— Здравствуйте, господин директор.
— Здравствуйте.
Чжи Вон, машинально ответивший, даже не взглянув в сторону стойки информации, вдруг почуял чужеродную энергию — будто кто-то ухватил его за затылок — и медленно обернулся. Он надеялся, что это всего лишь мнительность… Незнакомый мужчина, вплотную прилипший к Су Бин, которая улыбалась приветливо, как на картинке, встретился с Чжи Воном взглядом, тотчас отвёл глаза и начал потихоньку пятиться.
С самого утра — и такое… Эх, недаром мне всю ночь дрянь снилась. Возиться лень; может, сделать вид, что ничего не заметил? Сдвинув брови, Чжи Вон ненадолго задумался, потом посмотрел на Су Бин, которая тревожно на него поглядывала, и коротко вздохнул. Прежде он ни разу не присматривался к её лицу, но сегодня, как назло, ему отчётливо бросились в глаза следы бессонницы, которые не мог скрыть даже макияж.
— Ким Су Бин.
— Да, господин директор.
— Зайдите ко мне в кабинет на минуту.
— Что? А… Да.
Вздрогнув от неожиданности, Су Бин поспешно вскочила и пошла следом за широко шагавшим Чжи Воном. От внезапной выходки работодателя, который обычно и словом-то с ней толком не перекидывался, у неё ёкнуло сердце, но не в её положении было допытываться о причинах.
Что это он сегодня такой мрачный? Ну, он и в обычные дни не из тех, кто ходит с добродушной улыбкой… Может, я где-то ошиблась? Ох. Он же не собирается меня уволить? Нет, ничего настолько серьёзного, чтобы увольнять, я не сделала, да и в наше время работника так просто не выставишь. А если всё-таки уволят… пособие по безработице мне хоть дадут?
— Господин директор, вы сегодня рано. Ой, Су Бин…
Секретарь, приветливо поздоровавшийся было с Чжи Воном, увидел робко семенившую за ним Су Бин и тоже не смог скрыть замешательства. Все распоряжения Чжи Вон передавал исключительно через секретаря, и чтобы он сам вызвал сотрудника к себе в кабинет — такого ещё не случалось. Что стряслось, ты что-то натворила? Не знаю. В ответ на встревоженный взгляд секретаря Су Бин едва заметно покачала головой и невероятно тяжёлой поступью вошла в кабинет директора.
— Ким Су Бин.
— Да, господин директор.
— Для начала хочу чётко обозначить: в том, что я сейчас скажу, нет ни малейшего личного интереса. Иными словами, я ни в коем случае не пытаюсь с вами заигрывать.
— А… Да.
Изо всех сил стараясь не выдать недовольства, Су Бин ответила как можно учтивее. Хорошо хоть, что увольнять меня прямо сейчас, похоже, не собираются, но… Эй, можешь не отгораживаться от меня стеной, ничего такого я себе и не воображаю, так что не волнуйся. Ты мне тоже не особо нравишься, знаешь ли. В эту минуту ей стало мучительно стыдно вспоминать, как в первый рабочий день в этом самом кабинете, выслушивая его бездушное приветствие, она на короткий миг ощутила трепет.
Конечно, у мужчины по имени Ча Чжи Вон и впрямь было немало такого, что могло привлекать других. Правильное лицо с тонкими чертами, высокий рост, да ещё и пропорции как у модели — и одевался он, как и подобает владельцу модной галереи, отлично. Одних только машин, которые он менял под настроение, Су Бин видела семь, а по словам куратора, увлекавшегося автомобилями, если сложить их заводскую стоимость, выходило ровно четыре миллиарда вон.
Только что с того толку? Хамло, которое считает, что лучше него на свете никого нет, и даже здороваясь не взглянет человеку в лицо. Тоже мне, небожитель…
— Скажите, у вас недавно не умирал мужчина, с которым вы встречались?
Су Бин, которая, потупив глаза, молча язвила про себя, так и ахнула от вопроса, выходившего за всякие пределы воображения, и резко вскинула голову.
— Об этом… откуда вы…
— Объяснять долго. Спрошу прямо. Вы были близки? Настолько, чтобы захотеть последовать за ним?
Последовать?.. Куда? Долго хлопавшая глазами Су Бин наконец сообразила, о чём он, и, подскочив, замахала руками.
— Нет! Мне, конечно, долго было очень грустно и тяжело, но… У меня своя жизнь… и семья есть… Умереть вслед за ним — такого я ни разу…
— Вот как?
Равнодушно бросив это, Чжи Вон достал лист бумаги формата А4 и принялся быстро что-то рисовать. Су Бин, ошарашенно следившая за ним, увидела рисунок, законченный всего за тридцать секунд, и невольно раскрыла рот. Портрет, прорисованный так тщательно, что не верилось, будто его набросали шариковой ручкой на скорую руку, до мурашек походил на лицо, оставшееся в её памяти.
— Это он?
— Да.
— В последнее время он ведь часто вам снится?
— Да…
— И не звал вас куда-нибудь?
— !..
На последний вопрос Су Бин так и не смогла ответить — лишь губы у неё задрожали. Возлюбленный, которого она и без того изо всех сил старалась забыть, раз за разом являлся ей во сне, и последние несколько дней она толком не спала. С того страшного несчастного случая прошёл уже год, и она только-только начала понемногу приходить в себя. Просыпаясь, она всякий раз заново тонула в тоске, и на душе было очень тяжело, а ещё её мучила совесть оттого, что она понемногу его забывает.
Но все эти щемящие чувства в одно мгновение бесследно исчезли. Всё уговаривал съездить на восточное побережье посмотреть на море… А сам, выходит, звал меня с собой на тот свет?! Да как ты… как ты мог так со мной…
— Хотите, чтобы он больше не появлялся?
Когда смертельно побледневшая Су Бин, мелко дрожа, кивнула, Чжи Вон достал из внутреннего кармана зажигалку и сжёг свой рисунок. Проследив, чтобы от него остался один пепел, он безучастно произнёс:
— Теперь не появится.
— П-правда?
— Скорее всего. И вот ещё что: вообще-то я не из тех, кто лезет в чужие дела, но вы, похоже, легко поддаётесь внушению, поэтому дам вам один совет… Запомните. Если впредь вам приснится умерший и станет усаживать вас в автобус или поезд, ни в коем случае не садитесь покорно.
— П-почему?..
— Потому что это катафалк. Ваш собственный.
От этого короткого ответа Су Бин с головы до пят покрылась мурашками. Как раз сегодня на рассвете она в конце концов дошла с ним, без конца твердившим про восточное море, до самого вокзала. Она уже собиралась сесть в поезд, но тут её разбудил старший брат, которому понадобилось одолжить зарядный кабель. А она ещё и устроила ему скандал перед уходом на работу: мало того что помешал драгоценному утреннему сну работающего человека, так ещё и бесцеремонно растолкал её ногой…
Глядя на Су Бин, побледневшую так, будто она вот-вот упадёт в обморок, Чжи Вон и бровью не повёл — лишь едва заметно кивнул на дверь. Это означало: дело закончено, можете идти.
— Простите, господин директор…
Чжи Вон, уже успевший достать телефон и проверить котировки акций, мельком поднял на неё глаза. Взгляд так явно выражал досаду, что Су Бин немного оробела, но не спросить она просто не могла.
— Если бы… Просто если бы. Если бы я сказала, что хочу умереть вслед за ним… вы бы сегодня так меня и оставили?
Ненадолго задумавшись над её вопросом, Чжи Вон медленно кивнул. Если бы ему не приходилось видеть её каждый день и если бы возня с наймом нового сотрудника не легла на него самого, он бы и вовсе не стал её вызывать и спрашивать о таком.
— Оставил бы. Я не вправе по своему усмотрению вмешиваться в вашу жизнь.
