— Да, Ваше Величество. Я прекрасно понимаю, о чём вы говорите.
Оскар сунул руку во внутренний карман пиджака и достал конверт. Подойдя к подножию трона, он аккуратно положил его на ступени и отступил на шаг.
Конверт оставил человек, для которого всё на свете было приманкой. Король понимал, что это тоже наживка, но его взгляд помимо воли прикипел к бумаге.
— Обещаю, впредь поводов для вашего беспокойства не возникнет. Приношу искренние извинения за то, что невольно доставил вам неудобства.
— Что это?
— Своего рода извинение.
— Я не стану это открывать. Забирайте.
— Тогда сожгите.
Король метнул на Оскара яростный взгляд, но тот ответил с ледяным спокойствием:
— Считайте, что это принёс ворон. Сожжёте вы это или прочтёте — ворон всё равно не узнает.
— …
— Использовать это как козырь, сделать вид, что козыря нет, или решить, что это вовсе не козырь — Ваше Величество вправе поступать как угодно.
Ледяные глаза, лишённый малейших эмоций голос.
От высокой фигуры маркиза веяло такой непоколебимой самоуверенностью, что, даже если бы король сжёг конверт прямо здесь и сейчас, Оскар наверняка бы лишь понимающе улыбнулся.
Король невольно стиснул кулаки.
У этого молодого маркиза, едва достигшего тридцатилетия, не было слабых мест. Слабости появляются там, где человек чем-то отчаянно дорожит, но у этого мужчины привязанностей не было. Сталелитейная компания? Это его самое мощное оружие, разве можно назвать её слабостью?
Использовать как козырь или забыть о нём? От этой наглой снисходительности, с которой Оскар давал понять, что ему плевать на любой выбор монарха, хотелось выругаться.
И всё же приказ немедленно сжечь конверт так и не сорвался с губ короля. В конечном счёте, даже он плясал под дудку Оскара.
В конверте, оставленном у ног короля Пельпе, лежали неопровержимые доказательства всех коррупционных махинаций, совершённых эрцгерцогом Баденом за те несколько месяцев, что он занимал пост управляющего банком.
Для короля Пельпе, мечтавшего любым способом избавиться от эрцгерцога как от бельма на глазу, это было предложение, от которого невозможно отказаться.
Тайны остаются тайнами лишь тогда, когда их не с кем делить.
С того самого момента, как Баден предал его, Оскар не собирался оставлять его в живых.
Едва маркиз вышел из зала аудиенций, как ожидавший снаружи Симон тут же пристроился на шаг позади. Стоило им оказаться на свежем воздухе, Оскар достал сигарету и закурил, а Симон начал зачитывать расписание:
— Через полчаса у вас встреча с графом Холтоном, а через два с половиной часа после этого — с председателем совета директоров компании «Титан».
— Что с теми, кого взяли живыми?
Услышав вопрос, донёсшийся сквозь едкий сигаретный дым, Симон подошёл вплотную к Оскару и ответил:
— Ещё не заговорили.
— …
— Позже заглянете к ним?
Оскар дважды кивнул и, миновав застеклённую галерею дворца Пельпе, начал спускаться по длинной лестнице.
Аристократы, собравшиеся в кучки за светскими беседами, замолкали и смотрели ему вслед. При виде столь поразительной мужской красоты их взгляды тянулись к нему, как железные опилки к магниту, но никто не осмеливался подойти.
Оскар равнодушно прошёл мимо и сел в экипаж.
Для него мир делился ровно на две категории: цели и то, что целью не являлось.
А то, что не было целью — будь то люди, вещи или насекомые, — для Оскара не имело абсолютно никакого значения.
Откинув голову на спинку сиденья, маркиз глубоко затянулся.
— Как отреагировал король?
— Как и ожидалось.
Увидев на губах Оскара жестокую усмешку, Симон не стал расспрашивать дальше. Вскоре разнесутся вести об изгнании эрцгерцога Бадена или о его смерти. А может, и о том, и о другом сразу.
Экипаж тронулся, но Оскар продолжал неподвижно курить в той же позе. Внезапно он лениво поинтересовался:
— Она уже ходила в банк Пельпе?
Симон на всякий случай приказал «волкам» ежечасно докладывать о передвижениях Со А. Решив, что нужно будет и впредь получать регулярные сводки, он тут же ответил:
— Нет. Она сказала, что сначала закажет у торговцев необходимые вещи, а потом уже отправится в банк. Вероятно, сейчас как раз совершает покупки.
Услышав это, Оскар раздавил окурок в пепельнице.
Ну да. Идти туда в том тряпье было бы проблематично. И где она только откопала одежду, которая вышла из моды полвека назад? А зимнее пальто в разгар лета — это вообще отдельная тема.
В памяти мелькнуло лицо этой сотканной из противоречий женщины. Залитые краской щёки и руки, совершенно неуместный вопрос о том, когда он вернётся… Воспоминания вызвали на его губах усмешку, в которой было не разобрать: то ли это насмешка, то ли что-то иное.
С таким лицом — что и как долго она сможет скрывать?
— Перевод удостоверения займёт неделю, так?
— Да, ваша светлость.
— Принеси, как только будет готово.
С этими словами Оскар протянул руку, и Симон, словно только этого и ждал, вложил в неё пухлую папку с документами.
Дел у него всегда было невпроворот.
Для короля Пельпе Оскар был дерзким и опасным визитёром, но к полудню он превращался в обаятельного делового партнёра, а ближе к вечеру надевал маску радушного друга, неуклонно расширяя свою империю.
В перерывах между встречами поступали отчёты о перемещениях девушки.
Когда закончилась последняя деловая встреча, стояла глубокая ночь.
Сев в экипаж, Оскар протянул руку, и Симон привычно вложил в неё свёрнутую записку.
[После ужина никуда не выходила.]
Оскар смял этот бессмысленный отчёт и небрежно отбросил в сторону. Но Симон добавил:
— Она спрашивала, вернётесь ли вы в отель, ваша светлость.
Глаза Оскара слегка сузились.
Когда вы вернётесь?
Он снова вспомнил тот не стоящий ответа вопрос. Никто не смел задавать ему подобные вопросы, не говоря уже о том, чтобы озвучивать их вслух. Но эта робкая фраза, брошенная обладательницей кристально чистых карих глаз, почему-то засела на задворках его сознания.
— Спрашивала, вернусь ли я в отель?
— Да. Агент решил, что докладывать об этом, может, и не стоило бы, но, поскольку это были её первые слова, обращённые к нам, он всё же передал их.
Этот странный, словно вырванный из контекста вопрос заставил размытый образ девушки задержаться в его мыслях чуть дольше обычного. Наваждение рассеялось лишь тогда, когда экипаж остановился перед заброшенным зданием.
Оскар надел перчатки, которые обычно не носил, считая их неудобными, и вышел из экипажа.
Засунув руки в карманы, он неспешно направился в кромешную тьму, легко перепрыгивая через выбоины и сколотые ступени лестницы.
— Ваша светлость.
Агенты, рассредоточенные вдоль подземного коридора, немедленно склонялись в поклоне. Оскар равнодушно проходил мимо.
— У-у, а-а-а, гх-х-х…
От этих леденящих душу стонов гнетущая атмосфера подземелья стала ещё тяжелее.
«Волки» продолжали кланяться шагающему мимо господину. Когда агент, стоявший в самом конце коридора, открыл перед ним дверь, раздался отвратительный металлический скрежет, резанувший по ушам. В ту же секунду в сырой воздух вырвался густой, липкий запах крови.
Оскар сделал глубокую затяжку и решительно шагнул в помещение.
К стулу был привязан обнажённый мужчина; его изувеченное тело напоминало скорее труп, чем живого человека. Однако тот, кто отдал приказ превратить его в кровавое месиво, оставался абсолютно невозмутим.
Напротив пленника стоял деревянный стул, но Оскар отшвырнул его носком ботинка и остановился прямо перед коленями наёмника, с которых кожа была содрана до мяса. Дорогие туфли погрузились в лужу крови, но маркиза это ничуть не заботило.
Затянувшись сигаретой, Оскар холодно оглядел убийцу. Затем он вытащил левую руку из кармана и жёстко схватил пленника за безвольно опущенный подбородок, вздёрнув его голову. В глазах наёмника, ещё недавно пылавших жаждой крови, теперь читалась лишь абсолютная сломленность.
— П-пощад… у-у…
Вытащив сигарету изо рта правой рукой, Оскар небрежно бросил:
— Тайный помощник королевского двора Люксена.
Распухшие, как у рыбы, глаза пленника в шоке распахнулись.
— Ч-что?..
Окутанный сизым дымом, Оскар утвердительно кивнул. Его пальцы ещё сильнее стиснули челюсть пленника. Убийца понял, что козырь, с помощью которого он надеялся выторговать себе жизнь, только что испарился.
— Тот, кто видит мир даже с закрытыми глазами.
Убийца попытался что-то сказать, но из его горла не вырвалось ни единого членораздельного звука.
Моргнув пару раз, Оскар разжал мёртвую хватку так легко, словно ничего и не было.
В мгновение ока исчезли все шансы на спасение. Инстинктивно осознав это, пленник забился в путах, как в припадке.
— Я-я-я делал только то, что приказал отряд наёмников Бета! П-пощади… ммм!
Пока «волки» запихивали кляп в рот вопящему о пощаде убийце, Оскар стянул испачканную перчатку и брезгливо бросил её в лужу крови.
— Это мне уже известно.
С этими словами он без малейшего сожаления покинул допросную.
— Прикончите и закопайте.
— Слушаемся, ваша светлость.
Оставив позади густой запах железа и предсмертные хрипы, Оскар вышел из полуразрушенного здания, похожего на обломок павшей империи, и молча сел в экипаж. Вскоре к нему присоединился Симон, раздавший «волкам» более детальные инструкции по избавлению от тела. Экипаж бесшумно тронулся с места.
Принеся с собой едкий запах табака и свежей крови, двое мужчин как ни в чём не бывало принялись за изучение документов.
✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению! ➡️ Fableweaver
