Контент удален!

На долю секунды она не смогла разобрать, были ли это просто сладкие речи, чтобы успокоить ее, или же в них крылась хоть капля искренности.

И всё же, эмоции, которые секунду назад стояли комом в горле, разом отступили.

Сходит по мне с ума...

Тот факт, что он признал это вслух, поверг Рю Джин в легкое оцепенение.

— Поэтому умоляю, хватит выводить меня из себя. Сумасшедшая ты сиделка.

Рю Джин крепко закусила губу. Джи У Тхэ сузил глаза, а затем схватил ее за подбородок, заставив кивнуть, и угрожающе процедил:

— Не спи с тем альфонсом.

— ...

— И не только с альфонсом. Ни с кем не спи.

Только услышав эти слова, запрещающие ей спать с кем-либо, кроме него, Рю Джин наконец-то испытала облегчение.

Но, даже зная, что в итоге всё сведется к этому, она всё равно злилась на него за то, что он наговорил ей того, чего на самом деле не думал. Она метнула в него свирепый взгляд, и в этот момент его красные губы приблизились. Рю Джин, в которой еще кипела обида, резко отвернулась.

Но именно тогда взгляд Рю Джин случайно упал на другой конец коридора.

Там, не решаясь полностью выйти из-за угла, наполовину высунувшись из укрытия и подглядывая за ними, стояла похожая на куклу невеста Джи У Тхэ.

Встретившись взглядом с Рю Джин, Ын Ха застыла, словно парализованная.

Вот черт.

Лучше бы она не приходила.

Ын Ха нервно мялась на месте, наблюдая за ними, но подойти не решалась. Видимо, у нее не хватало смелости сорвать тайное свидание жениха.

Рю Джин перевела короткий взгляд с нее на Джи У Тхэ. Она пристально смотрела ему в глаза, а затем обвила руками его шею. Приподнявшись на носочках, она сама накрыла его губы своими.

Джи У Тхэ на мгновение замер, удивленный внезапной сменой настроения Рю Джин, которая до этого всё время сопротивлялась, но его губы приоткрылись так легко, что это даже казалось слишком послушным. Когда она глубоко протолкнула язык в его рот, крепкие руки обвили талию Рю Джин.

Прерывисто дыша, Рю Джин закрыла глаза. Ей даже показалось, что откуда-то неподалеку донесся потрясенный вздох.

— Ха-а...

Когда спустя какое-то время их губы разомкнулись, Ын Ха уже исчезла.

Кажется, я слышала торопливый стук убегающих каблуков.

Пока Рю Джин представляла себе убегающую Ын Ха, его пальцы легонько постучали ее по щеке.

Глаза, в которых, как штормовые волны, бушевала страсть.

Глядя в эти глаза, Рю Джин внезапно бросилась в его объятия, словно нападая.

— Джи У Тхэ...

От его твердого, слегка напрягшегося тела исходил знакомый освежающий аромат.

В этот момент Рю Джин поняла, что должна сделать в первую очередь.

Первый шаг, который перечеркнет его гладко выстланное будущее.

Она должна разорвать помолвку Джи У Тхэ.

* * *

В Пэкхвахоне уже несколько дней царило беспокойство.

После того как по приказу вице-председателя она села с ним за один стол, взгляды прислуги на Рю Джин неуловимо изменились.

Они по-прежнему сторонились ее, но открытая враждебность заметно поутихла.

Раньше, стоило ей спросить о какой-нибудь мелочи, они бы всем своим видом показали недовольство, а теперь было очевидно, что они изо всех сил стараются держать лицо, пусть и через силу.

Словно осознав, что у Рю Джин тоже появилась некая власть.

Это было нелепо, но для Рю Джин такое недоразумение было только на руку.

Хотя было и смешно.

Если бы они знали, что он со мной сделал тогда в кабинете, эти домыслы исчезли бы в одночасье.

— Вице-председатель всё-таки очень вас балует, Сыль А.

Мадам Хан, не зная, что творится в душе Рю Джин, добродушно произнесла эти слова.

Рю Джин, помогавшая ей перебирать чайные листья в бамбуковой корзине, замерла.

В самом центре залитой солнцем гостиной Рю Джин сидела напротив мадам Хан, вовсю занимаясь сортировкой чая.

Мадам Хан частенько спрашивала Рю Джин, которая сидела как неприкаянная во время дежурств, не скучно ли ей, и поручала ей всякую мелкую работу.

Она с самого начала знала, что та не пытается ею помыкать. Но ей было некомфортно от того, что мадам Хан намеренно заботится о ней — изгое в этом доме, поэтому Рю Джин несколько раз молча помогала ей, даже не поднимая глаз. Однако в какой-то момент Рю Джин и сама начала поддерживать разговор, втягиваясь в болтовню экономки.

— ...Вам так кажется?

— Конечно. Он хоть и не говорит этого прямо, но то, что вы завтракали вместе пару дней назад... Это же явный намек. Мол, не смейте обижать Сыль А.

Мадам Хан не понимает очевидного? Или просто притворяется?

Наверняка второе.

Она проработала в этом особняке много лет и знала все большие и малые дела этой семьи как свои пять пальцев. Она была добродушной, но никак не глупой.

Теперь уже почти все работники, кроме Хэ Рим, безоговорочно воспринимали Рю Джин как «женщину» вице-председателя. И мадам Хан вряд ли думала иначе.

Но почему тогда ее отношение не изменилось?

Вполне естественно было бы разочароваться и отвернуться.

— Благодаря вам, мадам Хан... меня и до этого никто не смел обижать.

Рю Джин нечаянно озвучила свои истинные мысли.

Мадам Хан вздрогнула и посмотрела на Рю Джин. Ой, зря, — подумала та, но раз уж слово не воробей, Рю Джин лишь усердно продолжила перебирать чайные листья.

От долгой возни с сухими стебельками кончики ее пальцев уже окрасились в зеленый.

Мадам Хан долго молчала. На ее лице, на которое Рю Джин украдкой взглянула, застыла нерешительность.

Рю Джин уже хотела спросить «Что такое?», как вдруг...

— И всё же, знаешь, я... — осторожно начала мадам Хан. — Я бы очень хотела... чтобы ты поскорее ушла с этой работы, Сыль А.

На ее лице читалась искренняя забота, словно она давала совет от чистого сердца. А в глазах, на удивление, плескалась жалость.

Ах.

Вот оно что.

В то же мгновение Рю Джин поняла, почему только мадам Хан не изменила своего отношения к ней.

— Конечно, уходить или нет — дело твое. Но... мне кажется, у тебя просто нет выбора.

Мадам Хан искренне верила, что отношения Рю Джин и вице-председателя — это принуждение.

Может, она видела, как Рю Джин убегала из кабинета с оторванной пуговицей?

Или кто-то другой заметил это и распустил слухи?

А может, не было никаких доказательств, и она просто сама пришла к такому выводу?

Пока Рю Джин строила догадки, ее лицо стало холодным.

— Нет.

Рю Джин ответила на искреннюю тревогу мадам Хан лучезарной улыбкой.

— Я не хочу уходить.

Терпкий аромат чайных листьев почему-то вдруг показался тошнотворным, как зловоние.

— Здесь так хорошо, и работа легкая...

Каждый день происходит столько интересного, что аж дух захватывает.

— С чего бы мне уходить?

Уж лучше бы она назвала ее дрянью и смерила презрительным взглядом.

Для Рю Джин не было ничего хуже чужой жалости.

Да еще и основанной на нелепых фантазиях, не имеющих ничего общего с реальностью.

Рю Джин, всё так же ярко улыбаясь, опустила взгляд на корзину.

Она чувствовала на себе взгляд мадам Хан, но так больше и не подняла глаз.

Пока не перебрала все листья до единого.

* * *

Непредвиденное событие произошло ближе к вечеру.

— Сыль А, госпожа зовет. Поднимись к ней.

Услышав сообщение мадам Хан, Рю Джин отложила журнал, который заполняла, и поднялась по лестнице.

Как всегда, на втором этаже висела более тяжелая и холодная атмосфера, чем на первом. Рю Джин прошла по холлу и остановилась перед дверью в комнату Хэ Рим.

Тук-тук.

— Госпожа.

Вскоре изнутри донесся голос:

— Входи.

Рю Джин показалось подозрительным, что ее позвали внутрь, но она молча открыла дверь и вошла.

— Вы зва...

Рю Джин запнулась на полуслове, растерявшись от увиденного. Вся кровать была завалена одеждой. Это были шикарные наряды, какие обычно надевают на торжественные приемы.

Хэ Рим, скрестив руки на груди, вальяжно прислонилась к окну. Ее красивое лицо, источавшее мрачную ауру, словно цветок, распускающийся только ночью, повернулось к Рю Джин.

— Подойди и выбери что-нибудь.

— ...Что?

— Выбери, что понравится.

Не понимая, в чем дело, Рю Джин переспросила:

— Вы хотите, чтобы я вам что-то посоветовала?

В ответ на вопрос Рю Джин Хэ Рим криво усмехнулась. И с таким видом, будто говорила «Да неужели?», пустилась в объяснения:

— Я в последнее время так сильно похудела, решила избавиться от этих вещей... Но просто выбросить жалко. Это мои любимые наряды.

Именно в этот момент Рю Джин осознала истинную, злобную цель Хэ Рим.

С непроницаемым лицом она медленно окинула взглядом кровать, на которой платья были разложены, как на витрине. Каждое из них было чересчур блестящим, вычурным и безвкусно роскошным.

Рю Джин смутилась.

— Так что выбирай. С твоей нынешней фигурой они тебе будут как раз впору.

— ...Госпожа.

— М? Выбирай. Это мой тебе подарок.

Это было не предложение, а приказ. Когда Рю Джин, не решаясь сделать выбор, застыла на месте, Хэ Рим схватила ближайшее платье и широкими шагами подошла к ней.

Бам! Она почти швырнула его в грудь Рю Джин и сказала:

— Как тебе это? Это из кутюрной коллекции D. Я надевала его на церемонию инаугурации отца. Молодой господин тогда еще сказал, что я в нем красивая. Или он сказал «шикарно»?

— ...Мне кажется, только такая элегантная женщина, как вы, госпожа, сможет носить это платье. Для меня оно слишком вызывающее...

— А разве ты не из тех женщин, которые надевают на себя даже то, что им не по зубам?

— ...

Ты же та еще тварь, которая сжирает всё, до чего только может дотянуться.

Хэ Рим ослепительно улыбнулась.