На следующий день.

Гу Сиси и Инь Сычэнь молча позавтракали дома.

Они не проронили ни слова, каждый ел сам по себе.

Прошлой ночью Инь Сычэнь тоже не вернулся в спальню, и они снова вернулись к привычке спать каждый в своей комнате.

В душе Гу Сиси тайком вздохнула с облегчением.

Даже хорошо, что они спят раздельно, иначе она действительно не знала бы, как вести себя с ним.

— Ты беременна, так что сегодня в гольф не играй, — внезапно заговорил Инь Сычэнь, дойдя до этого, невольно нахмурился. — К тому же, ты вообще умеешь играть в гольф?

Гу Сиси, желая развеять скуку Линь Сяоя, торопливо сказала:

— Я могу просто смотреть! Хотя мне и нельзя заниматься слишком активными видами спорта, но больше двигаться для ребёнка очень полезно.

Рука Инь Сычэня, державшая палочки, чуть заметно замерла.

Узкие, удлинённые глаза медленно приподнялись, и он принялся изучающе разглядывать Гу Сиси.

Гу Сиси решила, что Инь Сычэнь раскусил её намерение взять с собой Линь Сяоя, и ей стало немного не по себе, отчего она избегала его взгляда.

Это движение Гу Сиси в интерпретации Инь Сычэня превратилось в следующее: «Она, невзирая на беременность, так стремится поехать туда только ради встречи с Мо Цзысинем? Неужели Мо Цзысинь так ей нравится?»

Пальцы Инь Сычэня медленно сжались, и деревянные палочки в его руке с громким треском сломались надвое!

Лицо Управляющего слегка изменилось, он тут же приблизился и тихо сказал:

— Молодой господин, я сейчас принесу вам новую пару...

— Не нужно, — Ледяным тоном оборвал Управляющего Инь Сычэнь: — Я уже сыт!

«Хлоп!» — он с силой бросил палочки на стол, и уголки глаз Гу Сиси тоже дрогнули.

Инь Сычэнь, прости!

У Сяоя опухоль мозга, ей осталось жить всего один месяц, и я хочу как следует побыть с ней.

Мы с ней с детства вместе выросли, и я правда не могу смотреть, как она покидает этот мир с сожалениями.

Прости... я не помешаю тебе обсуждать дела. Поле для гольфа огромное, я всего лишь хочу просто побыть с Сяоя...

Раз Инь Сычэнь перестал есть, Гу Сиси тоже было неудобно продолжать, и она тоже молча отложила палочки.

Инь Сычэнь, даже не взглянув на Гу Сиси, напрямую приказал Сяо-А готовить машину.

Гу Сиси, набравшись наглости, тоже последовала за ним.

Если она правильно рассчитала время, то Сяоя уже должна быть в гольф-поместье.

Если она не поторопится, Сяоя наверняка заждётся.

Инь Сычэнь действительно не обращал на Гу Сиси внимания. Они вдвоём сидели на заднем сиденье машины, каждый в своём углу, и никто не разговаривал.

Гольф-вилла была одной из жемчужин Финансовой группы «Инь» в городе N.

Это было поместье, которое по своему уровню считалось одним из лучших в городе и даже во всей провинции. Газоны здесь были завезены из Англии, и, по слухам, только на их укладку потратили более ста миллионов[1].

[1] 1,01 млрд руб (по курсу 2016 - 10,1 руб/1юань) дораха ꒰๑•̥﹏•̥๑꒱

После ввода поместья в эксплуатацию многие влиятельные люди из этого города и провинции любили проводить здесь деловые встречи.

Во-первых, места много, и можно не бояться, что кто-то подслушает секреты.

Во-вторых, обстановка здесь действительно была прекрасна, а удобства — на высшем уровне. Независимо от того, успешными окажутся переговоры или нет, это в любом случае доставляло удовольствие.

Когда кортеж прибыл в поместье, Гу Сиси и правда заметила Линь Сяоя, которая затесалась в толпе и с нетерпением ждала её.

Гу Сиси тут же достала телефон и сообщила Линь Сяоя, в какой зоне они с Инь Сычэнем будут сегодня находиться.

Поместье такое огромное, что, пока она найдёт их, перебираясь из одной зоны в другую, она утомится.

Когда кортеж остановился в зоне, принадлежащей семье Инь, Гу Сиси при помощи ассистента вышла из машины.

Окинув взглядом окрестности, она увидела повсюду пышную зелень.

Поместье было разделено на восемь больших зон. Семья Инь оставила одну зону исключительно для себя, остальные семь сдавались в аренду другим.

В каждой зоне были отдельные лаунж-зоны и зоны для гольфа, а также прилагающиеся к ним горячие источники, рестораны, массажные и спа-салоны и прочие сопутствующие удобства.

Между восемью зонами курсировали экскурсионные машинки, так что в любую точку можно было легко и быстро добраться.

Как только Гу Сиси вошла в свою комнату отдыха, она увидела, как Линь Сяоя, словно кошка, проскользнула внутрь из-за двери.

Гу Сиси заметила, что на Линь Сяоя и правда была надета рабочая униформа сотрудницы гольф-клуба.

Линь Сяоя, будучи подиумной моделью, в любой одежде выглядела исключительно эффектно.

Гу Сиси тут же взяла Линь Сяоя за руку и сказала:

— Сяоя, тебе всё идёт, даже простая рабочая форма смотрится на тебе как от-кутюр. А я вот уже не могу так. Ещё через несколько дней мой живот станет заметен, и я уже не посмею стоять рядом с тобой.

Взгляд Линь Сяоя упал на живот Гу Сиси. Лишь сделав несколько глубоких вдохов, она подавила закипавшую в ней зависть и злобу.

— Сиси, я ещё и завидую тебе! Быть Молодой госпожой семьи Инь, наверное, очень комфортно, да? — Линь Сяоя, как ни старалась, не смогла до конца подавить свою злость.

Поскольку Гу Сиси уже простила Линь Сяоя, она, естественно, ничего от неё не скрывала.

Гу Сиси горько усмехнулась:

— Какая там Молодая госпожа семьи Инь? Я всего лишь инкубатор! У нас с Инь Сычэнем изначально не было никаких чувств, просто из-за этого ребёнка пришлось пожениться. Когда я рожу этого ребёнка, я уйду из семьи Инь. Сяоя, ты должна как следует лечиться, выполнять все предписания врачей, и тогда в будущем, может быть, мне ещё придётся просить у тебя приюта.

Услышав это от Гу Сиси, Линь Сяоя сначала подумала, что та нарочно хвастается и дразнит её.

Но Линь Сяоя очень хорошо знала Гу Сиси, она знала, что та никогда не бросает слов на ветер.

Неужели их брак и правда с подвохом?

Неужели Гу Сиси действительно готова добровольно отказаться от статуса Молодой госпожи семьи Инь?

Для любой другой женщины это было бы абсолютно невозможно!

Но если это Гу Сиси, то такое вполне вероятно!

Глаза Линь Сяоя тут же засияли, и злобная ненависть в них мгновенно рассеялась.

Значит, у неё ещё есть шанс!

Если ей удастся соблазнить Инь Сычэня... тогда место Молодой госпожи семьи Инь сменит хозяйку!

Линь Сяоя пожалела, что раньше, чтобы держать Инь Сычэня на крючке, не отдалась ему пораньше.

Если бы отдалась раньше, то сегодняшней ситуации бы не случилось!

Но ещё не поздно!

Сегодня все они останутся ночевать в этом поместье, и она обязательно найдёт возможность!

Гу Сиси подняла запястье, чтобы посмотреть время, и тут же заторопилась:

— Ой, времени уже мало, ты пока отдохни здесь. Мне нужно идти встречать сегодняшних гостей, развлекайся пока сама, я скоро приду!

Взгляд Линь Сяоя упал на наручные часы Гу Сиси — Cartier Ballon Bleu, и она тайком заскрежетала зубами.

С тех пор как Гу Сиси вышла замуж за Инь Сычэня, уровень её жизни взлетел сразу на несколько десятков ступеней!

Раньше-то она носила часы за сто юаней!

Её прежняя приземлённость, казалось, под воздействием времени постепенно превратилась в изящество и достоинство.

Семья Инь и правда обладает огромным потенциалом!

Даже булыжник у них способен превратиться в прекрасный нефрит!

Если бы на её месте была она, Линь Сяоя, она бы непременно помогла Инь Сычэню в карьере!

Гу Сиси было некогда заниматься Линь Сяоя. Быстро переодевшись, она поспешно ушла.

Поэтому полный ядовитой злобы взгляд Линь Сяоя совершенно ускользнул от внимания Гу Сиси.

Инь Сычэнь тоже уже переоделся.

Белый костюм для гольфа делал его стройным, как дерево, и необыкновенно элегантным, просто невероятно красивым. Все женщины вокруг не сводили с него глаз.

Инь Сычэнь всё это время ждал Гу Сиси.

В тот момент, когда она появилась в поле его зрения, он чуть заметно приподнял бровь.

Не ожидал, что фигурка у Маленького крота действительно неплоха...

Конечно, после того, как попробовал лично, ощущения ещё лучше...

— Прости, я опоздала, — Гу Сиси тут же с виноватым видом произнесла.

Инь Сычэнь опустил глаза, его длинные ресницы в лучах утреннего солнца были чёткими и ясными, а в его сияющем взгляде таились непонятные эмоции.

Заметив удивлённое выражение лица Гу Сиси, Инь Сычэнь тут же пришёл в себя и быстро повернулся:

— Скоро приедет Мо Цзысинь. Ты беременна, так что можешь просто прогуляться где-нибудь поблизости.

— Хорошо, — Гу Сиси и сама не смела играть в гольф.

По правде говоря, она и играть-то не умела.

Вскоре она увидела, как подъехал очень сдержанный на вид Bentley.

Сдержанным он был по сравнению с кортежем Инь Сычэня.

Ведь Инь Сычэнь был действительно слишком показушным.

Всего лишь ради игры в гольф он приехал с целым эскортом из восьми машин.

Конечно, машины везли всё необходимое для Гу Сиси: еду, питьё, вещи.

Ведь сейчас Гу Сиси была для семьи Инь объектом заботы, сравнимым с большой пандой.[2]

[2] До 2017 года считалась исчезающим видом, характеризующимся постоянно уменьшающимся размером популяции и низким уровнем рождаемости как в дикой природе, так и при содержании в неволе. Благодаря некоторому росту численности популяции панд Международный союз охраны природы и природных ресурсов в 2016 году изменил охранный статус вида с «находящегося под угрозой» на «находящийся в уязвимом положении». В КНР предусмотрена смертная казнь за убийство панды.

Как только машина остановилась, ассистент Мо Цзысиня открыл ему дверь.

В тот момент, когда Мо Цзысинь ступил на землю, всё внимание, изначально прикованное к Инь Сычэню, мгновенно разделилось пополам!

И действительно, он был достойным соперником, способным противостоять Инь Сычэню!

Будь то способности или внешность — они были равны.

— Кажется, Директор Мо сегодня в хорошем настроении? — Инь Сычэнь первым вышел поприветствовать его.

Мо Цзысинь легонько пожал протянутую руку:

— В компании господина Инь и его супруги настроение, естественно, прекрасное.

Мо Цзысинь отпустил руку и протянул её Гу Сиси:

— Гу-сяоцзе(мисс), этот наряд вам очень к лицу.

Гу Сиси немного смутилась, но всё же пожала ему руку и поблагодарила:

— Спасибо.

В тот момент, когда Мо Цзысинь сжал пальцы Гу Сиси, его лёгкая улыбка внезапно застыла.

Это ощущение от пальцев... это же точно Ноно...

Однако Мо Цзысинь, как и следовало ожидать от самого выдающегося потомка нового поколения семьи Мо, мгновенно справился со своими эмоциями и разжал пальцы.

Инь Сычэнь всё это время наблюдал за ними. Когда он заметил, что Гу Сиси смотрела на Мо Цзысиня без того обожания, которое он предполагал, это его немного успокоило.

Но затем он вдруг вспомнил, что Гу Сиси и на него никогда не смотрела с обожанием, и тут же снова ощутил недовольство.

Есть ли в этом мире хоть кто-то, кроме того подонка Чжао Цзэгана, кому Гу Сиси могла бы подарить второе место в своём сердце?

Сейчас Гу Сиси была в статусе супруги Президента, то есть хозяйки положения.

Поэтому она прямо заговорила:

— Сейчас как раз светит солнышко, и оно не слишком палящее, может, сначала разогреемся и сыграем пару раундов? Я слышала, у Директора Мо отличная техника, и он как раз может сыграть с Сычэнем. Сычэнь всё это время жаловался, что его мелодия высока, а подпевающих мало[3], и нет никого, кто по статусу мог бы с ним сразиться!

[3] Выражение 曲高和寡 qǔ gāo hè guǎ дословно: «Мелодия высока, а подпевающих мало» Идиома восходит к древнекитайскому философскому тексту «Сун Юй отвечает на вопросы вана царства Чу»(宋玉对楚王问) (III век до н.э., период Сражающихся царств). Сун Юй, поэт и сановник, рассказывал князю притчу: «Однажды в столице Чу появился певец. Сначала он запел "Низший народ" (простую народную песню), и ему подпевали тысячи людей. Когда же он запел "Весенний снег" (изысканную, сложную мелодию), ему смогли вторить лишь несколько десятков человек. Чем выше и утончённее была музыка, тем меньше находилось тех, кто мог её понять и поддержать». Смысл притчи: истинный талант и высокая мудрость часто остаются непонятыми толпой. В современном значении говоря о человеке: он настолько превосходит других в чём-то, что не находит равных; его никто не понимает или не может составить ему пару (как в спорте, бизнесе, интеллектуальной сфере).