— Одно дело — с воодушевлением обмениваться письмами с маркизом Райхинхардтом, но теперь вы требуете отправить королю Люксена ноту протеста? Какое же оскорбление нанёс вам маркиз и каким образом?
— Этот ублюдок заливал мне алкоголь прямо в рот!
— Ха.
Это было просто смешно. Король Пельпе покачал головой, не скрывая раздражения, но эрцгерцог Баден не унимался:
— Это не просто наглость! Это следует расценивать как покушение на жизнь члена королевской семьи Пельпе! И вообще, с каким таким воодушевлением мы с ним переписывались, Ваше Величество?!
Когда эрцгерцог, округлив глаза, осмелился переспросить, король, потеряв остатки терпения, сорвался на крик:
— Хочешь сказать, ты стал управляющим банком без вмешательства Райхинхардта?!
С какой стати этому идиоту доверили бы столь важный пост, как управляющий банком Пельпе? Это стало возможно только потому, что кандидатуру одобрил парламент Пельпе. А в том, что всё это организовал Оскар фон Райхинхардт, король готов был поклясться собственной короной.
Иными словами, Оскар, дворянин из Люксена, навязал свою волю самому королю Пельпе и посадил Бадена в кресло управляющего банком.
И после этого Баден заявляет, что Райхинхардт презирает короля Пельпе? Этот кретин только сейчас это понял? Король цокнул языком, поражаясь непроходимой тупости своего сводного брата.
— Хочешь, я скажу тебе, почему ты оказался в таком дерьмовом положении? — Король подался вперёд и угрожающе процедил: — Потому что ты, как идиот, пытался усидеть на двух стульях. Раз я не сделал тебя управляющим банком, ты прилип к Райхинхардту. Но, получив желаемое, решил не платить по счетам. Я не прав?
Лицо эрцгерцога Бадена пошло красными и синими пятнами. Вздувшиеся на шее вены и налитые кровью глаза делали его вылитой копией матери.
— Ну же, отвечай. Какую плату он от тебя потребовал?
— Ваше Величество, о чём вы говорите? Какая плата?!
Но, как бы ни было обидно, Баден не мог вслух признаться в тайной устной договорённости с Оскаром. Стоит ему только заикнуться об этом, как король тут же обвинит его в преступлении против законов Пельпе.
— Разве я стал управляющим не исключительно благодаря собственным усилиям?!
— Баден!
Пропасть между сводными братьями стала такой же глубокой, как трещина в леднике.
В этот момент тяжёлые двери зала аудиенций отворились, и внутрь осторожно проскользнул слуга. Встретившись взглядом с королём, он тихо доложил о прибытии нежеланного гостя:
— Ваше Величество, прибыл маркиз Райхинхардт из Люксена.
Эрцгерцог Баден подскочил на месте и затравленно оглянулся на дверь, а король тем временем неторопливо надел очки. Сверившись с часами, которые не выпускал из рук, он кивком позволил слуге впустить гостя.
Слуга почтительно поклонился монарху и сам распахнул массивные створки.
Цок, цок.
Раздался звук неторопливых, размеренных шагов. Каблуки гулко ударили об пол ещё пару раз, и в следующее мгновение в зале появился он.
Несмотря на то что он натянул нервы короля и эрцгерцога Пельпе до предела, его появление напоминало выход главного героя на торжественном приёме.
Отметив его расслабленную походку, лёгкую улыбку и проницательный взгляд, король Пельпе задержал внимание на вьющихся чёрных волосах маркиза и подумал:
«Даже эти волосы — лишь приманка». Они заставляли этого тридцатилетнего, прожжённого и опасного человека выглядеть как беззаботный двадцатилетний юнец. Оскар усыплял бдительность противника, а затем виртуозно получал всё, что хотел.
Именно так этот человек не только возродил свой род из пепла собственными силами, но и сосредоточил в своих руках такую власть и богатство, с которыми вынуждены были считаться даже монархи целых государств.
Подойдя к подножию трона, Оскар безупречно поклонился.
— Приветствую Его Величество короля Пельпе.
Эрцгерцог Баден, всё это время буравивший его полным ненависти взглядом, дёрнулся всем своим грузным телом:
— Маркиз Райхинхардт! Что за вопиющая дерзость — явиться с таким опозданием?! Вы ни во что не ставите королевскую семью Пельпе?!
Оскар перевёл взгляд с сидящего на троне короля на Бадена, а затем снова посмотрел на монарха. Улыбка, до этого не сходившая с его губ, мгновенно исчезла. С чёткостью вышколенного военного он завёл руки за спину и коротко склонил голову.
— Прошу прощения за опоздание. Сообщение застало меня врасплох, и, хотя я поспешил во дворец так быстро, как только мог, мне не удалось прибыть вовремя. Смиренно прошу Ваше Величество проявить снисхождение.
Баден, попытавшийся прикрыться громким именем королевской семьи и поставить себя на один уровень с монархом, покраснел как рак, когда Оскар принёс извинения исключительно королю. Эрцгерцог уже открыл рот, чтобы извергнуть лаву своего гнева, но его остановил сам король, сытый по горло его истериками.
Не желая затягивать неприятную беседу с Оскаром, монарх перешёл прямо к делу. Его лицо внезапно посуровело:
— Прошлой ночью, как мне доложили, между вами и эрцгерцогом Баденом произошёл весьма прискорбный инцидент. Спрошу прямо, без обиняков: вы вливали алкоголь в рот эрцгерцогу?
Даже когда прозвучало прямое обвинение в издевательстве над членом королевской семьи Пельпе, Оскар и бровью не повёл. Он лишь слегка нахмурился, перевёл взгляд на Бадена и небрежно бросил:
— Что вы. Разве что эрцгерцог вчера сам немного перебрал.
— Не смейте отпираться! Вы заткнули мне рот и силой вливали пойло! Это покушение на жизнь члена королевской семьи!
— …
Даже когда прозвучали жуткие слова «покушение на королевскую особу», на пугающе безупречном лице Оскара не дрогнул ни один мускул. Он молча смотрел на эрцгерцога, а затем, словно задумавшись о чём-то своём, отвёл глаза и посмотрел себе под ноги. Лишь спустя мгновение он снова поднял взгляд.
Даже это простое, незначительное движение заставило время в зале подчиняться воле Оскара.
— Ваше Высочество эрцгерцог.
— …
Когда Баден промолчал, Оскар медленно повернул голову и посмотрел прямо на него. Заглянув в его заплывшие жиром глаза, маркиз повторил:
— Ваше Высочество эрцгерцог Баден.
Этот размеренный, невозмутимый голос пробудил в памяти Бадена такие же неторопливые, но безжалостные руки, душившие его прошлой ночью. Эрцгерцог почти физически ощутил ту беспощадную хватку на своём горле.
Он находился во дворце Пельпе, в зале аудиенций самого короля. Но, несмотря на это, почувствовал себя таким же голым, жалким и растоптанным, как прошлой ночью.
Оскар тихо заговорил:
— Покушение на жизнь члена королевской семьи, говорите?
Он моргнул пару раз и, нахмурившись, спросил:
— С чего бы вдруг?
— …
— Даже если бы это была правда, разве для этого не должна быть веская причина?
Сквозь внешнюю невозмутимость явственно проступила издёвка. Этот низкий голос заставил Бадена вспомнить другой, леденящий душу вопрос.
«И что мне законы твоего банка Пельпе?»
Он не мог рассказать.
Единственным свидетелем была проститутка из особняка «Аман Роуз», но она, кажется, была не в себе от ужаса. Значит, никто ничего не видел.
— Ничто не делается без причины, не так ли?
— Э… э-э…
Воспоминания о ночном кошмаре накатили на эрцгерцога, перекрывая кислород. Дыхание Бадена стало прерывистым.
— Х-ха… кх…
Внезапно он пошатнулся, словно у него закружилась голова, и отступил на пару шагов назад. Оскар наблюдал за этим зрелищем с абсолютным безразличием. Наконец, не в силах больше терпеть этот цирк, король гневно приказал:
— Немедленно уведите эрцгерцога!
Слуги бросились к Бадену и подхватили его под руки. Человек, который ещё минуту назад метал громы и молнии, обещая жестоко покарать Оскара за его бесчинства, теперь обмяк, как тряпичная кукла, пока его вытаскивали из зала.
Пока за спиной затихали тяжёлое хриплое дыхание и шаркающие шаги слуг, Оскар всё так же стоял, заложив руки за спину, и безучастно смотрел в пол. Лишь когда массивные двери зала аудиенций закрылись, он поднял голову и посмотрел на короля.
В этой череде простых движений — от спокойного ожидания до перевода взгляда — не было ни капли неуверенности или страха. Если что-то и читалось в его поведении, так это лёгкая скука.
Король Пельпе почему-то был уверен: то, что Оскар силой заливал алкоголь в глотку Бадену, — чистая правда. И то, что маркиз даже не трудился это особо скрывать, лишь усиливало тревогу монарха.
Вот почему он так не хотел с ним встречаться.
— …
— …
Повисло молчание. Затем король жестом приказал всем выйти. Когда даже королевские гвардейцы покинули зал аудиенций, монарх тяжело вздохнул. Когда ситуация заходит в тупик, лучше всего бить в лоб.
— Мне известно, что вы намерены открыть один из сейфов в банке Пельпе. И я также знаю, что именно ради этого вы сделали эрцгерцога управляющим.
— …
— На этом и закончим.
— …
— Что бы вы ни предприняли, банк Пельпе будет действовать строго в рамках закона.
Если Оскар продолжит упорствовать, король был готов пригрозить ему Союзом королевских домов Норфолка, с которым маркиз предпочитал не связываться. Однако Оскар, вопреки ожиданиям короля, уверенного, что тот начнёт отпираться или прикинется дураком, на удивление покладисто кивнул.
