Онлайн чтение книги Наказанная горничная графского дома Каллей Count Calley’s Whipping Maid
1 - 39

Глава 39

 Закончив передавать сообщение, Руфус собрался уходить, не давая Джудит возможности возразить. Но, оказавшись в её комнате, он убедился, что Седрик был прав. Обычно милое лицо с налетом наивности сейчас было перекошено от злобы. Уже собираясь выйти, Руфус обернулся и добавил от себя:

— И еще один совет: вам стоит прекратить срываться и на других служанках. Малый граф приказал докладывать о каждом вашем шаге.

Узнав истинное лицо Джудит, он почувствовал жалость не только к Шейле, но и к двум другим горничным, прислуживающим ей.

— Всего доброго.

Едва Руфус вышел за дверь, как из комнаты донесся грохот брошенного предмета и крик: «А-а! Бесит!».

***

Шейла бегала по лугу за белой бабочкой. Под теплыми весенними лучами мягкая трава щекотала ей босые пятки. Это был луг недалеко от места работы отца. Если она будет так играть, скоро работа закончится, и отец с широкой улыбкой позовет: «Шейла!».

— Шейла!

Шейла с радостным лицом обернулась на звук. Но это был не отец. Из-за холма показалась Фабиола, старшая сестра, которая была старше Шейлы на четыре года.

— Сестренка!

— Как ты можешь ходить босиком?

В руках у сестры были аккуратные, выкрашенные в черный цвет кожаные туфли.

«Это же те туфли, что сестра купила мне перед тем, как выйти замуж...»

Подсознание Шейлы во сне отметило, что время перепуталось. Шейла бросилась в объятия сестры, и Фабиола, подхватив её, закружила. Звонкий смех маленькой Шейлы эхом разнесся по полю. Фабиола усадила Шейлу на круглый валун и сама надела ей обувь. Шейла давно не чувствовала такого счастья. Как только туфли оказались на ногах, Шейла вскочила, чтобы полюбоваться подарком сестры.

«Ой? А это что?»

Заметив что-то странное, Шейла снова села на камень и подняла ногу, разглядывая туфлю. На черной коже виднелась прилипшая белая вязкая жидкость.

— Сестренка, на туфлях какая-то гадость.

— Правда? Дай посмотрю.

Опустившись на колени, Фабиола положила ногу Шейлы себе на бедро и внимательно осмотрела пятно. А затем подняла на Шейлу спокойный взгляд и сказала:

— Кажется, это сперма.

— Сперма?

Шейла во сне точно знала значение этого слова, которое ей не полагалось знать в том детском возрасте на лугу. Спящая в реальности Шейла вспомнила горячую жидкость, которой вчера было забрызгано её тело. Шейла во сне начала капризничать, требуя, чтобы сестра вытерла туфли. Но сестра, которая всегда выполняла любые просьбы Шейлы, словно не слышала её.

— Вытри... Вытри... Сестренка!

Бормоча во сне, Шейла выкрикнула «Сестренка!» и резко села в постели. Идиллическая картина луга исчезла, и перед глазами предстала унылая обстановка мансарды.

— А, черт... Это был сон.

За окном брезжил рассвет — время, когда она обычно вставала.

— Угх!

Попытавшись подняться, чтобы идти за молоком, Шейла застонала. Вместе со странным ощущением внизу живота взвыли все мышцы тела. Это был результат двухчасовой нагрузки на мышцы, которые обычно не использовались. Низ живота, куда входил и выходил тот огромный предмет, пульсировал тупой болью. Вчера, выходя из той комнаты, она чувствовала огромное облегчение от того, что всё закончилось. А когда он пришел к ней в комнату с мазью, все её мысли были заняты спором о контракте. Но внезапная мышечная боль воскресила в памяти события прошлой ночи. Яростный половой акт... нет, телесное наказание на твердом столе.

«Подними ноги».

По приказу Седрика Шейла подтянула к туловищу ноги, бессильно свисавшие со стола. Это было сразу после того, как Седрик во второй раз излился ей на живот. Ноги дрожали и не слушались.

«Т-так?..»

Шейла посмотрела на него влажными глазами, спрашивая, правильная ли поза. Он подошел ближе. Его нижняя часть всё ещё была в боевой готовности, торча вверх. Он схватил её тонкие лодыжки обеими руками и поднял их высоко в воздух. Затем с силой надавил, складывая Шейлу пополам так, что пальцы её ног коснулись стола.

«Нет, вот так».

Тело Шейлы сложилось, и её ягодицы невольно приподнялись, выставляя напоказ самое сокровенное. Шейла содрогнулась от того, в какой позе оказалась. Седрик откровенно, не мигая, разглядывал её тайное место. Стыд и унижение захлестнули её. Что он еще задумал?.. Напряжение росло, она не знала, чего ожидать. Из-за того, что тело было сложено пополам, живот сдавило, и Шейла тяжело дышала. Она даже не замечала, как с каждым вдохом и выдохом её интимное место сокращалось. Седрик смотрел на проложенный им путь, который не успел сомкнуться и пульсировал, а затем произнес:

«Первый раз, а уже так пульсирует. Ты быстро учишься или развратна от природы?» «Я... я не знаю...» «Правда? Придется выяснить». «А-а...»

Седрик приставил головку к пульсирующему входу. И одним мощным движением вогнал член в уже разработанное отверстие.

«Хы-ык!»

Шейла вскрикнула. Как и раньше, ощущение инородного тела внутри было сильным, но в этой позе оно ощущалось особенно глубоко. Когда он начал двигаться, она с пугающей ясностью чувствовала, как его плоть ударяется в шейку матки.

«А-хак! Ыт, а-а! А-а!»

Шейла кричала во всё горло. Раз уж он сам приказал стонать — пусть получает, подумала она. Третий этаж был малолюден по сравнению с нижними. Но вдруг промелькнула мысль: если кто-то услышит эти крики и узнает о безумствах малого графа, может, весь этот контракт и кошмар прекратятся здесь и сейчас? Но, к несчастью, пока она надрывала горло в крике, никто так и не ворвался в комнату малого графа, чтобы спросить, что происходит.

С трудом встав с кровати, Шейла переоделась, чтобы идти на работу. Всё тело болело, словно её избили, но Шейла, единственная в этом доме «служанка для битья», знала точно: это намного лучше, чем реальные удары розгами.

***

Утренняя рутина прошла как обычно. Сэм, приехавший на Дейзи, был весел, они перекинулись парой слов во время разгрузки, и он уехал. Единственное отличие — Сэм спросил: «Кстати, что у тебя с голосом?». Долгожданная потеря девственности не перевернула мир. Как и говорили старшие служанки, сначала было адски больно, но потом стало терпимо. И хотя голос сел, это не шло ни в какое сравнение с болью от десятков ударов, разрывающих кожу. Разумеется, никакого ощущения, что «мир стал прекраснее» или «я родилась заново» после первого контакта с мужчиной не возникло. Хотя, когда внизу живота возникала тянущая боль, появлялось странное, двоякое чувство. Но Шейла сама не понимала, что это такое.

***

Когда Шейла вошла в комнату Джудит, чтобы приступить к обязанностям, юная госпожа, на удивление, уже встала. И весь день демонстративно игнорировала присутствие Шейлы. Это была месть за вчерашнее разоблачение с домашним заданием. Шейла, ожидавшая даже пощечин, решила, что игнор — это лучший вариант. К обращению как с пустым местом она привыкла еще в начале своей службы. К тому же с её хриплым голосом говорить было неловко, так что молчание было ей на руку.

Когда пришло время урока верховой езды, Джудит ушла, взяв с собой только новенькую Энн. Молли, которая весь день ходила на цыпочках, выдохнула с облегчением. Поскольку Молли дружила с Шейлой, Джудит, видимо, не хотела видеть и её. Оставшись вдвоем, они решили спокойно заняться уборкой.

— Шейла, у тебя голос сел?

Из-за надутой Джудит они почти не разговаривали, но Молли, как лучшая подруга, сразу заметила неладное.

— А... я спала с открытым окном, наверное, простудилась.

— Да? Вроде еще не сезон для холодных ветров, странно.

Молли озадаченно наклонила голову. И правда, в такую погоду никто не закрывает окна на ночь.

— Кхе-кхе.

Шейла притворно кашлянула, и Молли поверила. Говорят, летом даже собаки не простужаются, но люди-то болеют.

— Кстати, говорят, вы вчера всё-таки попались? Ты как, в порядке?

Молли сменила тему. Благодаря вчерашнему визиту Руфуса она была в курсе ситуации. И понимала, почему Джудит сегодня игнорирует Шейлу: злится, но из-за запрета Седрика не может выместить злость.

— Благодаря малому графу госпожа только дуется, так что можно сказать, пронесло.

На слова Молли Шейла переспросила:

— Благодаря малому графу?

— А, ты же не знаешь. Господин Седрик прислал секретаря Руфуса и строго-настрого наказал не срывать злость на тебе.

Молли с восторгом пересказала слова Руфуса дословно.

— И правильно! В чем виноваты служанки? Нам приказывают — мы делаем. Разве не так?

Молли сияла от того, что Седрик заступился за них и пресек произвол Джудит.

— А в конце, когда он предупредил: «Советую прекратить это и с другими служанками тоже», у меня прямо камень с души упал!

Молли пародировала голос Руфуса. Но Шейла, которая обычно смеялась бы над шутками подруги, выглядела подавленной. Она словно витала в облаках или болела.

— Ты правда плохо себя чувствуешь?

Услышав вопрос, Шейла очнулась и улыбнулась Молли:

— Нет, не настолько. Давай убираться скорее, пока госпожа не вернулась.

Молли согласилась, и они принялись за работу.