— Ук, к-кто вы вообще... Нет, п-пожалуйста, пощадите!..

— Будешь шуметь — в следующий раз отрежу язык. Так что просто отвечай на вопросы.

Му Хёк со скучающим вздохом приподнял подбородок Чжана тупой стороной ножа.

— Спрашиваю еще раз. Какого хера ты вдруг поперся в горы?

— П-простите. Я, я просто хотел накопать кодонопсиса...

Хмык.

Услышав эту жалкую отговорку, Му Хёк усмехнулся и зачесал волосы назад. Вот поэтому допрашивать тугодумов, не умеющих оценивать ситуацию, было особенно муторно.

— А. Значит, по-хорошему не выйдет.

— ...

— Всё равно, чем больше будешь пиздеть, тем быстрее сдохнешь.

Когда Му Хёк начал подниматься, Чжан, осознав, что это его последний шанс, отчаянно замотал головой.

— П-простите. Я, я хотел п-про... п-просить её руки...

— Что сделать?

— П-про...

— Слышь, мужик. Блядь, не смей марать такие священные слова своими грязными делишками.

Ха-а. Му Хёк вздохнул, глядя в потолок, и на его лбу вздулась синяя вена.

— Уж лучше бы ты спиздел про пропофол. А?

— Д-да, д-да, в-всё верно! Я-я и имел в виду п-пропофол...

— Эта псина еще и выкручивается?

Пока он с презрением смотрел на эти жалкие потуги, зазвонил телефон — это был Сон Ги.

— Говори.

— Сообщение только что увидел, хён. Ты что, серьезно похитил Чжан Ги Дока? Пожалуйста, побереги себя...

— А ты за то, что ни хера не умеешь работать, получишь по шапке позже.

— А, хё-он... Я и так собирался прессануть его еще разок. Нужно же было добавить ему статей, чтобы я мог с чистой совестью разъебать его.

— Каких еще статей?

— Я в прошлый раз закинул на телефон Чжан Ги Дока шпионскую программу, и, как выяснилось, он мразь из мразей. Он так всё обставил, чтобы у Им Ха Им вообще не осталось путей к отступлению. Разговор с этим их старостой — это просто полный пиздец.

Му Хёк сунул в рот Чжана тряпку и тихо предупредил, что если тот попытается её выплюнуть — его жизнь закончится прямо здесь и сейчас.

— Продолжай.

Му Хёк включил громкую связь, и голос Сон Ги отчетливо разнесся по помещению.

— Если вкратце: если она продолжит отказываться от брака, он всё расскажет Им Бон Чжу, спровоцирует старика, чтобы тот полез в драку, а потом подаст на него в суд за нападение. Под предлогом мирового соглашения он повесит на нее еще один долг. Короче, собрался давить на нее деньгами. А если не прокатит, то в счет списания долга заставит её раздвинуть ноги и обрюхатит.

— ...

— Типичный третьесортный криминальный сценарий для глухой деревни. Ублюдок, которого мало просто убить. Даже если бы она выплатила весь долг, он изначально планировал сделать именно так.

К концу отчета Сон Ги с лица Му Хёка исчезли все эмоции. Его потемневший, мрачный взгляд медленно опустился на Чжана. Скулеж, доносившийся сквозь кляп, теперь больше походил на вопли обреченного.

Обдумывая, как именно покарать этого грешника, Му Хёк произнес абсолютно бесстрастным голосом:

— Принеси пропофол.

— Пропофол? Вдруг?

— Наш клиент, видимо, страдает от недосыпа, раз с самого раннего утра умоляет дать ему пропофола.

Говоря это, Му Хёк лениво провел тупой стороной ножа от лба до самого подбородка Чжана.

— Хы, ха-а-ак, хы-ык... Па... па-а-адите...

Му Хёк засунул кинжал прямо в вопящую о пощаде пасть и плоской стороной лезвия с силой придавил покрытый белым налетом язык. Как только острие царапнуло плоть и выступила кровь, Чжан захрипел так, словно вот-вот задохнется.

Не обращая на это внимания, Му Хёк склонил голову набок, внимательно прикидывая, сколько именно придется отрезать.

— Принеси дозу побольше, чтобы он уснул, но не сдох. Прямо сейчас.

* * *

Сегодня Ха Им снова радостно напевала себе под нос. У нее появился еще один постоянный клиент-частник, который платил хорошую цену за её урожай.

Подойдя к парковке крупного супермаркета в райцентре, где была назначена встреча, она увидела молодого мужчину в надвинутой на глаза кепке, выходящего из фургона-рефрижератора. Он покупал у нее травы уже третий день подряд.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте. Долго ждали?

— Нет, что вы.

Этот чрезмерно вежливый мужчина почти не говорил ничего лишнего. То ли из-за застенчивого характера, то ли еще почему, но он даже избегал смотреть ей в глаза.

— Вот всё, что я сегодня собрала.

— Ясно. Вы отлично потрудились.

Взяв мешок, мужчина лишь для вида заглянул внутрь и тут же протянул конверт с деньгами.

Сказал, что берет для родителей, а сам даже качество не проверяет. Судя по всему, этот парень вообще не разбирается в травах — идеальная мишень для мошенников.

Посмотрев на него с долей сочувствия, Ха Им лучезарно улыбнулась и сказала:

— Я добавила еще немного сушеных лекарственных грибов. Они довольно редкие и очень хорошо помогают старикам от кашля.

— А, да. Тогда я доплачу...

— Нет, не нужно. Это бонус только для постоянных клиентов.

— Что вы. В этом нет необходимости.

Ха Им вежливо отказалась от попыток мужчины доплатить и продолжила объяснять свойства трав. Он молча слушал, а затем, еще глубже натянув козырек кепки, поклонился.

— Спасибо.

— Это вам спасибо. Вы всегда даете такую хорошую цену.

Губы мужчины едва заметно дрогнули. Мелькнула какая-то необъяснимая неловкость, но он ничего не ответил.

— Тогда свяжусь с вами, когда мне снова понадобится товар.

— Да, удачной дороги.

Когда фургон выехал с парковки, Ха Им направилась к банкомату, чтобы перевести часть суммы господину Чжану.

Сегодня можно было отправить побольше. А на оставшиеся деньги она планировала купить свиной грудинки, чтобы они могли пожарить её все вместе.

Раз Сам Дон тоже будет, нужно взять как минимум полтора килограмма. Или лучше смешать с другими кусками?

С воодушевленным лицом она привычно ввела данные получателя и нажала кнопку подтверждения, но выскочила ошибка. Высветилось сообщение: «Несуществующий счет».

— А? Такого не может быть.

Она переводила деньги каждую неделю на протяжении нескольких месяцев — как счет мог вдруг оказаться несуществующим? Ха Им попробовала еще раз, но результат не изменился.

— ...Что за?

И для технических работ в банке время было неподходящее.

В недоумении Ха Им скрепя сердце позвонила Чжану. Шли гудки, но никто не брал трубку.

Еще недавно он присылал ей сообщения с угрозами, а теперь вдруг пропал. Не сумев дозвониться, Ха Им в итоге решила сходить к нему домой. Она планировала отдать деньги лично и взять расписку от руки.

Только бы господин Чжан снова не начал плести свои интриги.

Она боялась, что он опять начнет нести чушь про то, что деньги ему не нужны, и требовать выйти за него замуж. С тяжелым сердцем она подошла к его двору.

— ...А?

Прямо перед домом стоял огромный грузовик для переездов. Двери кузова были распахнуты настежь, а грузчики в спешке выносили мебель и вещи.

Ха Им остановилась и еще раз проверила адрес. Знакомые ворота, забор, двор. Это точно был дом господина Чжана.

Он что, переезжает?

Озадаченная внезапным зрелищем, она подошла ближе и встретилась взглядом с бабушкой Сим Сун, выходившей из дома напротив.

— Бабушка, господин Чжан переезжает?

— И не говори. Судя по тому, какой переполох они устроили с самого утра, и правда съезжает.

— А почему?

— Да кто ж его знает. Раз так внезапно срывается с места, будто убегает, видать, натворил чего.

— ...

Пока бормочущая бабушка уходила прочь, Ха Им медленно шагнула во двор. Там уже царил хаос: следы от убранных цветочных горшков и второпях вытащенной мебели бросались в глаза.

— А где хозяин дома?

Грузчик, к которому она обратилась, указал в сторону подвала за домом. Ха Им обошла здание и направилась туда; сквозь приоткрытую дверь доносилась какая-то возня. Звук был такой, словно кто-то лихорадочно скидывал вещи в кучу.

— Господин Чжан?

Стоило ей осторожно позвать его, как со звонким лязгом что-то упало на пол. Застывший как вкопанный Чжан медленно поднял голову.

В тот миг, когда их взгляды встретились, его лицо стало белее мела, словно он увидел перед собой призрака.

— Вы переезжаете?

Выпавший из его рук инструмент с грохотом покатился по полу, но Чжан даже не попытался его поднять. Вытаращив глаза так, что они едва не вываливались из орбит, он смотрел на Ха Им с неподдельным ужасом.

— Дядя? Я хотела перевести вам деньги, но банкомат выдал, что счета не существует, а телефон вы не берете. Я принесла сумму за сегодня...

— Е... па-а-аи!..

— ...

От этого невнятного панического вопля Ха Им замерла на месте. Насколько она сделала шаг вперед, настолько же Чжан шарахнулся назад, отчаянно размахивая руками.

— Иё е а-а! А-и-ай!

Ошарашенная этим странным, наполовину обрубленным произношением, словно у него не было языка, Ха Им растерянно захлопала глазами.