприкрытыми от сонливости глазами, широко их распахнула.

В особняке негласно было заведено, что спальня — владения Арасиллы, а кабинет — владения Дамиана.

Без крайней нужды они не вторгались в пространство друг друга. И когда Дамиан сказал, что поставит у себя стол для Арасиллы, она на миг опешила.

— …Вы серьёзно?

— А как же. Чем тратить время, делая одно дело порознь, куда лучше работать в одной комнате, — невозмутимо ответил Дамиан на её удивлённый вопрос.

Но на самом деле он принял это решение, долго подумав. Привык к одиночеству он куда сильнее Арасиллы.

Просто дело это не на день и не на два, и он рассудил, что лучше найти разумный компромисс ради общего удобства.

— Если вам это не по душе, жена, скажите. Я ещё успею отменить заказ.

— Нет, ну… Я не против. Давайте работать вместе.

В спальне был столик, но письменного стола не было, и Арасилле втайне было неудобно, так что она кивнула.

Стол привезли через три дня, и с того же вечера они стали работать вместе в кабинете Дамиана.

Арасилла по-новому, внимательно оглядела кабинет. Она бывала здесь уже не раз, но «чужое место» и «наше место» ощущались по-разному.

В опрятном кабинете, где стояло лишь самое необходимое, чужеродными были две вещи.

Одна — венок из неувядающих цветов, который Арасилла собственноручно повесила, а другая — стол Арасиллы, стоявший наискосок от места Дамиана.

Стол красного дерева был большим и широким. Он был целиком выкрашен в белый цвет, а углы и передняя часть были украшены золотом и выглядели роскошно.

Он почти ничем не отличался от стола Дамиана из чёрного дерева, разве что цветом.

Просто среди мебели приглушённых тонов белоснежный стол сразу бросался в глаза.

Судя по всему, Дамиан заказывал его с немалым старанием, учтя даже её вкус, и Арасилла невольно провела ладонью по столешнице.

И ведь обе вещи, которые здесь не к месту, связаны со мной.

Дамиан вообще не любил пускать других в своё пространство. Ни людей, ни вещи.

А тут связанные с ней вещи красовались на самом видном месте, да и сама она оказалась внутри.

У неё появилось странное чувство, будто её признали единственным человеком, которому позволено входить в его пространство.

— Дамиан, если я буду вам мешать работать, скажите.

— И что, тогда вы уйдёте? Не стоит так деликатничать…

— С чего бы? Я выставлю вас.

Арасилла посмотрела на Дамиана так, будто он сказал глупость. И, легонько постучав по столу, добавила:

— Мне он понравился. Так что пусть уходит тот, кто недоволен, договорились?

— …Жена, вы ведь помните, что это мой кабинет?

— Не мелочитесь. Тогда не надо было меня сюда пускать. Пускать — это ваша воля, Дамиан, а уходить — моя.

От этого уверенного заявления Дамиан невольно усмехнулся. Это было нелепо, но так похоже на Арасиллу, что вместо досады ему стало до невозможности смешно.

Прикрыв глаза ладонью, он слегка покачал головой.

— Видно, я пригрел тигра, который отплатит за добро злом.

— Мне и правда иногда говорят, что у меня тигриный взгляд.

Пожав плечами, Арасилла села за стол и аккуратно разложила рабочие бумаги и письменные принадлежности. Дамиан тоже вернулся к бумагам, которые читал.

Потянулись тихие часы работы, словно у студентов, собравшихся в библиотеке перед экзаменами.

Между шелестом страниц и скрипом перьев слышалось чуть заметное дыхание друг друга.

Может, потому, что они были вдвоём в тесном помещении. Как ни старались не обращать внимания, присутствие друг друга исподволь не давало покоя.

Дамиан, читая бумаги, то и дело поглядывал на Арасиллу и пил воду, чтобы не кашлянуть невзначай.

А Арасилла всё поправляла волосы и сидела не шевелясь: её раздражал даже скрип отодвигаемого стула.

И когда Дамиан снова покосился на Арасиллу, а она украдкой взглянула на него, их взгляды встретились.

Они всего лишь встретились глазами, а вздрогнули оба, словно их поймали на чём-то дурном.

— Кхм, кхм.

— …

Дамиан, откашлявшись, отвёл глаза, а Арасилла отвернулась, будто поправляя волосы с другой стороны.

После этого оба долго сидели неподвижно, словно кто-то их заколдовал.