Онлайн чтение книги Наказанная горничная графского дома Каллей Count Calley’s Whipping Maid
1 - 44

Заводной дилдо продолжал жужжать, но даже этот звук не мог заглушить громкое хлюпанье. Среди этих непристойных звуков Шейла достигла второго оргазма.

— Хы-ы-ык!

Она изо всех сил стискивала зубы, но в момент пика снова не сдержала стон. Даже в экстазе она понимала, что нарушила правило, поэтому отчаянно прижалась к Седрику, уткнувшись лицом ему в плечо. Она надеялась, что он оценит её попытку заглушить звук собственным телом. Когда Шейла обмякла, Седрик перестал двигать рукой, но она продолжала чувствовать слабую вибрацию игрушки, продлевающую агонию.

— Хнык, угх...

Дрожащее тело Шейлы наконец расслабилось, когда дилдо перестал вибрировать. Седрик уложил её на стол. И, глядя на свою рубашку, испачканную её слюной, начал расстегивать пуговицы. Шейла, тяжело дыша, сквозь полуприкрытые веки наблюдала, как он раздевается. Даже раздевался он элегантно и сдержанно. Может, этому тоже учат за границей? Голова Шейлы шла кругом. То ли тот безумный секс на этом столе был сном, то ли этот безупречный джентльмен перед ней — галлюцинация. Глядя на Седрика, который в мгновение ока преобразился, она поняла одно: что-то из этого точно нереально. Однако звук шлепнувшейся на пол рубашки вернул её с небес на землю. Обнажив свой рельефный торс, Седрик подошел ближе и грубо схватил её за грудь.

— Опять подглядываешь?

Шейла замотала головой. Слезы непроизвольно скатывались по вискам. Несмотря на грубость, в прикосновении было что-то возбуждающее. И что самое нелепое — она поймала себя на том, что ждет, не начнет ли он снова ласкать её соски, как в прошлый раз. От этой мысли они затвердели. Седрик, сжимая её грудь, провел большим пальцем по соску. Твердый бутон прогнулся под давлением и тут же выпрямился, как пружина. Ха! Седрик усмехнулся. Он ничего не сказал, но этой усмешки хватило, чтобы Шейла сгорела со стыда. Ей захотелось провалиться сквозь землю. Но всё, что она могла сделать в своем обессиленном состоянии, — это сдерживать стоны. Почему её тело так реагирует на унижение — намокает внизу и напрягается вверху — она не понимала. Седрик с силой сжал другую грудь, помял её, щелкнул по набухшему соску и отпустил. Хватка была такой сильной, что наверняка останутся синяки. Шейла чувствовала, как горит кожа, даже не глядя.

— Я дал тебе шанс, а ты всё равно издавала грязные звуки. Так что наказание будет справедливым, не так ли?

Шейла прикрыла грудь ослабевшими руками и замотала головой. Сегодня Седрик был одержим тишиной, поэтому она боялась издать хоть писк.

— Убери руки.

Приказ прозвучал безжалостно. Шейле пришлось убрать последнюю преграду. Служанка не может ослушаться хозяина, особенно здесь. Едва она убрала руки, как на сосках щелкнули зажимы.

«Аугх...»

Боль оказалась острее, чем она думала, но Шейла проглотила стон. Издать звук сейчас было бы верхом глупости. Но боль не утихала, и Шейле стало невыносимо жалко себя. Она согласилась на это, чтобы избежать побоев, но почему она должна терпеть такое? В этот момент Седрик снова приказал:

— Долго будешь валяться? Если отдохнула — спускайся.

Черт... Шейла прогнала жалость к себе и начала подниматься. Ноги подрагивали после двух оргазмов, но встать она могла. Выносливость у неё была что надо, пусть и не было привычки к боли. После целого дня работы она шла на подработку, так что, вопреки мнению окружающих о её хилости, сил у неё хватало. Наполовину это была сила духа. Когда Шейла спустилась на пол, Седрик снова надел ей повязку на глаза.

— Ноги шире, руки за спину.

Пока она заводила руки за спину, его ботинок коснулся её босой ноги. Шейла была босиком с тех пор, как забралась на стол. Седрик постучал носком ботинка по её ступням, заставляя раздвинуть ноги. Когда расстояние стало примерно на ширину плеч, он остановился. Затем зашел ей за спину и связал запястья веревкой. Как только руки оказались связаны, уши Шейлы уловили знакомый звук: д-д-дззз, д-д-дззз... Звук заводной пружины. Сигнал о том, что предмет, который она видела и с которым уже дважды кончила, снова войдет в неё. Спина Шейлы окаменела. Она не могла спросить, что он задумал, не могла возмутиться, не могла убежать. От этого страх усилился вдвое.

— Ты уже знаешь, что это за штука. Я вставлю её тебе в пизду, а ты держи, чтобы не выпала.

Дззз, дззз. Из-за повязки на глазах звук казался особенно громким. Наконец пружина была взведена до упора, раздалось жужжание, и отвратительный предмет снова начал проникать в Шейлу.

***

Время, проведенное стоя с дилдо внутри, казалось Шейле вечностью. Она не видела, но чувствовала, как Седрик придвинул стул и сел прямо перед ней. Осознание его взгляда заставило её увлажниться еще сильнее.

«Нет, нельзя...»

Если там будет слишком скользко, игрушка выпадет. А если она нарушит приказ удержать её, наказание может быть похуже зажимов на сосках. Шейле пришлось с силой сжать бедра, чтобы удержать скользкий предмет. Наконец вибрация заводного дилдо прекратилась. Шейла подумала, что это конец. Но тут услышала звук вытягиваемого шнура. Седрик вынул остановившийся дилдо и тут же вставил другой, который только начал вибрировать. И пока шнурок втягивался, он неспешно заводил пружину первого. Когда шнурок втянулся и вибрация стихла, он снова вогнал в неё долгоиграющий заводной дилдо.

«Он что, собирается делать это вечно?..»

Лицо Шейлы, которая ждала окончания пытки, исказилось от ужаса.

— Разочарована?

Спросил Седрик, словно прочитав её мысли о том, что она надеялась на конец. Шейла не могла ни кивнуть, ни помотать головой. Зная, что она не может ответить, Седрик продолжил:

— У нас еще много времени, Шейла. Думаю, тебе будет проще продолжать в том же духе.

Он утешал её тоном кота, играющего с мышью. Несмотря на отвратительное чувство от его слов, Шейла подавила желание сдаться. Он был прав. К этому она уже привыкла, а неизвестность пугала больше. Но у этой пытки была и другая сторона. Вибрация дилдо возбуждала её, но не давала разрядки. От постоянной стимуляции тело горело, но пик был недосягаем. Если бы вибрации не было, было бы легче. А так она сходила с ума. После двух оргазмов она думала, что больше не захочет, но ошиблась. Сейчас она жаждала разрядки как безумная. Один хороший оргазм — и всё, больше ничего не надо.

«Сколько можно!..»

Неужели он собирается заниматься этим всё оставшееся время? Перед тем как ей завязали глаза, оставался час и пятнадцать минут. Прошел едва ли час... Шейла уже не могла терпеть. Ей хотелось, чтобы он начал двигать этим дилдо, как раньше. Нет, этого мало. Она не могла отделаться от мысли, что хочет, чтобы это был его настоящий член. При воспоминании о его настоящей плоти из неё хлынул новый поток влаги. Шейле пришлось напрячь даже мышцы ануса, чтобы удержать заводной дилдо. Ноги, расставленные по его приказу, сдвинуть было нельзя, и она извивалась всем телом, пытаясь справиться с ситуацией. Молчать было невыносимо. Если бы он заткнул ей рот, было бы проще, но сдерживать стоны одной силой воли в течение десятков минут было адски трудно. В одинокой борьбе с собой у Шейлы мелькнула мысль бросить всё к чертям. Но это был лишь порыв. Шейла не из тех, кто ставит жизнь на кон из-за минутной слабости. Но стоило ей на секунду расслабиться, как тяжелый дилдо выскользнул и с хлюпаньем упал на пол. Т-т-тук-тук-тук. Упавшая игрушка заскакала по полу, издавая непристойные звуки. Одновременно раздался скрип отодвигаемого стула. Скри-ип. Шейла вздрогнула, услышав, что Седрик встал. Шлёп-шлёп. Звук хлыста, ударяющего о его ладонь, заставил её задрожать мелкой дрожью. Казалось, он сейчас ударит её этим хлыстом. Седрик взял в руки хлыст (кроп) еще тогда, когда она стояла с дилдо внутри.

«Оставшиеся удары я заменю хлыстом вместо ладони. Возражения есть?»

Услышав, как он постукивает хлыстом по ладони, Шейла поняла, что он уже держит его. Она вспомнила прошлый раз. Хлыст был самым безболезненным из всех инструментов. Его квадратный наконечник был намного меньше ладони Седрика, так что это точно будет не так больно, как шлепки рукой. Шейла молча кивнула. Не было причин отказываться от менее болезненного наказания. Она почувствовала, как он подходит ближе.

«Надо было отказаться?..»