Онлайн чтение книги
Внезапный брак с президентом: жена по договору
The CEO Wants To Marry Me
Глава 69 Кто смеет бить мою женщину?
Инь Сычэнь расслабленно опирался на высокий барный стул, кончиками пальцев слегка поворачивая бокал, и, казалось, с удовлетворением разглядывал рубиновую жидкость в нём.
Это было выдержанное вино из погребов Франции, которое его ассистент всегда возил с собой.
Рыночная стоимость — сто тысяч долларов за бутылку[1], и при этом спрос превышал предложение.
[1] Курс доллара к рублю в 2016-м 66,83 руб за 1 доллар, т.е 6,683 млн. руб за 6 я ничего в интеренете не нашла, но вот для примера вино за 2млн https://decanter.ru/product/chateau-petrus-1990-id160636 и это в 26-м вот еще https://simplewine.ru/catalog/product/petrus_1989_075_154440/ буквально на год старше, но уже на миллион дороже.
Общий объем производства в год не более тысячи бутылок, поистине: выпьешь глоток — убудет навсегда.
Только такой человек, как Инь Сычэнь, мог носить с собой вино такой баснословной цены просто как напиток, который развеивает скуку.
Покачивая бокал, Инь Сычэнь рассеянно размышлял: «Интересно, как там Сиси разговаривает с матерью? Как она начнёт этот разговор? Если не справится, попросит ли она помощи у него?»
И вдруг в нём проснулось страстное желание: стоит ей только попросить, и он вмиг всё для неё уладит…
Гу Чжэньчжэнь, отчаявшись найти Инь Сычэня, решила попытать счастья в баре. Если не встретит и здесь — сдастся окончательно.
Но как только она переступила порог и подняла глаза, весь её взгляд мгновенно приковала к себе эта высокая фигура!
Инь Сычэнь обладал именно этим качеством.
Где бы он ни появился, даже в тряпье, он мгновенно выделялся из толпы.
Эта врождённая властность и холодная отстранённость были абсолютным оружием против почти всех женщин.
— Зя… Зять! — Гу Чжэньчжэнь, протерев глаза, чтобы убедиться, что ей не кажется, прыснула на себя духами и только потом ринулась к Инь Сычэню.
Инь Сычэнь нахмурился, уловив запах дешёвых духов.
Гу Чжэньчжэнь с деланным удивлением воскликнула:
— Какое совпадение! Ты тоже здесь!
Не дожидаясь ответа, она без стыда уселась рядом с Инь Сычэнем.
Инь Сычэнь полностью игнорировал Гу Чжэньчжэнь, сосредоточенно смакуя вино.
Гу Чжэньчжэнь, видя, что он даже глазом на неё не повёл, впала в уныние.
Она так нарядилась, а он даже не смотрит?
Может, она недостаточно старается?
— Зять, почему ты здесь один? А где моя сестра? — Гу Чжэньчжэнь нарочно навалилась на столик, выпятив грудь так, что образовалась глубокая ложбинка.
Раньше, когда она пользовалась этим приёмом с мужчинами, он никогда не подводил.
Вот и сейчас Гу Чжэньчжэнь решила повторить старый трюк.
Но Инь Сычэнь по-прежнему элегантно смаковал вино, не удостоив её взгляда даже уголком глаза.
Гу Чжэньчжэнь, не смирившись, хотела придвинуться ещё ближе.
Не успела она продвинуться и на дюйм, как между ней и Инь Сычэнем вдруг выросла рука, преграждая ей путь.
— Гу-сяоцзе, прошу соблюдать приличия, — Сяо-А очень спокойно произнёс. — Запах ваших дешёвых духов уже раздражает господина президента!
Лицо Гу Чжэньчжэнь мгновенно залилось краской стыда!
Она никогда ещё так не позорилась.
Инь Сычэнь с начала и до конца ни разу на неё не взглянул, только Сяо-А сказал ей эту фразу, полностью сорвав с неё маску.
Гу Чжэньчжэнь хотела что-то возразить, но у Сяо-А вдруг зазвонил телефон.
Взглянув на номер, он сразу ответил.
Разговор был очень коротким, звонивший кратко доложил о случившемся.
Закончив, Сяо-А сказал Инь Сычэню:
— Господин президент, молодую госпожу окружила толпа!
Услышав это, взгляд Инь Сычэня мгновенно похолодел, он поставил бокал на стол, развернулся и вышел!
Сяо-А тут же последовал за ним.
Она так старательно демонстрировала свои прелести, и всё зря — из-за одного телефонного звонка?
Гу Чжэньчжэнь чувствовала дикую несправедливость, поэтому, когда Сяо-А повернулся, она тоже побежала следом:
— Зять, подожди меня! Я с тобой!
Сяо-А никогда не думал, что женщина может быть настолько толстокожей!
Сейчас все беспокоились за Гу Сиси, и ему было некогда прогонять её, поэтому он не стал останавливать Гу Чжэньчжэнь, позволяя ей идти следом.
В конце концов, в машину ей всё равно не сесть.
Гу Сиси смотрела, как эти сумасшедшие бабы окружают её с мамой. Мама же от перенесённого удара была в ступоре.
Гу Сиси нужно было заботиться о маме, поэтому противостоять толпе разъярённых женщин пришлось телохранителю.
Гу Сиси совершенно не ожидала, что всё так обернётся!
Она всего лишь привела маму на уход, а в итоге они встретили любовницу отца и оказались запертыми в салоне!
Пользуясь тем, что они местные, безнаказанно издеваются над приезжими?
Неужели приезжих так легко запугать?
— Молодая госпожа, пожалуйста, отойдите назад, чтобы вас случайно не задели, — тихо сказал телохранитель.
Гу Сиси сразу же отвела маму к стене.
Подняв голову, она увидела бледное, до сих пор не оправившееся от удара лицо мамы и невольно вздохнула.
Хотя она и ожидала, что мама не выдержит этого удара, но не думала, что когда правда раскроется, мама станет словно живой труп.
И это только узнав, что у отца есть любовница. А если мама узнает, что отец ещё и прятал деньги, без конца ходил на свидания и в любой момент готов развестись, сможет ли она это выдержать?
Гу Сиси смотрела, как полтора десятка женщин прижали их троих к стене, и первая мысль, пришедшая ей в голову, была: «Инь Сычэнь, где же ты?»
Стоп, с каких это пор она стала так зависеть от Инь Сычэня?
Не успела она развить эту мысль, как женщина по прозвищу сестрица Фань обратилась к ним с мамой:
— Говорите, кто вы такие? Откуда вы знаете моего мужа?
Услышав это, Гу Сиси не удержалась от смеха:
— Вот умора! Вор кричит «держи вора» — и так величественно! Гу Цзяцян — мой отец, а женщина рядом со мной — его законная жена! По какому праву ты тут разоряешься? Ты вообще в курсе, что это противозаконно?
— Противозаконно? Хм! — фыркнула сестрица Фань, с пренебрежением глядя на маму Гу. — Неудивительно, что Гу Цзяцян хочет меня! На его месте, день за днём глядя на такую старую, уродливую, бесчувственную чурку, я бы тоже устала! Раз ты его дочь, очень кстати: мне нужно оплатить годовой абонемент, гони деньги!
Это что, шутка вселенского масштаба?
Быть любовницей и так нагло заявлять свои права?
Гу Сиси рассмеялась от ярости!
Она впервые слышала такую бандитскую логику!
— Твой отец мне обещал, что деньги, которые ты даёшь ему из дочерней почтительности, все пойдут мне! Так вот, чтобы без лишних хлопот, отдавай их прямо мне! — на вульгарном лице сестрицы Фань читалось торжество. — В конце концов, даже если твои родители разведутся, ты всё равно обязана почитать отца! Так что давай, без раздумий!
Дойти до такого бесстыдства — тут уж, честно, никаких комментариев не нужно.
— А если я не дам? — жёстко парировала Гу Сиси.
— Не дашь? — сестрица Фань холодно усмехнулась, повернулась, схватила какой-то декоративный предмет со стола и со всей силы швырнула его в витрину!
Хрясь! Изысканная витрина покрылась трещинами!
— Не дашь — заплатишь за ущерб здесь! — говорила она с леденящим душу спокойствием. — Больше десяти пар глаз всё видели: это ты разбила витрину! Пока не раскошелишься, тебе отсюда не выйти!
Гу Сиси тут же рассмеялась от гнева:
— Вы вот так, в открытую, издеваетесь над людьми?
— Да, издеваемся над тобой! Ты и твоя мать — тихие, забитые, как вас не задирать? Мы местные, и что ты сделаешь, хоть в полицию звони! У тебя всё равно нет доказательств, что это не ты разбила. Раз управляющая салона говорит, что ты, — значит, ты! — эта женщина дошла до крайней степени наглости.
Тут мама Гу, которую поддерживала Гу Сиси, наконец пришла в себя и услышала её слова.
— Как ты познакомилась с Гу Цзяцяном?
— Познакомились не так уж давно, но он щедрый и ко мне хорошо относится, — наглая любовница смерила маму Гу взглядом с ног до головы и презрительно бросила. — На твоём месте я бы давно развелась и убралась! И чего ты цепляешься за семью Гу? Я слышала, ты столько лет в этой семье Гу пашешь как лошадь, терпишь лишения. Какая жалость! Но не жди от меня жалости! Это Гу Цзяцян хочет быть со мной, можешь с него и спрашивать!
Мама Гу оттолкнула руку Гу Сиси и большими шагами направилась к этой сестрице Фань. Несмотря на смертельную бледность, она твёрдо сказала:
— Не дождёшься! Пока я не дам развода, ты так и останешься грязной подстилкой, которую никто не признает!
Эти слова привели сестрицу Фань в бешенство, и она замахнулась, чтобы ударить маму Гу по лицу!
Гу Сиси с криком бросилась вперёд, обхватила маму и прикрыла её своим телом.
В этот момент вмешался телохранитель, мгновенно скрутив нападавшую.
Сестрица Фань, снова оказавшись в захвате, завопила:
Начальница и остальные косметологи тут же ринулись на Гу Сиси и маму Гу.
Мама Гу, увидев, что её дочь сейчас будут бить, словно обрела силы, развернулась и закрыла Гу Сиси собой.
Град ударов посыпался на маму Гу, а Гу Сиси, крепко стиснутая в объятиях мамы, чувствовала всю её боль.
С самого детства мама защищала её именно так.
Когда в детстве бабушка хотела наказать её за шалость, мама вот так же молча обнимала её, принимая на себя бабушкин гнев.
А теперь, когда она уже выросла, ей снова нужна мамина защита…
Слёзы Гу Сиси затуманили взор. Никогда раньше она так отчаянно не жаждала Инь Сычэня.
Потому что единственным, кто мог спасти её сейчас, был Инь Сычэнь.
И, кажется, небеса услышали её молитву: после того как по маме Гу нанесли больше десяти ударов, стеклянная дверь позади вдруг разлетелась вдребезги!
В проломе стоял мужчина с прямой, величавой осанкой и повелительной аурой. Он широким шагом вошёл внутрь, и его взгляд в первую очередь упал на Гу Сиси. Властное давление, исходящее от него, резко усилилось, губы сжались, и ледяные слова медленно сорвались с них:
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления