Мо Цзысинь посмотрел на Гу Сиси, легонько улыбнулся и покинул поместье.

Проводив гостя, Гу Сиси наконец смогла расслабиться.

И как раз когда она повернулась, чтобы уйти, Инь Сычэнь внезапно схватил её за запястье и резко притянул к себе, наклонившись так, что их тела почти соприкоснулись.

Гу Сиси сильно испугалась:

— Что ты хочешь делать?

Инь Сычэнь дьявольски улыбнулся:

— Разве это не я должен спросить тебя об этом? Моя жена?

Гу Сиси посмотрела в глаза Инь Сычэня, и интуиция подсказала ей, что Инь Сычэнь становится всё опаснее и опаснее!

Лучше всего бежать как можно дальше.

Но сейчас её запястье было в его власти, и убежать было невозможно!

— Ты... что ты говоришь? Я не понимаю! — Гу Сиси попыталась вырваться, но, поняв, что это бесполезно, в отчаянии сказала. — Я не понимаю, что ты имеешь в виду!

— Тогда пойдём в комнату, и ты поймёшь, что я имею в виду... — Инь Сычэнь подхватил её на руки. Не успела Гу Сиси воспротивиться, как он уже подхватил её на руки как принцессу и широкими шагами направился в сторону кабинета.

Несколько ассистентов переглянулись и, опустив головы, не посмели проронить ни звука.

Разве Президенту и Молодой госпоже нужно выбирать время для проявления нежности?

Инь Сычэнь внёс Гу Сиси в кабинет, ногой распахнув дверь, вошёл и бросил Гу Сиси на кровать!

Не успела Гу Сиси опомниться, как Инь Сычэнь тут же навис над ней!

— Инь Сычэнь! — Гу Сиси запаниковала. — Средь бела дня ты хочешь...

— Гу Сиси! — Инь Сычэнь вдруг схватил её за подбородок, заставляя её взгляд встретиться с его глазами. — Запомни раз и навсегда! Ты — моя женщина, и даже не думай заглядываться на других мужчин!

Подбородок Гу Сиси был во власти Инь Сычэня, и она совсем не могла вырваться.

Она замахала кулаками, пытаясь ударить его, но её руки были слишком коротки и совсем не доставали до Инь Сычэня, так что ей оставалось лишь отчаянно колотить его по рукам, выражая сопротивление.

Инь Сычэнь просто смотрел на Гу Сиси, на то, как она бессильно бьётся в его руках.

Но, как ни странно, он совсем не радовался!

Гу Сиси была так разозлена Инь Сычэнем, что у неё брызнули слёзы.

Что за припадок у этого типа?

Бред какой-то!

Увидев слёзы Гу Сиси, в сердце Инь Сычэня что-то смутно кольнуло, его пальцы резко разжались, и он вытер ей слёзы.

Гу Сиси в раздражении смахнула слёзы со щёк и попыталась встать с кровати, но обнаружила, что Инь Сычэнь всё ещё придавливает её своим телом.

— Несуразица какая-то, — с ненавистью уставилась на Инь Сычэня Гу Сиси.

С тех пор как они вернулись из семьи Гу, Инь Сычэнь словно стал другим человеком.

Просто чужой, до ужаса.

Возможно, это и есть настоящий он?

А раньше он просто слишком хорошо притворялся!

Инь Сычэнь вот так пристально смотрел на Гу Сиси, его изначально насмешливое выражение глаз постепенно исчезло, и в его сияющих глазах появилась редкая серьёзность.

Инь Сычэнь поднял руку и нежно коснулся её белоснежного, утончённого лица, а затем провёл пальцами по тёплым губам Гу Сиси.

Именно это ощущение заставило его словно околдовать...

— Сиси... — взгляд Инь Сычэня становился всё более горячим, и он так смотрел на Гу Сиси, что Гу Сиси на мгновение тоже забыла о гневе и слезах и лишь смотрела на Инь Сычэня.

Гу Сиси не знала, что именно хочет сказать Инь Сычэнь, но это обращение... ей казалось, что атмосфера была какой-то неправильной...

Что он хочет сказать?

— Я... — в душе Инь Сычэня внезапно вспыхнуло пламя, и голос в его голове неистово кричал: «Скажи ей, скажи, что она тебе нравится!»

Гу Сиси в изумлении смотрела на Инь Сычэня, всё ещё пребывая в полном недоумении.

— На самом деле я... — Инь Сычэнь с трудом сглотнул слюну. Такие слова он не произносил уже очень, очень давно.

Как он мог их произнести?

Изумлённое лицо Гу Сиси глубоко запечатлелось в глазах Инь Сычэня.

— Ты мне нра... — Инь Сычэнь не успел договорить, как за дверью раздался стук.

Инь Сычэнь резко пришёл в себя!

Гу Сиси тут же спросила:

— Кто там?

— Сычэнь... — раздался из-за двери кокетливый голос Линь Сяоя. — Мне нужно сказать тебе кое-что наедине, дай мне шанс, хорошо?

Затем послышался голос Му Жоны:

— Прости, я не смогла её остановить.

Инь Сычэнь тут же скатился с Гу Сиси, а Гу Сиси, опешив, тоже села на кровати.

— Войдите, — холодно произнёс Инь Сычэнь.

В следующую секунду дверь кабинета распахнулась.

Линь Сяоя и Му Жона вошли одновременно.

Взгляд Линь Сяоя тут же упал на кровать: «Скомканные простыни... чем они только что здесь занимались?»

Пальцы Линь Сяоя сжались в кулак, зубы скрипнули, и она с горящим взглядом уставилась на Гу Сиси.

Ах ты, обманщица!

Разве ты не говорила, что между тобой и Инь Сычэнем больше ничего нет?

Тогда что вы сейчас делали?

Гу Сиси, ты сама меня вынуждаешь!

Не вини меня в жестокости!

Му Жона, естественно, тоже заметила беспорядок на кровати, но она была очень рада.

Ей просто претила эта Линь Сяоя, и чем больше Линь Сяоя злилась и бесилась, тем радостнее было Му Жоне!

— Что ты хочешь сказать? Кто тебе позволил сюда приходить? — взгляд Инь Сычэня похолодел. Он ещё не успел с ней посчитаться, а у неё хватило наглости появиться первой!

— Я удалюсь, — сказала Гу Сиси и уже повернулась, чтобы уйти.

Инь Сычэнь хотел было её остановить, но потом подумал, что только что обидел её: «Ладно, пусть выйдет, успокоится».

Этот поступок Инь Сычэня в глазах Гу Сиси стал подтверждением того, что его разговор с Линь Сяоя не предназначен для её ушей.

И правда.

С какой стати мне иметь право знать?

В конце концов, они когда-то были настоящими возлюбленными.

Я же всего лишь кукушка, занявшая чужое гнездо.

Гу Сиси потянула Му Жону за собой, и они вместе вышли из кабинета, попутно прикрыв за собой дверь.

— Что тебе ещё нужно сказать? — нетерпеливо произнёс Инь Сычэнь. — Сколько денег?

С точки зрения Инь Сычэня, причина, по которой Линь Сяоя цеплялась за него, была исключительно в деньгах.

М-м, он не ошибся!

Услышав эти слова, Линь Сяоя так разволновалась, что чуть не расплакалась, и потянулась, чтобы ухватиться за Инь Сычэня, но тот не дал ей и шанса прикоснуться к себею. Одним движением отдёрнув руку, он уклонился от Линь Сяоя.

Прикосновение любой другой женщины, кроме Гу Сиси, вызывало в нём лишь отвращение!

— Сычэнь, как ты можешь так говорить обо мне? Разве я такая женщина? Сычэнь! Я правда не могу тебя забыть! — видя, что Инь Сычэнь избегает её, Линь Сяоя не спешила навязываться. Стоило лишь рассеять его отвращение к ней, и тогда можно было не бояться, что не получится заменить Гу Сиси!

Инь Сычэнь смотрел на Линь Сяоя с откровенной насмешкой:

— Гу Сиси дура, но не стоит думать, что и я такой же. Я прекрасно знаю все твои уловки! Дина, о нет, Линь Сяоя! Я не выставил тебя в совсем уж неприглядном свете лишь потому, что у нас когда-то был роман! Но моё терпение ограничено!

Линь Сяоя, увидев ледяной взгляд Инь Сычэня, невольно вздрогнула:

— Сычэнь, раньше ты не был таким! Ты говорил, что подождёшь меня! Ты даже из-за меня боролся с Председателем совета директоров Инь и отказывался жениться раньше. Сычэнь, мы ведь так любили друг друга, как ты можешь говорить, что забыл меня? Я признаю, что совершила глупость, но только потому, что слишком дорожила тобой!

— Ты дорожишь только собой? — усмехнулся Инь Сычэнь.

Инь Сычэнь вдруг почувствовал, что сам он в прошлом был до смешного нелеп.

Он когда-то считал, что Линь Сяоя — особенная.

А оказалось, что она по-особенному бессовестная!

Все предыдущие женщины, получив определённую выгоду, уже не смели больше привязываться.

А эта Линь Сяоя — просто невероятно бесстыжая!

Деньги за разрыв взяла без зазрения совести, а теперь ещё хочет вернуться и продолжает приставать!

Линь Сяоя поперхнулась от слов Инь Сычэня.

Инь Сычэнь отодвинул стул и вытянул длинные ноги:

— Ты ведь всё твердила, что хочешь мне что-то сказать? Можешь не повторять то, что уже говорила раньше! Если у тебя нет новых слов, тогда можешь катиться отсюда.

— Сычэнь, ты не можешь так со мной поступать! Мы ведь когда-то любили друг друга! — Линь Сяоя совсем растерялась: «Что она могла сейчас сказать? Что она могла сделать, кроме как умолять?»

— Я позволил тебе прыгать до сих пор только потому, что когда-то ты преподнесла мне большой подарок, — с холодной усмешкой произнёс Инь Сычэнь. — Иначе ты думаешь, что я, Инь Сычэнь, такой сговорчивый? Ну всё, твоё время вышло, ты не сказала ничего, что могло бы меня удовлетворить, так что можешь катиться!

Не дожидаясь реакции Линь Сяоя, Инь Сычэнь сразу же нажал кнопку вызова.

В следующую секунду снаружи, постучавшись, вошёл Сяо-А и без лишних слов выволок упирающуюся и плачущую Линь Сяоя.

Для Инь Сычэня это вообще не было проблемой, так что и говорить об этом Гу Сиси, естественно, не было необходимости.

После того как Гу Сиси и Му Жона ушли, Гу Сиси с виноватым видом сказала Му Жоне:

— Извини, я хотела оставить тебя здесь, чтобы ты как следует отдохнула, и не ожидала, что такое случится.

Му Жона покачала головой, для неё такие вещи были давно привычны!

— Скоро нам нужно будет возвращаться. Погода сегодня хорошая, может, съездим со мной на цветочный рынок, развеешься? — с улыбкой сказала Му Жона, глядя на Гу Сиси. — Заодно и заглянешь ко мне выпить по стаканчику.

Гу Сиси опешила, не ожидая, что Му Жона сама пригласит её.

— Я отношусь к тебе как к подруге, — добавила Му Жона. — Но ты можешь быть полностью спокойна. Хотя моя грудь гораздо больше, чем у той женщины, такие вещи, как всадить нож в спину друга, я презираю.

Глаза Гу Сиси увлажнились, и она невольно улыбнулась:

— С удовольствием!

Хотя они обе видели друг друга в самых неприглядных ситуациях, ни одна не отвернулась от другой.

Возможно, так было угодно Небесам.

Так и случилось: вскоре Инь Сычэнь отдал приказ отправляться домой!

Гу Сиси бросила взгляд на Линь Сяоя, стоявшую в стороне с таким видом, будто порывается что-то сказать, но не решается подойти, и обратилась к Инь Сычэню:

— Мы с Жоной договорились съездить на цветочный рынок развеяться, я не поеду с тобой в машине.

Му Жона кивнула, подтверждая, что приехала на своей машине.

Взгляд Инь Сычэня на мгновение замерцал, и только после этого он кивнул:

— Хорошо! Пусть Сяо-А поедет с тобой.

Гу Сиси покачала головой:

— Не нужно, я еду развеяться, а не искать неприятностей. Мне вполне хватит компании Жоны.