Поэтому Инь Сычэнь холодно произнёс:

— Раз плохо себя чувствуешь, не надо было ехать.

Увидев холодность Инь Сычэня, Гу Сиси опустила глаза.

Так и есть!

Линь Сяоя оказалась права!

Инь Сычэнь всё ещё не может забыть Линь Сяоя, верно?

Стоило Линь Сяоя снова появиться перед ним, как его отношение ко мне мгновенно стало гораздо холоднее.

Ну и хорошо, пусть сегодня вечером всё встанет на свои места.

Рожу этого ребёнка и тоже полностью разорву все связи с семьёй Инь.

Мо Цзысинь всё так же держался с безупречной вежливостью:

— Гу-сяоцзе слишком любезна, мы тоже ждали недолго.

Инь Сычэню особенно не нравилось, что Мо Цзысинь проявляет снисходительность к Гу Сиси.

Его жена не нуждалась в снисходительности другого мужчины!

— Садись здесь, — непререкаемым тоном сказал Инь Сычэнь Гу Сиси.

Гу Сиси без колебаний сразу же села рядом с Инь Сычэнем.

Инь Сычэнь с вызовом посмотрел на Мо Цзысиня.

Сегодня они целый день мерились силами в гольфе, плавании, бильярде, настольном теннисе, большом теннисе — у каждого были и поражения, и победы.

Но в том, что касалось Гу Сиси, пусть он и не мечтает одержать верх.

Мо Цзысинь с безмятежным видом произнёс:

— Супружеские чувства Директора Иня и Гу-сяоцзе и правда вызывают зависть!

Мо Цзысинь уже второй раз обратился к Гу Сиси «Гу-сяоцзе», но ни разу не назвал её «Инь-фужень».[1]

[1] сяоцзе 小姐 xiǎojiě – обращение к незамужней девушке, фужень 夫人 fūrén – обращение к супруге, обязательно по фамилии мужа. Тут полюбопытствуйте https://dzen.ru/a/aGgnc9hxNU7hUzZq

Этот ответный выпад Мо Цзысиня на сей раз уловила даже Гу Сиси.

Гу Сиси слегка нахмурилась, но в такой обстановке ей не подобало открывать рот.

Инь Сычэнь развязно ответил:

— Да, наши супружеские чувства всегда были такими тёплыми.

Услышав эти слова, Мо Цзысинь лишь загадочно улыбнулся и не стал продолжать разговор.

Гу Сиси легонько кашлянула и сказала:

— Я немного проголодалась.

Эти слова удачно отвлекли внимание обоих мужчин.

Управляющий по знаку Инь Сычэня распорядился, чтобы повара одно за другим подавали сегодняшние вечерние блюда.

Пока Гу Сиси сопровождала Инь Сычэня и Мо Цзысиня за ужином, Линь Сяоя уже взяла ключ-карту Гу Сиси и первой вошла в номер Гу Сиси и Инь Сычэня.

Линь Сяоя нежно касалась изысканных лепестков на кровати и буквально сияла от самодовольства, едва сдерживая смех.

Эта дурочка Гу Сиси, как всегда, так же легко поддаётся на обман.

Раз это шанс, который Гу Сиси сама мне преподнесла, не воспользоваться им как следует — значит предать звание лучшей подруги!

Линь Сяоя думала об этом всё радостнее, и в конце концов просто улеглась на большую кровать.

Представляя, как немного позже на этой кровати будет и Инь Сычэнь, Линь Сяоя почти опьянела...

Стоило ей лишь представить то совершенное тело Инь Сычэня, которое заставляло краснеть всех подиумных моделей-мужчин, как Линь Сяоя уже почти не могла сдержать дрожь во всём теле...

Ужин продолжался.

Внезапно вошёл Сяо-А и что-то тихо прошептал Инь Сычэню на ухо.

Сказав это, Сяо-А тут же отступил на шаг и, опустив голову, молча застыл как фон.

Взгляд Инь Сычэня быстро скользнул по Гу Сиси, сидевшей рядом и спокойно евшей.

Возможно, почувствовав остроту взгляда Инь Сычэня, Гу Сиси подняла голову, но успела заметить лишь его отвернувшийся профиль.

— Спасибо за угощение, сегодня было очень приятно, — Мо Цзысинь чутко уловил скрытое напряжение между Инь Сычэнем и Гу Сиси. По правде говоря, он с нетерпением ждал выражения лица Инь Сычэня, когда тот обнаружит, что женщина в его постели — его бывшая подружка.

Мо Цзысинь элегантно промокнул уголки губ, показывая, что закончил есть.

У Гу Сиси сейчас на душе скребли кошки, на самом деле у неё тоже не было аппетита, и она тоже вытерла губы, показывая, что закончила.

Инь Сычэнь, заметив такую синхронность между ними, подавил в себе закипавшую втайне ярость.

— Сяо-А, проводи Директора Мо в его комнату для отдыха, — сказал Инь Сычэнь Сяо-А. — Что бы ни потребовалось Директору Мо, всё предоставить безоговорочно.

— Слушаюсь, Президент, — Сяо-А тотчас повернулся к Мо Цзысиню: — Прошу, Директор Мо!

— Благодарю, — Мо Цзысинь многозначительно взглянул на Инь Сычэня и Гу Сиси и вышел вслед за Сяо-А.

Как только Мо Цзысинь ушёл, Инь Сычэнь резко повернул голову и уставился на Гу Сиси:

— Жена моя, что это значит? Я слышал, сегодня вечером ты собираешься отдыхать во второй зоне?

Во взгляде Гу Сиси промелькнуло замешательство:

— Да... мы договорились с Жоной, я сегодня переночую у неё!

Гу Сиси не решилась сказать Инь Сычэню правду.

Неизвестно почему, но как только она встречалась взглядом с Инь Сычэнем, её тут же охватывало чувство вины.

— Вот как! Раз моя жена уже решила, смею ли я, твой муж, ставить тебя в неловкое положение? — Инь Сычэнь широко улыбнулся. — Тогда твой муж первым пойдёт отдыхать в номер. Эй, кто-нибудь, проводите фужень во вторую зону!

— Слушаюсь, — Сяо-Б сделал шаг вперёд, посмотрел на Инь Сычэня, потом на Гу Сиси и внутренне вздохнул: «Когда начальник ссорится с начальницей, больше всех сердцем устают подчинённые!»

Гу Сиси тоже вспыхнула гневом, резко встала и вышла вслед за Сяо-Б.

Гу Сиси шла впереди, и на сердце у неё вдруг стало горько.

Инь Сычэню настолько не терпится пойти к Линь Сяоя...

Так и есть, я здесь лишняя!

Глядя на удаляющуюся фигуру Гу Сиси, в глазах Инь Сычэня мелькнул холод.

Этот Маленький крот становится всё смелее!

Осмелилась подкладывать женщин в его постель?

Он, Инь Сычэнь, не так дёшево стоит! Не каждую женщину он примет!

Когда Сяо-А вернулся, на его лице не было ни тени странного выражения, он просто встал рядом с Инь Сычэнем, ожидая приказаний.

— Сегодня сплю в кабинете, — Инь Сычэнь бросил салфетку и поднялся. — Заодно принеси мне все материалы о сферах влияния семьи Мо в военной и политической областях! Мо Цзысинь так зазнался, не на том ли основании, что за ним стоит военно-политическая поддержка семьи Мо? Я хочу посмотреть, что это за поддержка, из-за которой он смеет заглядываться на Гу Сиси! Посмотрим, останется ли тигр тигром, если вырвать ему клыки и когти?

— Слушаюсь, Президент! — тут же ответил Сяо-А.

Линь Сяоя ждала на кровати, ждала до одиннадцати вечера, но так и не дождалась Инь Сычэня.

Судя по словам прислуги, ужин закончился очень рано?

Даже если Инь Сычэнь обсуждал дела с Мо Цзысинем, к этому времени они уже должны были закончить?

Может быть, Гу Сиси дала мне не ту ключ-карту?

Гу Сиси...

Она меня обманула?

Нет! В этой комнате лежат две пижамы — мужская и женская, это явно комната Гу Сиси и Инь Сычэня.

Тогда куда же делся Инь Сычэнь?

Линь Сяоя, конечно, не могла знать, что Инь Сычэнь прямо отправился в кабинет и досконально изучил сложную сеть связей семьи Мо.

Сяо-А, будучи старшим ассистентом, собрал информацию, которая, само собой, была исчерпывающей до мелочей.

Если Инь Сычэнь чего-то не понимал, Сяо-А тут же пояснял.

Вдвоём они просидели в кабинете до глубокой ночи и наконец полностью разобрались во всех родственных ветвях семьи Мо, к которой принадлежал Мо Цзысинь.

Инь Сычэнь бросил ручку на стол и, приподняв один уголок губ с усмешкой, его удлинённые глаза тоже насмешливо изогнулись:

— Раз Мо Цзысинь так уверен в себе, посмотрим, какие козыри у него останутся для переговоров, когда я отрублю ему эту руку помощи! Хотя бабушка права, но сотрудничество так не делается!

Сяо-А стоял в стороне и в душе скорбел о Мо Цзысине.

Те, на кого Президент обращал свой взор, кажется, никогда хорошо не заканчивали.

— Сяо-А, проверь этого человека, — Инь Сычэнь метнул дротик, и тот вонзился прямо в фотографию некоего второго лица, отвечающего за экономику в одном из городов. — В военную сферу пока лезть сложно, а вот в местные административные дела вмешаться вполне можно! Этот человек предоставил Мо Цзысиню немало удобств, и в возвышении семьи Мо его заслуги занимают третье место. Вот его и уберём!

— Слушаюсь, Президент! — в глазах Сяо-А тоже заплясали смешинки.

Президент и раньше устранял немало людей, но всегда из-за того, что они вступали с ним в конфликт в деловой сфере.

Однако устранение этого чиновника исключительно из-за неприязни к Мо Цзысиню было настоящим «гневом, затмившим разум из-за красавицы».

Обаяние Молодой госпожи и правда было необычайным!

— Сделай всё быстро и чисто! — небрежно произнёс Инь Сычэнь. — Я не хочу, чтобы у Мо Цзысиня было время среагировать! Помнится, как-то раз кто-то опубликовал в сети личную жизнь одного чиновника... кто это был?

— Докладываю, президенту, это как раз он, — тут же ответил Сяо-А.

— Отлично. Знаешь, что делать дальше? — Инь Сычэнь удовлетворённо кивнул.

— Так точно, понял, — Сяо-А тут же отдал честь, развернулся и вышел из кабинета.

Инь Сычэнь перевёл дух и только после этого с чувством полного удовлетворения отправился отдыхать.

А на другой стороне Гу Сиси, которую Сяо-Б отвёз в комнату отдыха во второй зоне и уложил спать в одну постель с Му Жоной, никак не могла уснуть.

Му Жона терпела целый день после обеда. Видя, как Гу Сиси ворочается с боку на бок, она больше не могла сдерживаться:

— Раз ты сама не хочешь его отпускать, зачем ты уступаешь Инь Сычэня этой женщине? Не хочу тебя обидеть, но с таким мягкотелым характером, как у тебя, неудивительно, что тобой помыкают!

Гу Сиси, помолчав, сказала:

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. На самом деле я тоже знаю, что Линь Сяоя, возможно, не искренне раскаялась. Но ей осталось жить всего месяц, и у меня правда не хватает духу быть жестокой. К тому же... ты сама видела отношение Инь Сычэня сегодня. Если бы у нас была взаимная любовь, я бы, конечно, не была такой тряпкой. Но какова реальность? Инь Сычэнь и Линь Сяоя, они оба, можно сказать, ещё не остыли от прежних чувств. А я, занявшая чужое гнездо, кто я такая?

— Вот поэтому ты с такой лёгкостью и отправила Линь Сяоя в постель к Инь Сычэню? — Му Жона покачала головой. — Видала я дурочек, но такой дурочки, как ты, ещё не встречала.

— Жона, я и сама знаю, что я порядочная дура. Но ведь я рано или поздно уйду из семьи Инь, днём раньше, днём позже — какая, в сущности, разница? — уныло ответила Гу Сиси.

Му Жона решительно не знала, что ещё сказать, и могла лишь сменить тему, чтобы отвлечь Гу Сиси:

— Кстати, тебе не кажется, что отношение Мо Цзысиня к тебе какое-то особенное?

— М-м, немного странное, — честно ответила Гу Сиси. — Я и сама не знаю, почему. Ведь мы виделись-то всего несколько раз! И каждый раз почти не разговаривали.

Му Жона посерьёзнела:

— Ты разве не выясняла причину?

Гу Сиси в недоумении покачала головой.

— Ну что ж, когда мне было скучно и нечем заняться, я кое-что услышала, — Му Жона, хитро подмигнув, рассказала то, что ей удалось разузнать.

На самом деле, будучи вице-президентом Компании «Оддс», Му Жона, естественно, имела собственные каналы информации.