Онлайн чтение книги Наказанная горничная графского дома Каллей Count Calley’s Whipping Maid
1 - 55

— Отвечай, Шейла.

С безупречной осанкой Седрик потребовал ответа.

— Я же даю тебе выбор. Чем ты хочешь получить оставшееся: пэддлом или моим членом?

Его голос, предлагающий Шейле два варианта, звучал излишне любезно. Но от этого вкрадчивого тона ей стало только тревожнее, и она замешкалась. Хотя ответ уже был предопределен... Сегодня Джудит снова ошиблась более тридцати раз. Шейла, которая с трудом выдерживала даже десять ударов пэддлом, не говоря уже о двадцати, никак не смогла бы вынести более тридцати ударов.

— Ч-ч... ч-членом.

Шейла зажмурилась и с трудом выдавила ответ. Они даже ещё не вошли в комнату наказаний, поэтому произносить такие слова было особенно трудно. Очевидно, что атмосфера той комнаты, словно отдельного мира, играла свою роль в том, что там были возможны и куда более безумные вещи.

— Чьим угодно членом?

Он удивленно вскинул свои красивые брови. Служанка с трудом дала ответ, но для Седрика это было лишь полдела.

— Ты должна точно сказать, чьим членом ты хочешь, чтобы тебя наказали.

«Ха..., настоящий извращенец...!»

Шейла мысленно выругалась, но вскоре смирилась.

«Ладно, язык не отсохнет, если скажу... Давай скажем быстрее и покончим с этим».

Они ещё даже не вошли в ту комнату, и тратить время здесь было невыгодно.

— Я хочу, чтобы мою киску... наказал член господина сографа Седрика.

Как только Шейла, пересилив себя, выдала полный и идеальный ответ, Седрик наконец встал с того места, где занимался с Джудит. И они направились в комнату наказаний, чтобы провести там целых три часа, как Шейла уже знала. Тридцать четыре ошибки Джудит были именно тем количеством, которое задумал Седрик. Он с самого начала регулировал сложность задач, чтобы получить желаемое количество ошибок. Это было несложно. Даже если Джудит на первом или втором уроке отвечала лучше, чем ожидалось, на третьем он просто добавлял несколько вопросов. Седрик всегда так ловко регулировал количество ошибок, что даже сама Джудит не замечала, что её знания улучшились. Поэтому естественно, что служанка, которая только отмечала ошибки, ничего не подозревала. К тому же, даже с учетом прогресса, Джудит предстоял ещё долгий путь. Уж слишком ей не хватало знаний и здравого смысла. Подстроив всё так, чтобы ошибок было немного больше обычного, Седрик настойчиво требовал от Шейлы выбора. Пока, наконец, из её уст не вырвался нужный ему ответ.

— Шейла.

— Да, Хозяин.

Услышав своё имя, Шейла остановилась и отозвалась.

— Зачем ты пошла за мной в эту комнату?

Шейла растерялась от неожиданного вопроса. Нет, скорее, была ошарашена? Видя, что она не может ответить, Седрик ответил за неё.

— Чего тут думать. Ты пришла сюда, чтобы заниматься со мной извращениями.

Сам спросил — сам ответил. От прямоты Седрика у Шейлы отвисла челюсть.

— А раз ты пришла, чтобы заниматься со мной извращениями, значит, ты тоже извращенка.

Что...?

— Отвечай, Шейла. Так или не так?

— ...Так.

Просто соглашусь.

— Раз знаешь, этого достаточно.

Седрик, полунасильно выбивший из неё ответ, бесстыдно кивнул. И извращение, которое он приготовил на этот раз, оказалось совсем не тем, чего ожидала Шейла.

***

— Хы-ып, ып!

В просторной пыточной... нет, комнате наказаний эхом разнеслись сдавленные стоны Шейлы.

«На этот раз кляп?!»

На полностью обнаженной Шейле с кляпом во рту были только ошейник и веревка, связывающая запястья.

— Делай как следует, Шейла. Ты же часто это делала.

Спокойным голосом Седрик выдвинул невыполнимое требование.

«Я впервые делаю это сама...!»

Причина, по которой Шейла совсем не могла говорить, заключалась в том, что кляп был не просто тряпкой. Седрик засунул ей в рот круглый шар. Шар, к которому с двух сторон крепились ремешки. С шаром, заполняющим весь рот, она, естественно, не могла произнести ни слова. Вдобавок, слюна, которую она не могла сглотнуть, текла ручьем. В таком виде Шейла сидела на столе и мастурбировала собственной рукой. Потому что он приказал ей самой ласкать свой маленький клитор, который он обычно стимулировал разными игрушками, «пока не кончит». Здесь у неё изначально не было права отказываться от его приказов. А упираться и саботировать было бессмысленно — времени оставалось слишком много. Шейле ничего не оставалось, как встать на колени и раздвинуть ноги. И осторожно поднести связанные спереди руки к тому месту.

«Ха..., делать то, что даже наедине с собой не делала...»

Делать это перед другим человеком, да ещё и перед Седриком, было сущей мукой. Особой причины, почему она не делала это сама, не было. Просто она работала до потери пульса и засыпала как убитая, так что времени на изучение своего тела не оставалось. Так что до прикосновений Седрика Шейла жила, даже не подозревая, что на её теле есть такие чувствительные места. Наблюдая за неловкими движениями Шейлы, Седрик с безразличным видом произнес:

— Пожалуй, на сегодня наказание придется закончить. Оставлять всё как есть — пустая трата времени.

Рука Шейлы замерла.

«Он не из тех, кто просто так отпустит. Тогда что делать с оставшимся временем?»

Словно прочитав мысли Шейлы, которая не могла ничего сказать из-за шарика-кляпа, Седрик продолжил.

— Чтобы было честно, перенесем оставшееся время на завтра. Если и завтра не сможешь, перенесем на послезавтра.

Как только Седрик закончил фразу, рука Шейлы, во взгляде которой читалась крайняя несправедливость, начала двигаться с удвоенной скоростью.

«Завтра...? Проще уж закончить здесь и сейчас, что за бред...! Ха-а...»

Движимая упрямством, Шейла начала активно тереть клитор, и, несмотря на стыд и абсурдность ситуации, тело послушно отозвалось. Не зная, куда деть взгляд, Шейла в итоге просто крепко зажмурилась. Топ. Седрик, наблюдавший за ней с расстояния нескольких шагов, подошел и схватил Шейлу за ошейник.

— Хап.

— Открой глаза.

По его короткому приказу Шейла тут же открыла глаза. Чертова привычка служанки... Первое, что она увидела, открыв глаза, было его красивое лицо. Высокомерный взгляд, с которым он смотрел на неё сверху вниз, держа за ошейник, острый и изящный нос, красиво очерченные губы — всё это заполнило поле зрения Шейлы. И стоило ей встретиться взглядом с этим лицом, как внизу у Шейлы хлюпнуло и потекло ещё сильнее.

— Ы-хып!

Движения руки Шейлы ускорились. Вместе с тем нарастало и возбуждение. Вскоре, не отрывая взгляда от глаз Седрика, сжимавшего её ошейник, Шейла достигла пика.

— У-у-ум!

Глядя на кончающую Шейлу, Седрик не выдержал и схватил её за затылок.

— Ха..., блять...

Седрик выплюнул ругательство, смысл которого было трудно понять. Чувствуя ноющую боль в коже головы, Шейла достигла ещё более мощного оргазма. Удовольствие, стыд и боль смешались воедино, и из глаза Шейлы выкатилась слеза. Седрик отпустил её волосы и, поглаживая зудящую кожу головы, сказал:

— Молодец.

Он развязал ремешки кляпа-шарика (Ball gag) на затылке и вынул шар, после чего слюна, скопившаяся во рту Шейлы, потекла наружу.

— Всё так же пускаешь слюни.

Сказав это тоном, в котором слышалась безнадежность, Седрик достал из кармана брюк носовой платок. И вытер слюну в уголках её губ.

— Как тебе, Шейла?

Мягко спросил Седрик о впечатлениях от мастурбации перед ним. Стыд? Позор? Унижение? Множество чувств пронеслось в голове Шейлы. Но, судя по опыту, ответ, который она должна была дать, был один.

— Было... хорошо.

Ответила Шейла, задыхаясь. Она ведь не могла спросить, нет ли здесь лишнего гроба. После того постыдного действа, которое она только что совершила перед ним, Шейле казалось, что закрыть глаза навеки прямо сейчас было бы неплохим вариантом. В этот момент между раздвинутыми ногами задыхающейся Шейлы скользнули пальцы Седрика.

— Ха-ат!

Тело Шейлы бессильно откинулось назад. К счастью, он поддерживал её спину. Глядя на женщину, опирающуюся на его руку, Седрик сказал:

— Судя по тому, как ты течешь, это не ложь.

Седрик намеренно двигал пальцами так, чтобы хлюпающие звуки были громче. Более того, он согнул свои длинные пальцы и надавил на чувствительную точку внутри. Внутренние стенки Шейлы, которая только что кончила сама, были предельно чувствительны.

— Ха-ыт, ыт!

Шейла не смогла сдержать стон и извивалась в его объятиях. Она попыталась оттолкнуть его связанными руками, но это лишь сделало его прикосновения более настойчивыми. Хлюпающие непристойные звуки, непрекращающаяся стимуляция, его твердая рука, поддерживающая её спину, красивое лицо, заполняющее всё поле зрения, и горячее дыхание совсем рядом — всё это заставило Шейлу кончить ещё раз.

— А-хыт! А-а-ах!

Отверстие, в котором находились пальцы, судорожно сжалось. Седрик не вынимал пальцы, пережидая спазмы внутри неё. Наконец, когда Шейла обмякла в его объятиях, Седрик вынул пальцы и поднес их к глазам тяжело дышащей Шейлы. Когда он развел пальцы, между ними потянулась тонкая нить.

— Смотри, твои соки.

Чувствуя отголоски оргазма, Шейла покрасневшими глазами принужденно уставилась на пальцы Седрика. При виде этой порочной жидкости, соединяющей два длинных пальца, внизу снова начался потоп. Возбуждаться от непристойных сцен так же естественно, как выделять слюну при виде того, как выжимают кислый лимон. Шейла уже понимала это. Но то, что последовало дальше, она не знала, как воспринимать. Шейла, не раздумывая, начала сосать его пальцы, оказавшиеся у неё во рту. Те самые пальцы, которые только что были внутри неё. С того дня, когда они делали это во второй раз и она сосала член, побывавший в ней, такое случалось уже много раз. Так что пососать пальцы, испачканные её собственной смазкой, было уже пустяком.

— Хорошо сосешь.

Похвалил он. И спросил:

— Вкусно?

— Да..., Хозяин. Вкусно.

Умение давать ответы, которые нравятся извращенному хозяину, тоже заметно улучшилось. Поговорка, что трудно только в первый раз, была правдивой. Теперь она без труда произносила здесь и вещи похуже. Проблема была в том, что, подыгрывая ему, она сама возбуждалась, и похвала от извращенного хозяина начинала приносить ей удовольствие.

«Так и нормальная я превращусь в извращенку».

Она начала чувствовать угрозу, но осознание этого ничего не меняло. В любом случае, до конца контракта оставалось около полутора месяцев. Оставалось только терпеть. Пока Шейла беспокоилась о своей участи и подсчитывала оставшееся время, он внезапно резко дернул её за ошейник. Не разрывая зрительного контакта, Седрик приблизил своё лицо к её лицу.

«Он что... собирается поцеловать?»