Контент удален!

Чувствуя, как бешено бьется то ли ее, то ли его собственное сердце, Ю всё глубже погружался в поцелуй. Когда ее робкий язычок неловко, но страстно скользнул по его языку, Ю склонил голову и, приоткрыв губы, жадно втянул его. Их горячее дыхание смешалось.

Его язык, проникший внутрь, обжигал ее нёбо, словно раскаленное железо. Рука Ю крепко сжимала грудь Тхэ Джу, а она в ответ вцепилась пальцами в его запястье. Жар, охвативший всё тело, скопился внизу живота влажной, тяжелой пульсацией, заставляя ее трепетать. Возбуждение было настолько сильным, что Тхэ Джу вздрагивала всем телом, и с ее губ сорвался горячий вздох:

— А-ах…

Когда поцелуй прервался, Тхэ Джу легонько провела кончиками пальцев по руке Ю, всё еще нежно сжимавшей ее грудь, и прошептала:

— Знаете, на самом деле они довольно горькие.

— М-м? Что горькое?

Одурманенный поцелуем, Ю не сразу понял, о чем речь, и переспросил.

— Ягоды калины. Поэтому их едят только весной, когда другой еды совсем не остается.

— Вот как? А с виду такие красивые.

— И всё же воронам этот вкус нравится. Поэтому в нашей деревне калину бульденеж… ах… еще называли вороньей ягодой. Но на самом деле она обладает отличными целебными свойствами.

— Какая, оказывается, необычная ягода.

— Верно?

Ю ласково сжал ее мягкую грудь, и лицо Тхэ Джу вспыхнуло еще ярче. Ее густые ресницы мелко задрожали.

— В последнее время у тебя больше не было головокружений или одышки? — спросил Ю, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— Ни разу. Благодаря вам, Спаситель, я каждый день хожу к лекарю: он проверяет пульс и ставит иглы. У меня даже времени нет болеть.

В ту ночь новолуния, когда они катались на лодке, Тхэ Джу отравилась зельем Чжинымсан и потеряла сознание, очнувшись лишь на рассвете в лечебнице.

— Видимо, задатки пьяницы в тебе всё же есть.

Так с улыбкой сказал Ю, сидя тогда у ее изголовья. И с тех пор он водил ее к этому лекарю при каждой встрече.

— Я больше переживаю за ваше здоровье, Спаситель. Вы так похудели в последнее время.

— Ха-ха. Стал тебе противен?

На шутливый вопрос Ю Тхэ Джу лишь слегка нахмурилась.

— Я понимаю, что вы по горло в государственных делах, но, пожалуйста, хорошо питайтесь и отдыхайте. Вы случайно не лишаете себя сна ради встреч со мной?

— Ты и есть мой отдых и покой.

Ю крепче прижал Тхэ Джу к себе и прошептал это тихо и искренне. Его чувства передались ей без остатка, и на губах девушки расцвела светлая улыбка. Но, внезапно вспомнив о Пхун Со, Тхэ Джу уперлась ладонями в плечи Ю, пытаясь отстраниться.

— Спаситель, раз у вас срочное дело, вам нужно спешить.

— Но мы не пробыли вместе и получаса.

Вторая рука Ю скользнула по ее талии, легко погладила поясницу и властно сжала ягодицу. От этого у Тхэ Джу закружилась голова, она снова уткнулась лбом ему в плечо и прошептала:

— А-ах… Но раз уж за вами пришел ваш человек, значит, дело действительно не терпит отлагательств.

— Это так.

Ю ответил с неохотой, всё еще не в силах выпустить ее из объятий. Его губы коснулись мочки уха Тхэ Джу и заскользили вниз по нежной шее.

— С каждым разом мне всё труднее с тобой расставаться.

— Мне тоже… Мне тоже.

— Так, может, переедешь, как я предлагал?

Ю уже давно обещал подыскать для нее и ее семьи отдельный дом, но Тхэ Джу всё оттягивала с ответом. Точнее, просто не могла согласиться. Каждый раз, глядя на Ю, она испытывала жгучее чувство вины.

«Я обязана признаться ему во всём, пока не стало слишком поздно».

Но как бы твердо она ни решала это сделать, стоило ей увидеть Ю, как язык словно прилипал к нёбу.

— Простите, я еще не обсудила это с матушкой.

— Хорошо, понимаю. Поговорим об этом позже.

— Да…

Хоть она и не солгала прямо, чувство вины лишь усилилось, и сердце Тхэ Джу тревожно забилось.

Когда они вышли на задний двор храма, где Ю обычно прятал свою лошадь, под деревом обнаружился Пхун Со, державший в руках поводья двух скакунов. Эта картина напомнила Тхэ Джу их самую первую встречу в лесу, и она невольно улыбнулась.

— Садись, — сказал Ю.

— Ваше Высочество, прошу прощения, но нам нужно спешить, нельзя терять ни минуты, — тихо, но твердо вмешался Пхун Со, когда Ю уже собирался усадить Тхэ Джу в седло. — Эту девушку… то есть барышню, я провожу сам. Отправляйтесь в гильдию.

Видя непреклонность стратега, Ю недовольно нахмурился и уже открыл рот, чтобы осадить подчиненного, но Тхэ Джу поспешила вмешаться:

— Спаситель, сегодня мы встретились раньше обычного, на улице еще не стемнело, так что я доберусь сама. Я уже неплохо знаю город, вам совершенно не о чем волноваться.

Услышав это, Пхун Со закрыл рот, бросил многозначительный взгляд на Ю и молча опустил голову. В этом жесте читался явный, хоть и немой укор господину: «Вы ведь сами слышали? Барышня говорит, что прекрасно доберется одна, так что давайте поторопимся».

Вскоре Ю вскочил в седло. Глядя на него снизу вверх, Тхэ Джу светло улыбнулась и приготовилась попрощаться. Но Ю вдруг снова протянул ей руку. Девушка удивленно распахнула глаза, а Ю невозмутимо произнес:

— Поедем вместе.

— Ваше Высочество?!

Пхун Со изумился этому даже больше, чем Тхэ Джу, и его голос невольно дрогнул.

— Мы только встретились, я не могу вот так расстаться с ней. Едем вместе.

Несмотря на то что верный стратег смотрел на него совершенно ошарашенно, Ю оставался абсолютно невозмутим — ведь его слова предназначались исключительно Тхэ Джу.

— Хорошо.

Когда Тхэ Джу не раздумывая вложила ладонь в его руку, Ю довольно улыбнулся и одним плавным движением усадил девушку в седло перед собой.

* * *

Проехав немного верхом, они остановились перед огромной усадьбой, ничуть не уступающей резиденции У Ви Го. Однако от нее веяло не столько роскошью, сколько неприступностью. Это было не показушное здание, выстроенное ради бахвальства, а добротный, возведенный на века особняк.

Как только всадники спешились, откуда ни возьмись появились слуги и увели лошадей. Едва гости переступили порог массивных ворот, им навстречу вышел мужчина, который явно был хозяином усадьбы и уже ждал их.

Пожилой человек в сером халате и с окладистой бородой, увидев Ю, почтительно поклонился. Это был Ви Джи Ге — глава торговой гильдии Ворин.

— Господин Ви.

— Ваше Высочество, для нас огромная честь снова принимать вас. Остальные гости уже ждут внутри, прошу, проходите. Я провожу.

— Хорошо.

Ю кивнул Ви Джи Ге и посмотрел на Пхун Со. Тот, без труда прочитав мысли господина, подошел к Тхэ Джу и поклонился.

— Я лично сопровожу барышню.

Заботясь о репутации господина, Пхун Со не стал обращаться к Тхэ Джу свысока при главе гильдии и других людях. Ви Джи Ге тоже молча склонил перед ней голову.

— Сан Мок, проводи гостей во внутренние покои, — приказал Ви Джи Ге своему слуге.

Ю посмотрел на Тхэ Джу и коротко кивнул. В этом взгляде было столько нежности и тепла, что он без слов говорил ей: «Не бойся, всё будет хорошо». Тхэ Джу в ответ молча опустила голову, а когда Ю и Ви Джи Ге скрылись в главном здании, последовала за слугой вместе с Пхун Со.

— Сюда, пожалуйста.

Слуга гильдии с фонарем шел впереди, за ним след в след ступали Пхун Со и Тхэ Джу. В конце широкого двора возвышалась глухая стена выше человеческого роста, а в ней виднелись узкие боковые ворота с двойными стропилами. Пройдя через них, гости очутились перед еще одной стеной, чья крыша низко нависала над головой.

— Обувь можете оставить на каменных ступенях.

Открыв раздвижную дверь, слуга повел их по длинному коридору. Поначалу Тхэ Джу подумала, что внутренние покои выстроены в форме квадрата с двором в центре — коридоры опоясывали крошечный сад, где, несмотря на близкую зиму, всё еще зеленели свежие растения. Это была весьма необычная планировка, какой она не встречала ни во дворце, ни в усадьбе У Ви Го.

Однако они всё шли и шли мимо одинаковых дверей, поворачивали за углы, а длинный деревянный коридор и не думал заканчиваться. Теперь казалось, что здание выстроено в форме двойного квадрата — один внутри другого.

«Как там это называлось? „Изгибы коридоров, подобные шелковым лентам“?» Говорили, давным-давно один подозрительный император приказал выстроить свою резиденцию в виде запутанного лабиринта, чтобы защититься от убийц. Этот особняк явно ничем ей не уступал.

Очевидно, хозяевам гильдии было что прятать и охранять.

— Фонари еще не зажгли, здесь темно. Будьте осторожны, — предупредил слуга.

Тхэ Джу была уверена, что он лжет. Свет наверняка не зажигали намеренно, чтобы пришедшие сюда чужаки не смогли запомнить дорогу.

Наконец коридор закончился. Но, к ее удивлению, за поворотом, где ожидалась глухая стена, открылся еще один проход. Тхэ Джу начала подозревать, что они просто ходят кругами. Одинаковая серебристая луна, виднеющаяся в узкой полоске неба над однотипными карнизами, лишь усиливала эти подозрения.

И всё же, не подавая виду, она молча следовала за проводником. После долгой ходьбы они остановились перед одной из комнат.

— Прошу, проходите. Сейчас вам подадут чай.