— …

— Я слышал, что недавно к тебе приходил человек, называющий себя старостой. Это он довел тебя до слез?

— Нет, дело не в этом.

Ха Им закрыла лицо руками, стараясь говорить как можно меньше. Му Хёк настойчиво, но нежно погладил её по волосам, и раздался её глухой, надломленный голос:

— Это всё потому, что я ни на что не гожусь. Ни талантов нет, ни денег заработать не могу…

Бормоча это словно в трансе, девушка вдруг вздрогнула и захлопала глазами.

— Ой, я… я сболтнула лишнего. Пожалуйста, сделайте вид, что ничего не слышали.

— Тебе нужны деньги?

— Э-э… Ну, то есть деньги ведь нужны всем людям. Чтобы как-то жить, конечно, нужно зарабатывать…

Каждый раз, когда Ха Им смущалась, у неё появлялась привычка суетливо перебирать маленькими ручками и нести бессвязную чепуху.

— Поэтому нужно трудиться еще усерднее, правда? Ха-ха. Я как раз собиралась найти еще какую-нибудь работу на зиму.

— …

Му Хёк слегка свел брови на переносице. Взвалить на себя еще больше работы?

Он никогда не вникал в распорядок дня Ха Им, но прекрасно понимал, что она из тех, кто без колебаний готов изматывать себя до предела. Она вкалывала так усердно, что было бы неудивительно, если бы её маленькое хрупкое тело просто стерлось в порошок.

— Я постараюсь найти подработку как можно быстрее, так что в будущем, возможно, не смогу приходить сюда так часто. Вместо меня Сам Дон…

— Так не пойдет.

— Что?

— Я могу дышать полной грудью, только когда вижу тебя, Ха Им. А ты предлагаешь мне терпеть это заточение, даже не видя твоего лица?

— …

— Я помогу тебе, так что не ищи работу.

Ха Им покачала головой.

— Нет, всё в порядке. Я не могу принять от вас, Чхон Чжон, такую помощь.

— Почему? Потому что я идиот с амнезией?

— Я совсем не это имела в виду.

— Тогда всё решено.

Му Хёк приподнял подбородок Ха Им еще выше и одновременно наклонился к ней. В тот момент, когда их губы плотно сомкнулись, испуганная девушка крепко зажмурилась и вцепилась в его воротник.

Раздвинув её пухлые губы, Му Хёк коснулся робко прячущегося язычка. Когда он начал посасывать эту нежную-нежную плоть и влажно проходиться по ряду зубов, губы Ха Им приоткрылись еще шире. Словно этого было мало, он крепко обхватил её за затылок и протолкнул свой язык еще глубже.

Он жадно сминал и неспешно исследовал её рот изнутри, выпивая всё её легкое дыхание без остатка. Откуда здесь взяться вкусу, но почему же это так сладко?

Крепче прижав к себе мелко дрожащую Ха Им, Му Хёк вдоволь наслаждался вкусом её губ. Но жажда не только не утолилась — похотливые инстинкты начали сворачиваться тугим, напряженным кольцом.

— …М-м.

От поцелуя, ставшего еще более дерзким и глубоким, взгляд Ха Им начал мутнеть. Ей казалось, что где-то внизу живота приятно щекочет, а по всему телу пробегают разряды тока.

Му Хёк и не думал отпускать извивающуюся девушку, откровенно прижимаясь твердым эрегированным членом к её лобку.

— …

От этого непристойного трения, которое невозможно было игнорировать, Ха Им со стоном выдохнула и густо покраснела. Му Хёк, крепко обхватив её за талию, начал мерно двигаться взад-вперед, словно на волнах.

В ответ на эти движения, полные откровенного сексуального подтекста, Ха Им совершенно растерялась. Его пульсирующая плоть, отчетливо ощущаемая даже сквозь слои ткани, терлась о её промежность. Независимо от её воли внизу собирался жар, и она чувствовала, как между ног становится всё более влажно и скользко.

— Ха Им.

— Д-да.

— Я всё решу, так что отныне ты будешь приходить ко мне каждый день.

— Ах…

— Поняла?

Глядя на то, как у Ха Им плывет взгляд всего лишь от этих слов, Му Хёк плотно сжал челюсти. Такое невинное и одновременно пошлое лицо — хотелось забрать его себе и ни с кем не делиться.

«Кажется, дело в деньгах. Если это не староста, значит, тот самый ублюдок по фамилии Чжан. Кто бы это ни был, я уберу с дороги любого, кто будет путаться под ногами между мной и Ха Им».

— Отвечай. Живее.

С этими словами он обхватил Ха Им за талию и резко потянул на себя. Испугавшись, она рефлекторно обвила руками его шею и уткнулась ему в плечо.

— Помнишь, что я сказал сделать, если ты меня не послушаешься?

— …Не уходите. Если вы уйдете не попрощавшись, мне будет очень грустно.

Тихо, печально прошептала Ха Им. Даже понимая, что однажды ей придется его отпустить, она хотела побыть с ним еще хоть немного.

«К тому же плохие люди могут караулить вокруг дома Чхон Чжона. Поэтому, по крайней мере, пока не станет безопасно, я буду его защищать».

Глубоко задумавшись, Ха Им прикусила нижнюю губу. Не похоже было, что он исчезнет прямо сейчас, но всё же ей казалось необходимым предупредить его об опасности.

— Эм, Чхон Чжон. Знаете…

— Говори.

— …Я говорю это просто на всякий случай, но если те плохие люди знают, где вы живете, не могут ли они затаиться поблизости, чтобы выследить вас?

— …

— Эти люди ведь тоже поняли, что ваше тело пропало, так что они могут заподозрить, что вы живы, и попытаться снова вас схватить. Э-это я говорю не для того, чтобы вас напугать, я правда за вас переживаю.

Взгляд Му Хёка, молча слушавшего её, похолодел. Надо же, то, что он услышал от Сон Ги, теперь звучит из уст Ха Им. Неужели это совпадение?

Он догадался, что в тот день в горах Ха Им всё-таки что-то услышала. То же касалось и её слов о гибели его товарищей.

— В этом есть смысл. Вероятность такого сценария весьма высока.

Привлекая её взгляд к себе, Му Хёк невзначай спросил:

— И как же мне тогда лучше поступить?

— …

— Всю жизнь прятаться здесь?

— Д-для начала давайте вернем вам память, а потом вместе подумаем, что делать.

— Хорошо.

В душе у Ха Им творился настоящий хаос. Она желала, чтобы к нему вернулась память, но в то же время боялась этого. Боялась, что, вспомнив всё, он поймет: она для него — никто. А вдруг рядом с ним уже кто-то есть? Возлюбленная или жена.

Тогда он точно не захочет больше и смотреть на такую дыру и вернется к своей прежней жизни. Ха Им твердо пообещала себе, что, даже если ей будет больно, она должна будет его отпустить.

Молча рассматривавшая Му Хёка девушка вдруг отстранилась от него. Ощутив, что его руки опустели, Му Хёк недовольно склонил голову набок.

— Куда это ты собралась?

— …Я тут подумала: а вдруг у вас, Чхон Чжон, уже есть любимый человек. Думаю, нам стоит быть осторожнее.

— …

— Сейчас вы ничего не помните, но когда память вернется, вы можете сильно страдать от чувства вины. И тому человеку тоже будет очень больно.

Му Хёк чуть не поперхнулся от того, как Ха Им самовольно распустила крылья фантазии. Её серьезный вид казался одновременно смешным и весьма забавным. Эта её эксцентричность, никогда не обманывающая ожиданий, заставила его проглотить рвущийся наружу смешок и покачать головой.

— Такого не может быть. В этом я уверен.

— …?

— На случай таких ситуаций, если у нас появляется любимый человек, мы набиваем татуировку на теле. Но на мне ведь ничего нет.

С губ Му Хёка гладко сорвалась ложь.

— Вы делаете татуировки?

— В целях безопасности имена или любые данные, по которым можно вычислить человека, мы не используем, но набиваем какой-нибудь символ.

— Символ…

— Ты же, Ха Им, сама видела. На моем теле нет абсолютно никаких следов.

— …А, понятно.

Щеки Ха Им залились румянцем. Если так, то какое облегчение. Она была рада, что, по крайней мере пока он рядом, она может любить его со спокойной совестью.

— Ой? Подождите, откуда вы в этом так уверены? Неужели вы снова что-то вспомнили?

— …Сказал и сам понял. Кажется, память понемногу возвращается ко мне сама по себе.

Почему-то плотно сжав губы, Ха Им кивнула. А затем, сделав такое лицо, будто только что опомнилась, чуть не заплакала: ужин ведь совсем остыл.

— Ничего страшного. Она вкусная даже остывшая.

Небрежно бросив это, Му Хёк взял ложку.

* * *

Благодаря материалам, которые нарыл Сон Ги, Му Хёк за короткий срок получил немало информации. И среди неё были новости, выходящие далеко за рамки простых подозрений, — то, чего он совершенно не ожидал.

— Записи ведутся только с периода сорокапятилетней давности.

— Да, примерно с этого времени, а до этого — абсолютная пустота. Место рождения, предыдущие адреса, семейное положение — всё по нулям. Поскольку административно он был заново зарегистрирован именно тогда, можно считать, что предыдущие записи были намеренно удалены.

— …

Взгляд Му Хёка прикипел к экрану ноутбука. Им Бон Чжу. Судя по тому, что чья-то жизнь была подчистую стерта примерно сорок пять лет назад, вывод напрашивался только один.

— Значит, отмывание личности.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver