4. Сбежавшая
На следующий день Денниса и его семью без промедления выставили из замка Лутгард.
— Как ты можешь так поступать?! Я брат твоего отца! Из-за пары слов, сказанных девке без капли нашей крови, не выгоняют родную семью!
Деннис рвал и метал, но лицо Теодора оставалось строгим и холодным, не выдавая ни единой эмоции.
— Теперь я понимаю, почему отец запретил вам переступать порог замка. Я выплачу вам наследство до последней монеты, как указано в завещании, так что не беспокойтесь и уезжайте. И больше никогда не возвращайтесь.
— Тео!
— Если бы я спустил вам с рук такое поведение, как бы я в будущем поддерживал авторитет графини Лутгард?
— Что? — удивлённо переспросил Деннис, но Теодор не стал ничего объяснять. Он просто приказал слугам грузить вещи в экипаж.
Деннис сопротивлялся, но в конце концов подчинился. Пусть он и приходился новому хозяину дядей, теперь графом стал Теодор. И дело было не только в титуле — от него исходила властная аура, которой было трудно противиться.
После этого в замке воцарилась тишина. Гости, не имевшие отношения к наследству, разъехались один за другим, а оставшиеся родственники притихли, подчинившись воле Теодора.
Андрей с неловкостью посмотрел на кузена и решил уточнить:
— Ты правда собираешься жениться на леди Перил?
— Да.
— А ведь так её ненавидел... Хотя понятно, на кону слишком большие деньги.
Андрей закивал и пробормотал это так, будто пытался сам себя убедить. И его отец, и все остальные члены семьи Нокс воспримут это в штыки, но поймут выбор Теодора — ведь он делает это, чтобы сохранить наследство в целости. Было бы несправедливо, если бы из-за ошибок Павла пострадали законные права его сына.
— Кстати, что-то я не видел леди Перил ни вчера, ни сегодня, — внезапно добавил Андрей. Ещё позавчера она то и дело мелькала то тут, то там, встречая гостей и занимаясь делами замка.
Теодор ответил с напускным безразличием, словно не хотел даже думать об этом:
— Видимо, заперлась в комнате и рыдает.
— Она не похожа на человека, который стал бы так делать.
Андрею Оливия казалась стойкой, а порой и вовсе складывалось впечатление, что она не слишком-то горюет по Павлу. Он не знал, что девушка ведёт себя так лишь потому, что переживала эти похороны уже несколько раз.
Теодор же решил, что она просто его избегает. Впрочем, он и сам пока не горел желанием с ней видеться.
Когда Оливия сказала, что не выйдет за него замуж, он ответил коротким «понял», но на самом деле и не думал с ней соглашаться. И дело было вовсе не в деньгах, как считали остальные.
Она перевернула всё в его душе и теперь должна за это ответить. Если бы она первой не протянула к нему руку, он бы никогда не посмотрел в глаза собственным желаниям. Она сама уничтожила возможность остаться чужими людьми.
Даже избегая встреч, он ломал голову, как её убедить. Не придумав ничего путного, он уже начал подумывать о шантаже, когда к нему пришёл маркиз Асенсио.
— Я собираюсь подготовить бумаги об отмене твоей свадьбы с леди Оливией. Ты согласен подписать?
Услышав первые же слова, произнесённые маркизом сразу после приветствия, Теодор опешил:
— Что?
Асенсио молча протянул ему документ, переданный Оливией. Это была бумага, подтверждающая, что она не намерена выходить за него замуж.
— Если ты согласен, мы расторгнем помолвку и перейдём к разделу оставшегося имущества.
— Я не согласен.
Теодор изо всех сил постарался скрыть эмоции и ответил нарочито сухим тоном:
— Я поговорю с ней ещё раз. Кажется, она что-то не так поняла. Я намерен на ней жениться.
— Вот как? А я думал, это ты не хочешь свадьбы.
— Я передумал. В любом случае я ещё раз поговорю с Оливией. Пожалуйста, подождите до тех пор.
Сказав это, Теодор резко встал, собираясь идти к ней.
Но маркиз посмотрел на него с недоумением:
— Леди Оливии здесь нет. Ты разве не знал?
— Что?
На этот раз Теодор впал в настоящий ступор. Асенсио продолжил с крайне неловким выражением лица:
— Она уехала позавчера днём... Она тебе ничего не сказала?
— Я слышу об этом впервые. Вы сказали, она уехала? — Теодор не верил собственным ушам.
Маркиз кивнул:
— Да. Сказала, что все вопросы, касающиеся наследства, впредь будет решать через адвоката. И что похороны Павла прошли, поэтому ей больше незачем здесь оставаться. Не думал, что она уедет, даже не попрощавшись с тобой.
Теодор потряс головой, пытаясь прийти в себя.
Уехала? Куда Оливия могла уехать? Здесь её дом. Ей больше некуда было идти, да и причин для отъезда не было.
Нет, была. Здесь был он.
Он не мог этого понять. Неужели он был с ней настолько жесток, что она сбежала, даже не попрощавшись? Или испугалась, что он снова заговорит о свадьбе?
В любом случае Теодор почувствовал такую ярость, что у него потемнело в глазах. Если он был ей так противен, зачем она просила поцеловать её той ночью?
Неужели всё, что он чувствовал тогда, было лишь иллюзией? И взаимное желание, и то чувство абсолютной завершённости, которое он испытал, лишь когда их тела слились воедино?
Видя его шок, маркиз Асенсио в замешательстве спросил:
— С тобой всё в порядке? Я думал, вы уже пришли к какому-то согласию.
— Я ни на что не соглашался, — процедил Теодор сквозь стиснутые зубы. Только тогда он заметил, что кулаки сжаты до побеления костяшек, и несколько раз сжал и разжал ладони.
Затем он добавил ледяным голосом:
— На кону стоит наследство Лутгардов. Я не намерен подписывать эти бумаги.
— Теодор, я понимаю твою позицию, но если леди отвергает предложение, с этим остаётся только смириться.
— Нет. Мы уже провели ночь вместе. И я считаю это равносильным помолвке.
Услышав это, Асенсио резко втянул воздух. Теодор был прав. Потеря невинности до брака была огромным пятном на репутации как для мужчины, так и для женщины. Он и подумать не мог, что Оливия уехала, совершив подобное.
Теодор продолжил тихим, но свирепым голосом:
— Отказать в предложении — право леди, но разорвать помолвку в одностороннем порядке нельзя. Вы знаете, где Оливия?
— Прямо сейчас — нет. Она обещала связаться со мной, как только наймёт адвоката. Я дам тебе знать.
Если они не собирались хранить это в строжайшем секрете, а Теодор явно не намеревался этого делать, то для самой Оливии будет лучше, если это назовут помолвкой. С этой мыслью маркиз кивнул.
В этот момент в дверь трижды постучали.
— В чём дело? — резко спросил Теодор, не меняя тона.
Вошедший дворецкий осторожно доложил:
— Прибыл посланник из императорского дворца.
— Из дворца?
— Да. Сэр Гельмут из герцогства Швабен.
Теодор и Асенсио обменялись невесёлыми усмешками. Это означало, что прибыл посланник не императорского двора, а семьи Швабен.
— Проводите его в гостиную. Я скоро подойду, — коротко бросил Теодор.
Ни семья Лутгард, ни семья Асенсио не были близки с домом Швабен, но оказать им холодный приём они не могли. К тому же Гельмут Швабен приходился кузеном нынешнему герцогу Эзекиэлю и был человеком, близким к абсолютной власти.
Что понадобилось такой важной шишке — оставалось загадкой. С тяжёлым сердцем Теодор поднялся с места.
✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению! ➡️ Fableweaver
