Контент удален!

— Глава!

— Директор Ча. А ты как здесь оказался?

Кое-как бросив машину у обочины, Чжи Вон рывком распахнул водительскую дверь, вышел и быстро окинул Га Он взглядом с головы до ног. Заметных ран нет, идёт своими ногами — значит, серьёзно не пострадала… В лицо Чжи Вона, совсем побелевшее, наконец вернулась краска.

— Почему вы выходите из больницы?

— А… Провожала одну заблудившуюся маленькую душу живого.

— Душу живого?

Душа ещё живого человека так и называется — «душа живого». Люди с самого рождения привыкают к этому сами собой и обычно не замечают, но на самом деле, чтобы удерживать тело и душу вместе, нужно немало сил. Поэтому, когда человек впадает в беспамятство, связь между телом и душой может ослабнуть. Тогда изредка душа выходит из тела и бродит вне его, и в большинстве случаев так и становится умершей. Выражение «держаться за нить сознания» — как раз отсюда: упустишь её — умрёшь.

Коротко объяснив Чжи Вону, что такое душа живого, Га Он в двух словах добавила, как здесь оказалась.

— Я ненадолго вышла и увидела ребёнка, который в таком состоянии бродил один. Девочка после аварии долго лежала без сознания… Прошло уже несколько часов, медлить было нельзя. Беда не только в том, что ребёнок так и умер бы, — если бы её тело заняла другая душа, вот это было бы по-настоящему страшно.

— Вот как. Спасибо за труды…

Чжи Вон, у которого сильно дёрнулся кадык, ответил несколько сдавленным голосом, но Га Он этого не заметила.

— Слушай… директор Ча. Мне надо связаться с начальником Квоном. Так вышло, что я ушла, никого не предупредив.

— Я позвоню. Садитесь пока.

Усадив Га Он на пассажирское сиденье, Чжи Вон, обходя машину к водительскому месту, сразу позвонил начальнику службы безопасности. А, точно. Я ведь решила выучить номера. Госпожа Квон, начальник Квон, руководитель секретариата. И… может, и номер директора Ча стоит запомнить? Если подумать, с ним я в последнее время вижусь чаще всех.

— Господин начальник, это Ча Чжи Вон. Я встретил главу у больницы «Тонмён». Нет. Говорит, провожала душу живого… Да. Да, цела и невредима. Да, я сам убедился. Уже поздно, так что, если в Чжунчхоне ничего не случилось, отвезу её в Муёндан. Понял.

Га Он, ненадолго отвлёкшаяся на свои мысли, вдруг подумала, что голос разговаривающего по телефону Чжи Вона звучит совсем не так, как обычно. Странно, всегда такой мягкий, а сегодня почему голос такой жёсткий? Не в духе? А, может, он куда-то спешил?

— Директор Ча. Если у тебя срочные дела, можешь просто высадить меня возле головного офиса.

Чжи Вон, всё это время смотревший прямо перед собой, медленно повернул голову и пристально, с очень сложным выражением посмотрел на Га Он. Под этим взглядом Га Он почему-то показалось, что она сделала что-то очень нехорошее. Но что именно — понять не могла.

— Глава.

— М?

— Я пообещал не доставлять вам неудобств и изо всех сил стараюсь держать слово, но чувства к человеку так просто не отбросишь.

Нет, я совсем не это имела в виду. Я хотела сказать, что, если он и правда занят, незачем везти меня до самого дома… Слегка растерявшись, Га Он думала, как бы сказать так, чтобы он правильно её понял, и тут…

— Вы не представляете, что со мной было, когда я впервые услышал, что вы ушли в кафе и пропали.

Обычно Га Он, уходя за кофе, возвращалась самое большее через двадцать–тридцать минут. Начальник службы безопасности начал тревожиться, когда с её ухода из головного офиса прошло сорок минут. Но мешать Га Он, которая впервые за долгое время проводила время наедине с собой, он не мог и поэтому, стиснув зубы, выжидал до часа.

Когда час прошёл, начальник службы безопасности осторожно наведался в кафе, куда часто ходила Га Он, и, узнав, что она давно ушла оттуда и направилась в сторону, противоположную головному офису, совсем помертвел.

В службе безопасности объявили тревогу. Часть сотрудников сразу принялась собирать и изучать записи камер вокруг, другие сами побежали прочёсывать переулок за переулком, а остальные срочно связывались с проводниками, работавшими поблизости. Из-за этого позвонили и Чжи Вону.

«Господин директор Ча, вы сейчас в галерее? Значит, недалеко от головного офиса? Вы сегодня случайно не созванивались с главой? Где сейчас глава… пока не установлено».

Чжи Вон мчался к головному офису и вдруг увидел, как где-то вдалеке, будто от взрыва, во все стороны отлетают умершие. Вон там! Обрадовавшись, он взглянул на навигатор — и впервые по-настоящему узнал, каково это, когда кровь стынет в жилах.

— Вы бесследно исчезли, и через два часа вас находят у больницы. Как вы думаете, что я подумал?

— Директор Ча…

— Конечно, справляться с этим — моё дело. Но сегодня мне хочется, чтобы вы просто сели в мою машину и благополучно доехали домой.

Когда Га Он, ничего не ответив, тихо кивнула, Чжи Вон тут же завёл мотор, плавно повернул руль и ловко встроился в поток мчавшихся машин. А затем включил негромкую музыку и заботливо отрегулировал температуру в салоне. Всё, что делал Чжи Вон, было естественно, будто течёт вода, и на первый взгляд он казался спокойным. Не увидь Га Он его руки на руле, она так и думала бы до конца.

Вены так вздулись на тыльной стороне его ладоней, что больно было смотреть, и до самого Муёндана они не опадали. Всю дорогу Га Он думала, не станет ли легче, если тихонько их погладить, но так ничего и не сделала.

Со Ран, почти уснувший, услышав знакомые шаги, открыл глаза и с кряхтением вылез из пещеры. Ох… Только подумал, что она наконец начала нормально спать, — и опять. Ох ты, и что только творится в этой крохотной головке.

— Ну, что на этот раз?

— Со Ран…

— Из-за вчерашнего переполоха? Ну, в жизни всякое бывает. Не гуляла же ты, а работала.

— Угу.

Когда Га Он слабо улыбнулась, Со Рану стало ещё неспокойнее. Хи Чжу, с опозданием узнавшая о том, как Га Он едва не пропала, устроила целый скандал, требуя немедленно пришить ей к одежде маячок.

«Да ничего же на самом деле не случилось. Просто недоразумение».

«А если с вами, не дай бог, и правда что-то случится, а несколько часов никто не будет знать? Никто ведь не может обещать, что такого никогда не повторится!»

«Больше такого не будет. Я теперь выучу все ваши номера…»

Безопасность безопасностью, но человеку надо хотя бы дышать. Она и так почти ничего не делает по своей воле — а теперь что, выставлять напоказ, даже когда в уборную ходит? Со Ран был откровенно недоволен, но высказать всё, что думал, не смог — всё-таки он знал, что Хи Чжу искренне заботится о Га Он.

— Не переживай так. Ты ни в чём не виновата.

— Я не переживаю. Перед сотрудниками, которым досталось, неловко, но виноватой я себя не считаю. Это моя работа.

— Тогда почему не спишь?

— …

— Из-за того молокососа?

— !..

Глядя, как Га Он округлила глаза, Со Ран тихо цокнул языком. Да говорю же, когда ты о нём думаешь, у тебя запах другой, запах! А когда вы смотрите друг на друга, гормоны у вас обоих просто с ума сходят! Но сказать это прямо он никак не мог, так что постарался выразиться как можно приличнее и обиняками.

— Нравится ведь тебе этот молокосос. Ну а он и вовсе ничего не скрывает.

— Почему я нравлюсь директору Ча?

— Видно, тоже падок на красивые лица.

— Тоже?

При этом невинном взгляде, будто спрашивающем, кто же ещё падок на красивые лица, у Со Рана закружилась голова.

А ты, между прочим, ужасно привередлива и падка на красивые лица. И то, что тебя до сих пор никто не любил, как ты говорила, — это всего лишь заблуждение. Интересовались тобой многие. Тех, кого я сходу вспомню, и на пальцах обеих рук не перечесть. Правда, рук у меня нет…

Просто ты впервые обратила на это внимание по-настоящему. Ты даже одному мужчине, который нарвал для тебя цветов, однажды сказала:

«Не к лицу тебе то, что ты несёшь. Полевые цветы прекраснее, пока растут в поле».

Конечно, ты, наверное, имела в виду, что и одного цветка нельзя рвать зря. И вовсе не хотела задеть его внешность. Ты ведь не судишь о людях по лицу. Но и то правда, что на некрасивых ты даже не смотрела. Всех — справедливо и последовательно — считала камешками.

— Не знаю, что делать. И что говорить, не знаю.

— А разве в таком деле нужны слова? Ты просто разок тихонько возьми его за руку. Дальше он сам всё сделает.

— Эх… И это непросто. Вчера мне хотелось так сделать, но…

Со всей серьёзностью слушая Га Он, Со Ран про себя без конца цокал языком.

Чёрт возьми, я же волк. У меня даже своей пары нет. Какие мне ещё советы по человеческой любви? Раз уж они венец творения и так этим кичатся, могли бы хоть в этом разбираться сами. Это было возмутительно, но Со Ран изо всех сил старался вникнуть в то, что говорила Га Он. Его уже начинало клонить в сон, так что сдержать зевоту стоило немалых усилий.

— А вы слышали?

— Что?

— Говорят, в этом павильоне водится призрак. Несколько человек из съёмочной группы, кто работал ночью один, уже видели.

Ро А, тихо читавшая сценарий в углу, невольно обернулась. Но актёры второго плана, увлечённые интересной темой, её дрожащего взгляда совсем не заметили.

— Так это же хорошо? Говорят же, если на съёмках появляется призрак, будет хит.

— Вот именно. Посмотреть бы хоть, как выглядит. Говорят, это женщина.

— Ну вы даёте! Хоть призрак, лишь бы женщина?

— Да нет. Я просто ни разу в жизни не видел призраков. Раз уж на то пошло, лучше бы красивая.

— Не знаю, по-моему, красивая женщина-призрак ещё страшнее.

Актёры быстро перешли на другую тему, но перепуганная Ро А так дрожала, что больше не могла читать сценарий. Ту красивую женщину-призрака, о которой говорили люди, Ро А уже видела. И, как кто-то и сказал, это было по-настоящему страшно.

— Ро А, почему вы такая бледная? Вам нехорошо?

— Н-нет. Просто здесь свет тусклый, вот так и кажется.

— Правда? Вы такая с тех пор, как они заговорили о призраке, — может, испугались?

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/provodnik-65bd6c

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab