Как раз в этот момент лечащий врач с улыбкой сказал Гу Сиси:
— Молодая госпожа, пожалуйста, не волнуйтесь, с ребенком у вас в животе всё отлично, он совершенно здоров!
Краска мгновенно отхлынула с лица Гу Сиси, её глаза широко распахнулись, и она судорожно вцепилась в руку врача, измерявшего ей пульс. Голос её дрожал:
— Что вы сказали? Ребёнок? Вы хотите сказать, что я беременна?
Хотя она всегда любила детей и хотела ребёнка, она желала этого только от Чжао Цзэгана. Этот ребёнок не должен был появиться на свет.
Она думала, что кошмар уже позади, но кто же знал, что он будет преследовать её, как тень? Но почему? Почему небеса так жестоки, снова втаскивая её в ту реальность, чтобы она вновь пережила эту пытку?
А в это время снаружи Инь Сычэнь достиг апогея своего гнева.
— Нет! Бабушка, я ни за что не женюсь на ней! — Инь Сычэнь был почти на грани срыва. — Я ни за что не возьму в жёны женщину, которую не люблю!
Старшая госпожа Инь холодно посмотрела на него и сказала суровым тоном:
— Сычэнь, тебе лучше хорошенько подумать! Сейчас наша компания сотрудничает с корейским предприятием, и вскоре председатель и его супруга нанесут визит в Китай. Самое важное для них — это семейные ценности! Что, по-твоему, они подумают о финансовой группе «Инь», если узнают, что ты, позабавившись, бросил женщину забеременевшую от тебя?
Услышав эти слова бабушки, Инь Сычэнь мгновенно успокоился. Он закурил сигарету, и, когда докурил её, к нему уже полностью вернулось самообладание.
Старшая госпожа Инь, видя, что внук наконец успокоился, продолжила:
— Моя позиция ясна: ты должен жениться на ней, а не позволить ей тайно родить, а потом бросить мать, оставив у себя ребёнка. Корейское предприятие подпишет с финансовой группой «Инь» десятилетний контракт. Я ни за что не позволю никому и ничему сорвать этот контракт!
— У корпорации Инь обязательно должен быть наследник! Сычэнь, ты должен знать, как много твоих дядьёв[1] алчно взирают на твоё место президента! Если у тебя не будет наследника, то стоит тебе сделать хоть одну ошибку — и твоя позиция пошатнётся! — голос старшей госпожи Инь был ровным, когда она продолжила. — Когда враги и снаружи, и внутри, скажи, Сычэнь, разве ты не понимаешь, что нужно делать?
[1] шубо 叔伯 shūbó - собирательное обозначение дядей по отцовской линии, то есть всех братьев отца (как старших, так и младших)
Инь Сычэнь действительно поколебался. Бабушка была права. Он смог занять пост президента только потому, что бабушка, преодолев разногласия, продвинула его на эту должность. Его младшие и старшие дяди по отцовской линии были в ярости от этого и просто скрежетали зубами. Но в последние два года его выдающиеся результаты, благодаря которым он увеличил рыночную стоимость финансовой группы «Инь» на двадцать процентов, заставили замолчать всех остальных.
Он был не наивным юнцом, который ничего не смыслит, — он просто не хотел мириться с тем, что его браком будут управлять другие. Месяц назад новости о нём и Гу Сиси уже просочились, и тогда некоторые высказывали недовольство. Если и на этот раз всё будет плохо улажено, это действительно может иметь негативные последствия. К тому же представители корейской компании, вероятно, уже считают женщину из той новости его женой — госпожой Инь[2].
[2] Инь-фужень 尹夫人 yǐn fūrén
Наконец он поднял голову и взглянул на бабушку. Усталым голосом он произнёс:
— Бабушка, я могу согласиться на ваш приказ — жениться на ней и позволить ей родить этого ребёнка.
Старшая госпожа Инь наконец удовлетворённо кивнула. Этот внук всегда был её величайшей гордостью. Он был не только умён, но и рассудителен: умел взвешивать все «за» и «против», понимал, когда нужно уступить, а когда действовать.
Будучи наследником клана Инь, он должен уметь жертвовать одним, чтобы получить другое[3].
[3] тут идиома 有取有舍 yǒu qǔ yǒu shè идиома: нужно уметь чем-то жертвовать ради достижения цели
— Пойди и успокой девушку, Сычэнь. Бабушка верит, что ты знаешь, как это сделать, — старшая госпожа Инь похлопала внука по плечу и с чувством удовлетворения развернулась, чтобы уйти.
Инь Сычэнь проводил бабушку взглядом, затем опустил глаза. В его длинных, чуть раскосых глазах скрывались эмоции, которые никто не мог прочесть. Он женится, но жить с этой женщиной вместе — это абсолютно невозможно. Всего лишь брачный контракт. Для Инь Сычэня не было ничего такого, чем нельзя было бы пожертвовать.
Гу Сиси сидела на кровати, обхватив колени руками, и беззвучно рыдала. Медицинский персонал вокруг не знал, что случилось, и все в замешательстве переглядывались. Зачать ребёнка наследника семьи Инь — это же огромное счастье! Почему же она выглядит такой опечаленной? Неужели она вовсе не хотела этого ребёнка? Не может быть…
Инь Сычэнь медленно подошёл снаружи. Его длинные, прямые, идеальные ноги подчёркивали его необычайную красоту. Изысканные, безупречные черты лица, особенно длинные, чуть раскосые глаза, придавали ему выражение порочной элегантности.
— Президент… А молодая госпожа… — начал было врач.
— Я понял. Все выходите, — произнёс Инь Сычэнь, источая ауру властности. Он был подобен императору, и все остальные тотчас же склонили головы, не смея ослушаться приказа, и поспешно вышли.
Услышав звук его голоса, Гу Сиси резко подняла голову и встретилась с ним взглядом. Увидев этого мужчину, она не смогла сдержать слёз — они градом покатились из её глаз. Теперь она уже знала, кто был этот мужчина, стоящий перед ней.
