Секс, которым она вроде бы управляла, в какой-то момент незаметно перешел в его руки. Всё, что ей оставалось, — это раскачиваться в его объятиях. Но, как ни странно, с её губ не сходили развратные стоны, а внизу постоянно текло — то ли её смазка, то ли его семя.

Его руки, поймав её разлетевшиеся от толчков ягодицы, с силой потянули их на себя. Член с силой вонзился во внутренние стенки, и перед глазами всё поплыло. Се Хва закрыла глаза и повисла на его липких от пота плечах. Даже сидя со скрещенными ногами, он держал спину абсолютно прямо, удерживая на себе и её вес. Без какой-либо опоры.

Свободно сжимая её ягодицы и раскачиваясь из стороны в сторону, он продолжал вколачиваться, а затем навалился всем весом. Почувствовав, что заваливается назад, Се Хва крепче обхватила его за шею, а ноги, закинутые ему за спину, плотно сомкнула на его талии. Ощущение того, что она двигается, будучи насаженной на него, было совершенно новым. От одного только этого чувства она испытала легкий оргазм.

— Ах!

Когда они перешли в классическую миссионерскую позу, он вошел еще глубже. Мужчина, чья температура тела была выше её собственной, продолжал разогревать её тело. Непрерывно стимулируемое нутро пылало.

Он, покусывавший её ушко и выдыхавший горячий воздух, вдруг поднял лицо и встретился с ней взглядом. Странное чувство стало еще страннее. Видеть его лицо так близко, что чувствовалось дыхание, и при этом быть физически связанными — казалось, они стали единым целым.

Его ритмичные толчки прекратились: он почти полностью вытащил член, а затем с силой вбил его обратно. Войдя до конца, он замер на мгновение, затем снова вышел и одним рывком вонзился до упора. Её тело, отброшенное назад, снова притягивали и прошивали насквозь. Было странно. Он больше не терся быстро о внутренние стенки, но внизу всё равно кипело. Головка члена настойчиво била в одну и ту же точку. И с каждым ударом в эту точку перед глазами вспыхивал свет. Странно. Слишком странно. Как бы она ни мотала головой, он не останавливался.

— А-а-ах!

Её голова откинулась назад, спина выгнулась дугой. Ощущение, будто кровь, застоявшаяся в венах, вдруг разом хлынула по телу, ударило в мозг.

Собираясь вытащить член для следующего толчка, Юн Хак со стоном напряг мышцы живота. Из-за мощной всасывающей силы он не мог вытащить член. Она сжимала его так, словно хотела оторвать. В этот момент все его нервные окончания парализовало. Накатила волна такого невероятного удовольствия, с которым не шло ни в какое сравнение всё, что он испытывал до этого. Вместе с пугающей мыслью: чтобы испытать это еще раз, он готов на что угодно.

***

В её плывущем зрении мелькнула прикроватная тумбочка. При виде стеклянного стакана, стоящего на ней, в горле пересохло. Се Хва перехватила огромную руку, сжимавшую её грудь.

— Хватит... уже.

Лежа на боку, плотно прижавшись к ней и продолжая двигаться внутри, он покрутил её сосок.

— Ты же продолжаешь сжимать.

«Сжимай, значит, просишь еще», — словно отвечая на его слова, её лоно судорожно сократилось. Юн Хак с наслаждением наблюдал за её ресницами, трепещущими от смущения, словно крылья бабочки. Он опустил лицо и поцеловал её покрасневшую от стыда шею. Так, как она его и учила.

— Пить хочу...

Юн Хак вытянул руку и взял стакан. Когда она приподнялась, член выскользнул. От ощущения, как толстая плоть покидает её тело, Мён Се Хва вздрогнула, крепко зажмурилась, а затем, открыв глаза, взяла стакан. При каждом глотке её горло дергалось вверх-вниз. Ничего особенного, но это было так мило. Юн Хак, подперев голову рукой и лежа на боку, легонько поскреб её сосок ногтем.

— Хватит. Больно.

Тонкие пальцы крепко перехватили его указательный палец. Смочив горло, её голос стал более четким и твердым.

— Мы же договаривались, что только один раз.

— Тогда я просто не знал.

Он не знал, можно ли кончать и продолжать снова. Хотя, конечно, Мён Се Хва жаловалась на боль, а потом засыпала как убитая, так что у него и шанса не было. Но сегодня это был уже третий раз, а она всё еще не спала. На словах говорит, что больно, но по ней видно, что врет. Да, соски распухли, но не так сильно, как в те разы, когда она целую неделю жаловалась на жжение. Сложив всё вместе, он пришел к выводу, что силы у неё еще остались.

— А когда ты это купила?

Поставив пустой стакан обратно на тумбочку, Юн Хак кивнул на кружевную комбинацию, которая теперь валялась на полу как половая тряпка.

— В Сеуле?

После переезда в Чхонсончжэ его жена ни разу не ходила по магазинам.

— Нет. Из дома привезла.

Потянув её за запястье и уложив рядом с собой, Юн Хак замер. Её лицо, которое он считал невинным, оставалось абсолютно чистым. Зачем ей до свадьбы понадобилась одежда, у которой только одно предназначение? По его данным, ни с кем она не встречалась.

— Гён Хва и Дон Хва подарили. На свадьбу.

Взвинченные нервы мгновенно расслабились. Юн Хак заметно успокоился, сам не понимая почему.

Натянув на себя одеяло, Се Хва прищурилась, и уголки её губ изогнулись в улыбке.

— При сестрах сделай вид, что ничего не знаешь.

— Само собой.

К Юн Хаку вернулось его обычное спокойствие. Он откинул одеяло и запер её между своими руками и ногами. Предчувствуя, что эта ночь еще не закончилась, лицо Се Хвы потемнело.

— Дорогой...

— Ты можешь еще.

— Я правда уста...

Губы заткнули рот, притворяющийся больным. Распухшие губы, так и манящие к поцелую, плотно сжались. Юн Хак, слегка улыбнувшись, легонько постучал языком по её зубам. Он слизывал и ждал, пока между её губами не появится щелочка. Не упустив момент, Юн Хак проник внутрь. Прервавшийся было влажный звук возобновился.

***

 

Прежде чем он успел кончить в пятый раз, тело жены обмякло. Решив, что она упала в обморок, он чуть не поседел от страха, но, услышав мерное дыхание, облегченно выдохнул.

Потеряв счет времени, он рассматривал её раскрасневшееся лоно, из которого вытекала сперма. Когда она заворочалась во сне, что-то недовольно бормоча, он пришел в себя и свел её ноги вместе. Он натянул скомканное одеяло ей до самого подбородка и поднял с пола подушку. Сначала он хотел приподнять её маленькую голову и подложить плоскую подушку, но потом передумал и просто бросил её рядом.

Забравшись под одеяло, он притянул жену к себе. Член, всё еще перепачканный спермой и свисающий вниз, мягко прижался к её нежному бедру. Подложив ей под голову руку и поцеловав в круглый лоб, он осторожно обнял тело, покрытое его следами, и закрыл глаза.

***

Когда она проснулась в первый раз, в комнате было темно.

— Спи еще.

Почувствовав неуклюжее поглаживание по голове, она снова закрыла глаза. А когда открыла их во второй раз — всё еще было темно. Тупо глядя на яркий свет, пробивающийся сквозь щель в шторах, Се Хва попыталась сесть. Точнее, попыталась, но все её мышцы взвыли от боли. Пролежав на животе довольно долго, она потихоньку поползла к тумбочке. У неё не было ни одной мышцы, которая бы не болела — даже потянуться за телефоном стоило огромных усилий.

Посмотрев на время, Се Хва забыла про боль и резко села. Был час дня. Не ночи, а час дня. Она даже в детском саду так поздно не просыпалась. А ведь это даже не её родной дом, а дом свекра. Наверняка слухи о том, что она спит до обеда, уже дошли до председателя... Закрыв глаза, Се Хва отчаянно вздохнула. Дрожащими руками она проверила телефон, боясь увидеть сообщение от свекра. К счастью, от него ничего не было, зато висело сообщение от мужа:

[Я сказал, что ты приболела, так что не волнуйся и отдыхай.]

Прочитав сообщение, Се Хва с облегчением выдохнула и обессиленно рухнула на кровать. Но как он сам-то? Вспоминая, как он всю ночь напролет скакал на ней, не зная усталости, скорее всего, он был в полном порядке. Откуда у человека столько выносливости?

Вззз— Вззз—

Услышав вибрацию, она подумала, что это всё-таки свекор, и поспешно схватила телефон.

[Квон Юн Хак]

Она расслабилась и нажала кнопку ответа.

— Да, алло.

— Проснулась?

Она зарылась под одеяло, натянув его до самого носа.

— Только что встала.

— Угу, я так и понял. Ждал, когда ты прочитаешь сообщение.

Это прозвучало так, словно он сидел и безотрывно смотрел в окно чата, и её сердце сладко екнуло.

— Как тело?

— Болит.

На другом конце провода раздалось сухое: «Да ну?».

— В этот раз я серьезно.

— Значит, ночью ты всё-таки врала.

В его голосе слышалась усмешка, и перед глазами всплыло лицо мужчины, который под утро с улыбкой вколачивался в неё, сжимая её бедра. Се Хва сжала ноги и свернулась клубочком.

— Сильно болит?

— ...Да. Какое-то время я не смогу этого делать.

— Это уж я сам проверю и решу.

Что ты там проверишь? От всплывших в голове непристойных картинок её лицо вспыхнуло.

— Вы нормально добрались до работы?

Поскольку каждое его слово напоминало ей о прошлой ночи, она решила сменить тему.

— Угу.

— Не опоздали?

— Успел вовремя.

Она была рада, но в то же время этот человек, который даже не выглядел уставшим, начал её немного бесить. Она вовсе не планировала таких последствий. Она просто хотела, чтобы секс стал немного лучше, хотела показать ему, как ей нравится, и никак не ожидала, что он будет мучить её всю ночь. Нет, ну если он умеет так хорошо, почему раньше делал по-другому? Хоть ей и нравилось, и она сама просила еще, и испытала свой первый оргазм, всё равно было как-то обидно.

— Ладно, мне пора.

— А, да. Возвращайтесь поскорее.

— Сегодня не ходи на прогулку, просто отдыхай. Если захочешь поспать — спи, но не забудь поесть.

И его голос, и тон были такими нежными. Повесив трубку, Се Хва прижала ладонь к левой груди. Гуляющее в груди сердце еще долго не могло успокоиться.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver