Онлайн чтение книги Наказанная горничная графского дома Каллей Count Calley’s Whipping Maid
1 - 62

Шейла вошла в кабинет Мастера, а точнее — главы гильдии.

— Мастер, давно не виделись.

Шейла радостно поприветствовала главу гильдии, сидевшего за столом. Это был мужчина по имени Билл — неизвестно, настоящее это имя или нет.

— Шейла.

Билл так же радушно ответил на приветствие Шейлы. Хоть они и виделись всего раз в полгода, Билл всегда оставался прежним. Ему было лет на десять больше, чем Шейле, то есть сейчас едва за тридцать. Почему же тогда он казался ей таким стариком...? Впрочем, для семнадцатилетней Шейлы любой мужчина под тридцать казался «дяденькой». Она просто назвала его «дяденькой», но реакция была довольно холодной.

«Какой я тебе дяденька, малявка. Зови меня Мастер».

Сам просил не называть дяденькой, а сам обзывается малявкой?

«Я не малявка, я Шейла!»

Так, определившись с обращениями при первой, а точнее, второй встрече, они мирно поддерживали отношения.

— Ты сегодня позже обычного.

Сказал Билл, постукивая пальцами по столу. Его проницательный взгляд скользнул по наряду Шейлы.

— Что это на тебе? Ты в новой одежде — чудеса, да и только.

Шейла ответила:

— Ой, да ладно вам, не такая уж я и скряга. Я тоже трачусь, когда надо.

Ну, купила не сама, а получила в подарок от Молли за помощь, но какая разница. На возражение Шейлы вмешался Джерри, стоявший рядом.

— Ты?

Имя «Джерри» тоже могло быть как настоящим, так и вымышленным, но оно очень подходило этому юркому парню. При первой встрече они с Шейлой были одного роста, но в какой-то момент Джерри вымахал, хотя его фирменная проворность осталась прежней. Как и привычка ехидно встревать в разговор. Шейла, стиснув зубы и улыбаясь одними глазами, спросила:

— А ты ещё не ушел?

— С чего бы мне уходить? Я тут буду.

В ответ на ехидство Джерри Шейла, продолжая улыбаться, сжала кулак. В этот момент Билл с хлопком положил на стол учетную книгу и спросил:

— Деньги?

Переведя взгляд на Билла, Шейла достала из внутреннего кармана кошель.

— Вот. Пятьдесят солидов.

Билл пронзил острым взглядом кошелек, который Шейла с уверенным видом положила на стол. И спросил:

— Откуда взяла?

Голос был полон подозрения, и Шейла возмутилась.

— Что вы имеете в виду?

Если подумать, реакцию Билла можно было понять. После того как она отправляла большую часть зарплаты домой, у неё оставался всего 1 солид. Чтобы накопить 20 солидов, добавляя заработок с подработок, требовалось ровно полгода. Ради этого Шейла не то что новую одежду — даже лишний кусок хлеба на рынке себе не позволяла. И Билл, как никто другой, знал о её финансовом положении.

— Говори правду. Мы не принимаем подозрительные деньги.

Шейла, которая с трудом собирала 20 солидов за полгода, вдруг принесла 50 за один раз — тут поневоле возникнут вопросы. На самом деле перед приходом сюда Шейла тоже сомневалась. Стоит ли приносить только 20 солидов, накопленных с подработок, или добавить и те, что получила за работу «служанкой для битья». Потому что с самого начала деньги, заработанные побоями, казались ей не своими. А узнав про штраф за разрыв контракта, она убедилась в этом ещё больше. Но колебалась она недолго.

«И что, ты позволишь себя бить, а потом просто бросишь всё?»

Спросила себя Шейла. В словаре Шейлы не было такого понятия, как отдать обратно деньги, которые уже попали в карман. Если она отдаст их на хранение сюда, может, и дурные мысли исчезнут? В итоге решение принести деньги было для Шейлы способом сжечь мосты, чтобы продержаться до конца, стиснув зубы. В конце концов, получать удары вместо леди — это тоже часть работы служанки, и ничего «подозрительного», как думает Мастер, она не делала. То, что наказания приняли непредсказуемый оборот, случилось уже потом. И слышать от людей, которые сами занимаются подозрительными делами, что они не принимают подозрительные деньги, было настолько нелепо, что Шейла мысленно фыркнула.

— Ты сейчас подумала: «Сами занимаются мутными делами, а ещё смеют привередничать», да?

Сказал Билл, прочитав выражение лица Шейлы.

— Нет..., вовсе нет!

Шейла поспешно начала отпираться. И Седрик, и Билл читали её мысли как открытую книгу — видимо, проблема была в её лице. Увидев бурную реакцию Шейлы, Билл убедился в своей правоте и усмехнулся.

— Именно потому, что мы занимаемся подозрительными делами, мы принимаем только чистые деньги. Чтобы не попасться на какой-нибудь глупости.

Он сказал это уже серьезно.

— Разве у тебя не та же ситуация? Заказчица убийства?

***

Седрик направился в пустующую мансарду. Комната служанки не запиралась снаружи. Так было заведено с давних времен. Изнутри можно было накинуть крючок, но раз Шейлы не было, дверь наверняка была не заперта. Планировка дома изначально не предусматривала никакой приватности для слуг. Седрик вошел в пустую комнату так же уверенно, как в свою собственную. Дверь он прикрыл, но на крючок запирать не стал. Шейла, уехавшая на родину, вряд ли вернется так скоро, а даже если и увидит, что Седрик без спроса вошел в её комнату, слова поперек сказать не посмеет. Такова уж разница в положении между сографом и служанкой. Седрик без промедления опустился на одно колено и поднял незакрепленные доски пола. Вскоре открылся знакомый тайник.

Впервые он открыл этот тайник в тот день, когда вызывал к ней старого врача. В тот день Шейла, страдая от лихорадки, приняла лекарство, которое прислал врач, и снова погрузилась в сон, похожий на забытье. Седрик, сидя на ветхом стуле и скрестив ноги, долго смотрел на спящую Шейлу. Даже после этого он не вернулся к себе, а начал осматривать комнату служанки. Казалось бы, что там смотреть в каморке размером с ладонь, где живет какая-то служанка, но ему почему-то было интересно. В старом комоде аккуратно лежала выстиранная одежда. То, что Шейла носила каждый день. А на рабочем столе были аккуратно разложены корзина для вязания и разные инструменты.

«Бедра, должно быть, болят, а она всё равно сидит здесь и работает».

Непонятно, на что она копит эти деньги. Она не тратила их на еду или одежду, как другие служанки. Может, у неё есть какие-то особые расходы? Седрик расхаживал по маленькой комнатке, строя догадки. Время от времени поглядывая на крепко спящую служанку. Именно тогда он наступил на скрипучую половицу. Точно, пол здесь был такой. Седрик без колебаний присел и поднял доски.

«Как белка, честное слово...»

Седрик невольно усмехнулся, рассматривая вещи, спрятанные Шейлой под полом. Внутри лежал мешок с черными кожаными туфлями, контракт «служанки для битья», который он заставил её подписать, гроссбух, украшения, куклы. И мешочек с деньгами, которые она копила по монегке. Седрик открыл довольно увесистый мешочек.

«Видимо, накопила, продавая всё это».

Взгляд Седрика упал на узел в углу комнаты. Он уже заглядывал в этот узел, который она небрежно бросила. Там были отремонтированные украшения и готовые вязаные изделия. Закончив осмотр тайника, Седрик вернул вещи на место и закрыл пол.

С тех пор он часто заходил в её комнату, но делал вид, что не знает о тайнике. Разве что иногда специально наступал на скрипучую половицу, чтобы поддразнить служанку. И вот теперь он впервые открыл его снова. Он подозревал это, и его подозрения оправдались — там было пусто. Все деньги, которые она так усердно копила, исчезли. Седрик достал и открыл гроссбух, который в прошлый раз лишь бегло пролистал. Это была единственная вещь, которая могла послужить зацепкой. В прошлый раз ему показалось, что там записаны доходы...

「-20」

— ...?

Присмотревшись, он заметил записи, которые пропустил в прошлый раз.

— Минус двадцать..., минус двадцать...

Цифры «-20» без каких-либо пояснений появлялись примерно каждые 6 месяцев. Шесть месяцев совпадали с периодичностью, с которой служанка ездила домой. Отправляя почти всю зарплату домой — это тоже было записано в книге — она ещё и зарабатывала дополнительно, чтобы отвезти деньги родным?

«Нет, скорее, она едет домой, когда накапливается сумма?»

Работа служанкой в особняке приносила доход, несравнимый с заработком в деревне. Седрику было интересно, почему она, отправляя почти всё жалованье, так отчаянно копит деньги и отвозит их лично каждые полгода. Даже если это просто для сбережений. Внезапно в памяти всплыл тот парень, который приходил в особняк несколько дней назад, назвавшись её земляком. Действительно ли он просто земляк? По сравнению с радостным лицом парня, движения Шейлы казались какими-то скованными. Хотя, возможно, судить только по виду со спины было преждевременно. Седрик нахмурился и закрыл гроссбух. Оставалось только ждать вестей от человека, которого Руфус отправил следить за ней.

***

— Так что говори правду. Откуда эти деньги.

Снова спросил Билл.

— Я же сказала! Заработала честным трудом.

Шейла продолжала твердить одно и то же. Несмотря на слова Шейлы, Билл продолжал смотреть на неё с подозрением.

— Зная твою зарплату, накопить сумму в три раза больше за то же время, да ещё и купить новую одежду?

Билл постучал пальцами по столу: тук-тук. Шейла не могла сказать правду и лишь бегала глазами. Видя это, Билл сказал:

— Джерри, выйди.

— Ну поче-е-ему!

Джерри, который собирался весь день проторчать рядом с Шейлой, тут же возмутился.

— Иди принеси Шейле что-нибудь на обед. Она наверняка не ела.

Ур-р-р. Словно в ответ на слова Билла об обеде, желудок Шейлы громко заурчал, требуя еды.

— Что будешь?

— Хм, я... стейк из ягненка?

— Ох уж этот рот! Принесу что будет. Ешь что дают.

Как только Джерри с шумом захлопнул за собой дверь, Билл всем видом показал: «А теперь выкладывай начистоту».

— На самом деле...

Шейла долго мялась, но наконец заговорила.