1 - 42
Чего и следовало ожидать — она опоздала. Когда она наконец выбралась из послевкусия яростного секса и в голове прояснилось настолько, чтобы взглянуть на часы, было уже поздно. Она примчалась на такси, с ещё капающими волосами, но всё равно опоздала на сорок минут.
— Ко Ы-ын! Ын Ха! Мы тут!
Стоило Ын Ха войти в ресторан, как от дальнего столика ей замахали. Три родных лица, включая подругу, что сегодня выходит замуж, встретили её радостно. До выпуска они вечно ходили вместе, но теперь, когда каждая устроилась на работу или училась, встречаться раз в месяц — уже много.
— Принцесса Ын Ха-а. Ты чего за это время ещё похорошела?
— Эй, не холодно? Ты чего в тренче? Сегодня ночью, говорят, ниже нуля.
— Да я думала, сегодня тепло… Ниже нуля?
Ын Ха поёжилась и откинула ещё влажные волосы. И правда, пока бежала от такси, здорово продрогла. Завтра точно надо заскочить в офистель и забрать зимнюю одежду.
Ын Ха села на свободное место напротив. Ли Соль Ми, подруга, что приютила её на две недели, когда объявился сталкер, достала ей тарелку и вилку и спросила:
— Ты чего так опоздала? Курица вся остыла. Ножки мы уже поделили.
— Я-то говорила подождать тебя, а эти двое всё съели.
— Эй, давайте закажем свежих токпокки 1.
1 Токпокки — популярное корейское блюдо: рисовые палочки (тток) в остром сладковатом соусе.
Когда Ким У Чжон, листая меню, сказала это, Ли Соль Ми, приговаривая «мне вообще-то на диету надо», всё же заказала токпокки, щедро посыпанные сыром.
— Простите. Телефон настраивала, провозилась.
— О, новый купила?
— Не, по дороге подобрала.
Друзья засмеялись над плоской шуткой Ын Ха. С друзьями она будто легко возвращалась в студенческие годы. Пока Ли Соль Ми и Ким У Чжон разглядывали новый телефон Ын Ха, ей вручили приглашение на свадьбу — Пак Сын Хи осторожно протянула конверт с вписанным именем Ын Ха.
— С замужеством тебя, правда. С подарком определилась?
— Пока нет. Нужного столько всего…
Пак Сын Хи глубоко вздохнула и разломила лежавший на тарелке кусок курицы. Лицо у неё было отнюдь не как у невесты, вручающей приглашение на свадьбу.
— Ты чего? Что-то случилось?
— Да нет… подготовка к свадьбе идёт не так, как хотелось. И хлопот полон рот. И жильё искать тяжело…
На её мямлящие слова бойкая на язык Ким У Чжон замахала рукой: «Опять она за своё». Робкая, осторожная Пак Сын Хи и Ким У Чжон, как ни странно, были неразлучны. Похоже, до прихода Ын Ха они уже немало наговорились: на укол Ким У Чжон Пак Сын Хи плотно сжала губы и вздохнула. Лицо ещё больше помрачнело. Ын Ха, поглядывая на обеих, спросила:
— Что? Оппа тебя обижает?
Жених Пак Сын Хи — полицейский, на шесть лет её старше, с которым она познакомилась на свидании вслепую в позапрошлом году. Он был так же тих, как и Пак Сын Хи, и за два года их отношений подруги ни разу его не видели. Раз уж сегодня раздают приглашения, думали, хоть сегодня-то он появится, — но и на этот раз его не было.
— Нет. Оппа очень хорош со мной.
— Тогда чего же?
— Да просто… перед свадьбой на душе неспокойно, наверное, поэтому. Будто я одна ухожу куда-то.
— Так это же хорошо — встретить хорошего человека и рано выйти замуж.
На банальное утешение Ын Ха Пак Сын Хи горько усмехнулась и отпила колы.
— Ын Ха, а у тебя сейчас никого нет?
— Э, ну…
— Эй, что-то ты с ответом тянешь.
Она вроде ответила сразу, но Ли Соль Ми переспросила остро. Всё-таки по сравнению с сослуживцами друзья — это страшная сила.
— Появится — по всему свету хвастаться побегу, так что не приставайте к одинокой.
— Была бы я тобой — без мужчины ни дня бы не сидела.
Ким У Чжон завистливо покосилась на щёку Ын Ха. Что это не зависть, а поддразнивание, она знала.
— Так и сейчас всегда кто-нибудь есть.
— Да не эту мелюзгу. Настоящего стоящего мужчину. Ну там, китайского магната.
— С чего вдруг китайского магната? А по-китайски-то ты умеешь?
— Чтобы любить, необязательно понимать друг друга. Между мужчиной и женщиной есть язык тела.
Ын Ха вяло усмехнулась и повторила следом: «А, язык тела».
Стоит заговорить с Чон У Гоном — и восемь раз из десяти всё сводится к этому самому языку тела. Порой ей казалось, что с ним и без слов можно обойтись. Нет, наоборот, вспоминая его грязные разговорчики в постели, она даже мечтала не понимать его слов.
И сегодня опять — что это было…
Каким рассудком она вообще произносила такие слова — она и сама не понимала. Ему, похоже, было довольно забавно заставлять Ын Ха говорить подобное, и после он всё вынуждал её произносить пошлые, гнусные вещи — то «вставь мне», то «прикуси киску». Всё это было так извращённо и низко, что она зареклась выпускать такое изо рта, но, непонятно почему, в постели с ним она была будто другим человеком.
Ын Ха зачем-то провела ладонью по щекам, что готовы были вспыхнуть.
Незаметно принесли свежее разливное пиво и токпокки под густо расплавленным сыром.
— Значит, сегодня у всех, кроме Ын Ха, есть парни?
— Что, у тебя парень появился?
Ын Ха изумлённо посмотрела на Ли Соль Ми. Насчёт скоро выходящей замуж Пак Сын Хи или вечно при парне Ким У Чжон — понятно, но Ли Соль Ми ещё в прошлую встречу была одна.
Она застенчиво улыбнулась и подняла руку. На безымянном пальце — незнакомое золотое колечко.
— Что такое, уже парные кольца? Когда познакомились? С кем?
— На работе. Ну, я же в прошлый раз говорила, что есть неплохой новичок.
— А, тот, что дылда такая?
— Но-но, повежливее с моим Сок Вон-оппой. Тоже мне дылда.
Пригрозив, она одной рукой проверила телефон.
— Сегодня двадцатый день.
Двадцать дней. Боже, не студенты же… Ли Соль Ми показала мило оформленную страничку в парном приложении.
— Прямо жить без него не можешь?
— Ага, такой миленький.
Ким У Чжон и Пак Сын Хи, видимо, уже наслушались хвастовства через край и, уткнувшись каждая в свой телефон, делали вид, что заняты, и только Ын Ха разглядывала снимки, которые показывала Ли Соль Ми. Мужчина был худоват, но производил приятное, опрятное впечатление.
— А встречаться с коллегой — не боязно? Попадётесь — доброго слова не жди.
— Сначала я так и думала, а оказалось — наоборот, азарт, здорово. На работе мы оба ужасно деловой вид делаем. Даже не смотрим друг на друга, держимся, а как рабочий день кончится… И с работы едем: сядем в метро, выйдем на станции Йонсан, встретимся на парковке при вокзале — и на его машине домой.
— Ух, шпионский фильм снимаете?
— Знаешь, как весело? Раздаёт команде перекусы, а мне тайком лишний «Чокопай» подсунет… Схожу в туалет — а в ящике йогурт лежит, представляешь? Вот ради этого и крутят романы на работе. Ты тоже давай, Ын Ха. У вас в компании, говорят, для служебных пар льготы хорошие?
Служебный роман. Ын Ха горько усмехнулась, вспомнив свою собственную скверную, тайную связь. Чон У Гон, был он рядом или нет, всегда занимал слишком много места.
— Был бы хороший мужчина — с удовольствием бы. …А если встретишься, а потом не сложится?
— Как с этим, с Ли Чжон Хо?
На внезапно всплывшее имя брови её нахмурились. Это был парень, с которым она встречалась в универе, — тот, что, переспав с Ын Ха, растрезвонил всему свету про её трусики.
— Ын Ха у нас тоже, между прочим, немало придурков перевидала.
— Не «между прочим», а она в этом деле круглая дура. С такой внешностью — встречайся она по очереди с мужчинами, что на неё молиться готовы, выгребла бы весь верхний один процент.
Романов у неё было не так уж много, но каждый из тех парней оказывался с каким-нибудь особенным, диким сюрпризом, так что Ын Ха, не в силах и возразить, глотнула пива.
— Видно, с мужчинами мне не везёт.
— Поначалу все были нормальные. Ли Чжон Хо тоже с виду был лощёный. Такой весь старательный, галантный. И угощал, и репутация хорошая. Кто ж знал, что этот гад так поступит?
— А тот, после него, как его звали?
— Сон Сон Хён? А, вот сволочь.
— Он тоже поначалу приятное впечатление производил. Лицо такое бледное.
Когда она, узнав, что он куда дольше встречался с другой девушкой из их учебной группы, предложила расстаться, он расстался с той и заявился: мол, из-за тебя расстался, так что отвечай теперь. Когда она обозвала его психом, он ударил её по лицу. Из-за этого повредилась барабанная перепонка, и ей какое-то время пришлось походить по врачам.
«С какими же ублюдками вы связывались по жизни».
Как и подозревал Чон У Гон, прошлые романы Ын Ха гладкими не были.
— Какие уж тут добрые воспоминания о любви.
Дошло до того, что жизнь с Чон У Гоном — даже не роман — чаще бывала слаще. Оттого ли, что они с Чон У Гоном хорошо подходят? Или оттого, что не надо, напрягаясь, взвешивать и проверять, хороший ли это человек, не из тех ли, кто, как отец, Хан Су, и в браке изменит? А может, оттого, что, живя вместе, она много времени проводила обнажённой, в самом беззащитном виде. К нему она льнула легко, будто у неё что-то отнялось внутри.
